Верхум - Георгий Леонардович Васильев

в обмене или влиять на его пропорции, – товарам, услугам, рабочей силе, природным ресурсам, кредитам, творческому потенциалу, производственному оборудованию, политическому влиянию. Ценность появляется и у мемов – знаний, технологий, произведений искусства. Ценность, выраженная в деньгах, делает все эти разнородные объекты сопоставимыми. Более того, возникает возможность сравнивать их количественно в терминах “дороже-дешевле”, “больше-меньше”, “прибыльно-убыточно”. Благодаря этому верхум не просто мыслит, а мыслит количественно, производя сложные расчёты. Фактически он превращается в своего рода вычислительную машину, генерирующую мемы.

Верхумы, основанные на обмене, энергичны и трудолюбивы. Они перерабатывают огромные объёмы информации и каждую минуту принимают миллионы решений об эффективности той или иной технологии, цене того или иного продукта, жизнеспособности той или иной инициативы. При этом они не считаются с мнениями отдельных людей. А порой бывают просто безжалостны к людям. Если верхум решает, что потенциал какой-то бизнес-идеи исчерпан, бизнесу не миновать банкротства.

И в этом проявляется ещё одна особенность верхума, основанного на культуре обмена. Он умеет настаивать на своих решениях. Но в отличие от культуры подчинения культура обмена не предполагает насилия или угрозы силой. Верхум, основанный на обмене, просто меняет систему ценностей, от которой зависит поведение людей. Он воплощает свои решения “невидимой рукой”. И нам остаётся только довериться Адаму Смиту и надеяться, что эта “невидимая рука” действует нам во благо.

Верхум и культура участия

Обычный человек не в силах влиять на государственные законы, общественное мнение или рыночные цены. Как правило, ему даже не видно, откуда это всё берётся. Культуры подчинения, доверия и обмена чаще всего действуют исподволь. Верхум работает, но человек не ощущает, что причастен к его работе. Другое дело – культура участия. Здесь всё на поверхности. Она обнажает связь человека и коллективного разума. Именно поэтому в первых главах я чаще приводил примеры верхумов, в работе которых большую роль играет культура участия. Мы уже успели поговорить о том, как коллективы учёных развивают науку, как википедисты сообща пишут статьи, как творческие коллективы создают музыкальные спектакли. Во всех этих случаях разные люди участвуют в общем деле.

Культура участия предполагает явную общность целей и ценностей. В этом её принципиальное отличие от культуры обмена, ценности которой сталкивают лбами продавцов и покупателей. Общая цель – это институт, способный превратить группу людей в слаженный коллектив. Ремонт квартиры сплачивает семью, избирательная кампания – политическую партию, добыча золота – артель старателей, подготовка вечеринки – компанию студентов. Во всех этих случаях люди складывают свои умственные и физические усилия, чтобы достичь общего для всех результата. Они готовы помогать друг другу, делиться своими знаниями, использовать свои умения в общих интересах. Нет, конечно, не везде и не всегда всё проходит гладко. Среди людей, увлечённых общим делом, могут оказаться и завистники, и нахлебники. Обиды и личные счёты могут взорвать коллектив. И всё же культура участия во многих ситуациях прекрасно работает.

Я люблю водные походы. Периодически несколькими семьями мы отправляемся в путешествие по Ладоге или Онеге на надувных катамаранах. Там бывает холодно и сыро, бывает ветрено и опасно. Но туда всё равно что-то влечёт. Красота природы? Да, но не только. Там ты испытываешь ни с чем не сравнимое чувство единения с друзьями, которые вместе с тобой преодолевают трудности. Представьте вполне безобидную ситуацию. На озере ни дождя, ни шторма. Наоборот, полный штиль. Паруса обвисли. Пора располагаться на ночлег, а вокруг только скалы и болота. Ни причалить, ни поставить палатки. Только к ночи, когда до захода солнца остаётся часа полтора, мы находим место на скале, где с трудом может уместиться лагерь. И закипает работа. Надо пришвартовать и разгрузить лодки, поднять всё наверх, установить палатки, найти и нарубить дрова, соорудить очаг, разжечь костёр, отыскать в куче барахла нужные продукты, приготовить ужин и всё это успеть до захода солнца. Это я укрупняю. В реальности сделать надо гораздо больше – буквально сотни мелких дел. И они делаются разумно и быстро нашим многоголовым и многоруким организмом.

А потом мы ужинаем и любуемся закатом, сидя на краю скалы. Вместе с сытостью приходит усталость. И в голове лениво переплетаются две мысли: “Как же красиво!” и “Ай да мы!”. Посмотрите на это фото (илл. 3-11). Вряд ли, глядя на него, вы испытаете те же чувства, потому что вас с нами не было. Но я предполагаю, что вы не раз ощущали нечто подобное, когда вместе с другими людьми делали общее дело – спасали горящий проект, играли в футбол, пели хором, ходили на митинг или готовили детский праздник.

Илл. 3-11. Ужин с видом на закат.

Интернет резко расширяет потенциал культуры участия. Её влияние может распространяться на тысячи и даже миллионы людей. Яркий пример – движение MeToo. Оно резко набрало силу в 2017 году, когда разразился скандал вокруг известного продюсера Харви Вайнштейна, обвинённого в сексуальных преступлениях. Актриса Алисса Милано запустила в соцсетях хештег #MeToo и предложила женщинам, пострадавшим от сексуального насилия и домогательств, делиться своими историями. Этот хештег почти моментально был подхвачен миллионами людей[128]. Вскрылось огромное число сексуальных преступлений, которые раньше просто замалчивались. Ощущение участия в большом и важном деле помогало жертвам сексуального насилия преодолевать психологический барьер и говорить правду.

Вскоре последовали и практические результаты. По хештегу #MeToo женщины, ставшие жертвой одного насильника, находили друг друга. И такие группы совместными усилиями начинали добиваться правосудия. Бурная дискуссия в соцсетях и в прессе способствовала росту популярности MeToo. А само движение стало серьёзным явлением общественной жизни. Кто-то был от него в восторге, кто-то ругал, но с ним уже нельзя было не считаться. На MeToo начали оглядываться работодатели, средства массовой информации, законодатели, судьи и присяжные. Мемы, порождённые этим движением, изменили систему моральных и правовых норм в обществе. И что самое поразительное – им никто не руководил. Этот спонтанно родившийся мощный верхум приводился в действие культурой участия.

Думаю, вы уже уловили суть социумов, основанных на культуре участия. Люди в них не конкурируют и не командуют друг другом. Они сотрудничают. Социумы, в которых люди предпочитают сотрудничать, складываются вокруг каких-то объединяющих мемов – совместного дела, общего интереса или центральной идеи. Например, в случае MeToo это была идея защиты женщин от сексуального насилия и домогательств. Объединяющие мемы в явном виде задают цели и ценности людей. И весь уклад социума строится вокруг этих институтов. Вообще, такой уклад довольно сильно отличается от укладов, характерных для культуры