Его маленькая заноза - Анна Мишина

с рубашкой совершенно не хочется. А хочется быть под стать такому мужчине, как Артем, хотя бы немного. А он шикарно выглядит. Вот и мне не хочется смотреться с ним рядом как младшей сестре или просто соседской девочке.

Поэтому перебрав несколько вариантов, останавливаюсь на легком летнем платье. Оно, собственно, единственное в моем гардеробе. Раньше не было нужды в таких вещах, а сейчас их катастрофически не хватает. Но с первой же зарплаты я обязательно что-нибудь себе прикуплю.

Платье из легкой хлопковой ткани василькового цвета. Надеваю сандалии на ремешках и … еще раз посмотрев на себя в зеркало, понимаю, что хочу спрятать руки куда-нибудь. Но быстро нахожу, чем еще заняться. Распускаю волосы и укладываю их волнами. Вот теперь, кажется, все очень даже неплохо.

— А тебе придется посидеть дома, — говорю псу, который внимательно за мной наблюдает.

Рекс склонил голову набок и продолжает смотреть на меня.

— Извини, друг. Вечером обязательно мы с тобой погуляем.

Когда на телефоне начинает играть мелодия, я уже знаю, что это Артем.

— Да, — улыбаюсь, предвкушая и немного нервничая.

— Я приехал. Тут, внизу, — звучит его голос, от которого мое сердечко сжимается от счастья.

— Уже иду, — отвечаю и сама сбрасываю вызов.

Еще раз кручусь у зеркала и, наконец, поняв, что ничего менять не буду, беру ключи от квартиры, погладив пса по макушке, выхожу из квартиры, закрыв за собой дверью.

Выхожу из подъезда и сразу же замечаю Артема, стоящего у машины с телефоном в одной руке и букетом цветов в другой.

Отрывает глаза от телефона и, поймав меня взглядом, застывает. Мне становится не по себе. Будто жаром опаляет. Чувствую его взгляд обжигающий. Дыхание спирает.

Замерев на секунду, снова направляюсь к нему и останавливаюсь в паре шагов.

— Привет, — говорю смущенно.

Все еще не пойму его взгляд.

— Привет. Это тебе, — дарит цветы.

Принимаю и тут же утыкаюсь носом в красивые нежно-розовые бутоны роз.

— Поедем? — приглашает сесть в машину.

Улыбаюсь.

Оказавшись в салоне авто, убираю цветы на заднее сиденье. Артем садится за руль.

— Ну что? Покатаемся?

— Угу, — соглашаюсь.

Мы катаемся по вечерней Москве. Красиво. Этот город дышит жизнью. Очень людно. И это привлекает внимание. Такое ощущение, что вся жизнь начинается как раз к вечеру.

— Есть хочешь? — спрашивает.

— Нет. Если ты снова хочешь пригласить меня в ресторан, то мимо.

— Хорошо, — соглашается. — Тогда покажу тебе одно местечко.

Через минут десять Артем паркует машину и снова помогает выйти мне.

Мы оказываемся на набережной. Здесь красиво. Много цветов. А еще мост через реку. Народ гуляет неторопливо. Много освещения. При этом остается ощущение уюта и восторга.

— Красиво, — говорю, разглядывая. Кручу головой и восторженно улыбаюсь. А потом ловлю на себе взгляд Артема. — Что? — спрашиваю. — Веду себя как дикая?

— Нет, — качает головой. — Такая настоящая, что глаз не оторвать, — произносит и я останавливаюсь.

Мы держимся за руки всю прогулку. Он будто боится меня отпустить. Мы чуть отходим от дорожки, чтобы не мешать прохожим. Я поворачиваюсь к реке, опираясь руками об ограждение, и чувствую, как Артем подходит со спины и обвивает руками мою талию.

Улыбаюсь.

— Тут красиво, — разворачиваюсь в его руках и замираю.

— Рад, что нравится, — говорит так тихо, что я будто читаю по его губам.

Они так близко, я невольно облизываю свои.

— Ты безумно красивая. У меня крышу сносит, — признается, а мне становится жарко.

Мне нравится нравиться ему. Мне нравится, что он на меня так смотрит. Я чувствую себя нужной.

— Ты тоже очень красивый, — набираюсь смелости и касаюсь его руками, положив их на плечи.

А потом касаюсь шеи.

Пульс сбивается с ритма. Его взгляд будоражит. Он будто ждет от меня действия, боясь меня спугнуть. А я хочу. Хочу его касаться. Трогать. Какая-то дикая потребность в тактильном контакте.

Чуть наклоняется ко мне. Он высокий, почти на целую голову выше. Я с ним чувствую себя маленькой. Но такой счастливой. Этот мужчина сейчас со мной. Рядом. И смотрит на меня, как на самую сладкую конфету. Я хочу быть для него такой. Самой желанной. Я будто сплю. Ведь такого быть не может. Кто я, а кто он!

— Иди ко мне, — притягивает меня к себе и ведет носом по щеке моей.

Я замираю, впитывая эмоции.

Артем касается моего носа своим. Я чувствую его дыхание. Обвиваю за шею, и сама тянусь к его губам, закрыв глаза. Мне это нужно. Сейчас. Хочу чувствовать.

И он не заставляет себя ждать. Легко касается моих губ своими и целует. Совсем по-детски, невинно. От досады с моих губ срывается стон. Сама пугаюсь. Но в это же мгновение его губы становятся требовательными. Размыкаю свои и чувствую, как его язык скользит между губ, зубов и касается моего языка. Кажется, я падаю. В пропасть. Хватаюсь пальцами за его пиджак, словно упасть боюсь. А он сильнее меня к себе притягивает. Голова кружится, дыхание сбивается. А наши языки в схватку сцепились. Он исследует мой рот, а я поддаюсь, позволяя. Мне нравится чувствовать его потребность во мне. Мне нравится быть ему нужной. Вот так. Сильнее, ближе.

— М-м-м, — стону ему в губы.

Он разрывает поцелуй, но я сама тянусь за ним и он продолжает ласкать мой рот своими губами, языком, дыханием.

— Сладкая, — шепчет, снова прервавшись. — Моя девочка, — шепотом срывается с его губ.

Меня знобит. Он обнимает, а я чувствую жар его рук. А потом он накидывает на мои плечи свой пиджак и я тону в его запахе и тепле.

Сумасшествие. Мы целуемся чаще. Жадничая. Будто у нас могут это единение отобрать. Гуляем, обнимаемся. Сон. Это сказочный сон. Так ведь не бывает? Не хочу, чтобы это прекращалось, заканчивалось, останавливалось. Не хочу. Хочу быть рядом с ним. Всегда. Всю свою жизнь. Я люблю его. И когда-нибудь, когда я перестану бояться, я скажу ему об этом.

Артем

Это свидание останется в моей памяти навсегда. Такого я за всю свою жизнь не испытывал. Мы гуляем, целуемся, как сумасшедшие. И совершенно плевать, кто там может нас увидеть. Только она для меня важна. Я с каждым разом все больше и больше в этом убеждаюсь.

Все сильнее вжимаю в себя. Боюсь сломать, куколка же совсем, хрупкая. Как цепляется пальчиками за плечи мои, как тоненько стонет в губы. Мою крышу рвет. Не было у меня ничего подобного. Чистая в своих эмоциях и ощущениях. Это, мать его, покруче наркотика. Дофамин зашкаливает. Отпускать ее будет непросто. Адски непросто. И да, в штанах пожар,