Его маленькая заноза - Анна Мишина

— Нет, мам. Девушка моя заболела. Температура высокая. Вызывал нашего Александра Федоровича, — отчитываюсь.

— Так, Темочка, слушай внимательно, но если хочешь, я приеду, — вдруг заявляет.

— Мам, поздно уже. Я справлюсь, — уверяю родительницу. И так уже дал повод для допроса с пристрастием.

— Хорошо, тогда слушай внимательно.

Делаю заказ на доставку продуктов и лекарства тоже уходят в доставку.

Бегаю из кухни в комнату и обратно. Приезжает доставка. Принимаюсь за готовку. Я и кухня несовместимы в принципе. Но! Для нее я готов попробовать.

Через минут сорок лоб Миры становится холодным. Щеки не такие красные. И дышит уже спокойнее. Значит, укол сработал. Остается дождаться, когда проснется.

Мира

Пробуждение наступает медленно. Сначала возвращается слух. Я улавливаю звуки, доносящиеся откуда-то со стороны. Затем просыпается обоняние. И желудок тут же подает сигналы SOS, как захотелось есть. Я, наконец, попыталась открыть глаза и у меня получилось. В комнате темно. Я сразу узнаю, где нахожусь. А вот кто может быть еще в квартире, кроме собаки, не понимаю.

Приподнявшись на локте, только сейчас обращаю внимание, что на мне футболка. Моя. Уже хорошо. Но я не помню, когда успела переодеться. И вообще…

Пытаюсь вспомнить день. Плохое самочувствие. Потом меня отпустили домой. Пришла, присела… Я же хотела погулять с Рексом. Кстати, где этот хвост?

Откидываю угол одеяла и свешиваю ноги с дивана. Поднимаюсь. Чуть качнулась, но равновесие успела поймать вовремя.

Все еще размышляя, кто у меня здесь находится, направилась в сторону кухни и застыла в дверном проеме.

От увиденной картинки мое сердце запнулось, пропустило удар, два, три… Эй, давай, работай. Я хочу видеть это на постоянной основе. Даю мысленную команду своему обалдевшему сердечку и оно ускоряется, застучав в бешеном ритме.

У плиты ко мне спиной стоит Артем. Я сглатываю ком. Во рту засуха. Но сдвинуться с места не могу. Он в брюках, с повязанным на голый торс фартуком, который явно ему мал. От движения рук мышцы на спине перекатываются. Он в чертовски шикарной форме. А еще у него красивый цвет кожи, чуть тронутой загаром.

Рекс сразу меня заметил и, подойдя, лизнул руку, сел рядом со мной.

— Рекс, — позвал Артем и обернулся, видимо, в поисках собаки, а наткнулся взглядом на меня. — Мира! — удивился. — Ты почему встала? Господи, — в два шага подлетел ко мне. Касается ладонью моего лба. Она у него горячая. По коже мурашки табуном. — Вроде жара нет, — смотрит на меня, в глазах затаилась тревога. — Как ты себя чувствуешь?

— Вроде бы нормально. А ты как здесь оказался? — эти серые глаза сводят с ума.

— Ты не помнишь, как вырубилась? — спрашивает.

— А я… да? — удивляюсь.

— Перепугала меня. Приехал за тобой к клинике. Тебя нет. На звонки не отвечаешь. Зашел, а там сказали, что тебя раньше отпустили.

— Кажется, что-то подгорает, — веду носом.

— Черт, — ругается. — А ну садись быстро, — усаживает меня на стул и снова возвращается к плите. — Узнал, что тебя отпустили, рванул сюда. Дверь открыта. Зашел, а ты спишь. И пес рядом скулит. Потом понял, что у тебя температура. Вызвал врача. Тебе вкололи жаропонижающее. Выписали лекарства. Они на столе в комнате. А еще вот, — подходит ко мне со стаканом розовой жидкости.

— Что это? — принюхиваюсь. — М, вкусно пахнет.

— Это по маминому рецепту. Противопростудный морс. Тут несколько видов ягод. Если аллергии нет, то прошу, — смотрит на меня в ожидании.

— Нет у меня аллергий, — отвечаю и делаю глоток напитка. Приятно растекается теплом. — Вкусно. По-маминому? Сам варил? — спрашиваю.

— Ага, — кивает. — Пришлось брать уроки онлайн. Так что, — пожимает плечами. — Вот еще, — ставит передо мной тарелку с бульоном, чашку с сухариками и еще одну тарелку с отварной курицей, разделанной на кусочки. — Ешь. Тебе нужно набираться сил, — и приземляется рядом.

— А ты?

— Да, — чуть хмурится, сдвинув брови к переносице. — Наверное, я тоже поем.

Наливает себе бульон и, взяв ложки, садится напротив. Мы едим, медленно черпая ароматную жидкость с чуть размокшими сухариками. Боже, ничего вкуснее на свете не ела.

— У нас входит в привычку есть по ночам, — улыбается. — То борщи, то бульоны.

— Хорошая привычка, между прочим, — подмечаю. — А времени сколько?

— Почти час ночи, — отвечает, мазнув по наручным часам. — Все по традиции, — усмехается.

Как только наши тарелки пустеют, принимаемся за морс.

— Раз тебе получше. Пойду погуляю с псом, — поднимается и снимает с себя фартук.

Теперь я могу его разглядывать. Ух.

— Я с вами, — тороплюсь в комнату.

— Ты обалдела? — появляется в дверном проеме, подперев плечом косяк. — У тебя температура была под сорок. Погуляли уже, хватит. Мигом под одеяло и спать.

— Спать пока не хочу. Лучше вас с Рексом ждать буду.

— Договорились, — подмигивает.

Я забираюсь под одеяло и слушаю, как он собирается, как застегивает поводок на ошейнике и как закрывается дверь входная.

Замираю, прислушиваясь к себе. Чувствую я себя и впрямь неплохо. Чуть легкая слабость в мышцах, а так вполне себе боец.

Сквозь сон я слышу шорох. Открываю глаза. Пес процокал по полу в ванную. Артем за ним, судя по шагам. Потом звук воды и тихий голос мужчины. Говорит с Рексом. С ума сойти. Такой мужчина, как Артем, моет лапы моему псу и разговаривает еще с ним. Фантастика. А еще удивительно то, что он приготовил поесть. И, кажется, за меня действительно испугался. И смотрит на меня с заботой, нежностью. У меня такого не было с детства. Мама еще когда была жива, да. А потом я больше заботилась о бабушке. Про себя забывала. Не до этого было.

— Мир, — Артем подходит ближе. — Ты как? — присаживается рядом.

— Нормально. Немного подремала, пока вас не было, — отвечаю чуть охрипшим голосом.

— Я поеду домой, — припечатывает меня своими словами.

Я резко приподнимаюсь и уставляюсь на него.

— Как домой? — сердце от волнения и страха, что он уедет, забилось часто-часто.

— Я немного устал после работы, да и тебе нужно отдыхать, а не отвлекаться на меня. Приеду рано утром, выгуляю пса. Я, надеюсь, ты дома завтра останешься, а не на работу побежишь? — внимательный взгляд на меня.

— Я хочу, чтобы ты остался, — говорю уверенно. Даже успеваю удивиться, как голос еще не дрогнул от волнения. — Уже ночь. Ты устал. Да и мне будет спокойнее, что ты рядом, — последние слова звучат жалостливо.

— Мир, — вздыхает Артем и устало прикрывает глаза.

— Иначе я завтра выйду на работу, раз ты не хочешь по-хорошему, — иду на шантаж.

— Это нечестно, — его губы дрогнули в усмешке.

— Ну а как