Три шага до края - Амалия Мо

Я припарковала машину у заросшей обочины, заглушила машину и на секунду осталась сидеть в тишине. Хотелось передумать, но я открыла дверь и вдохнула холодный воздух.

Ворота поддались с тихим скрипом, и я шагнула внутрь. Двинувшись между рядами, я слышала, как подошва отбивает ритм по каменной дорожке.

Остановившись, я опустила взгляд на выцветшие буквы. Холодная грань камня встретила мою ладонь, и внутри всё оборвалось.

– Привет, пап… – осев прямо на траву, начала я.

С того дня, когда я была здесь в последний раз, прошло около четырёх лет… Мать запретила мне приходить сюда, выкрикивая это прямо после похорон. Тогда мне казалось, что его тело ещё не остыло, а меня уже вычёркивают из жизни.

– Прости, что так долго не появлялась. Мама сказала, чтоб даже моей ноги тут не было, но ты же знаешь, что я никогда её не слушала, – игнорируя дрожащие губы, я попыталась улыбнуться.

Мне так много хотелось ему рассказать, открыться и выплакать всю ту боль, что копилась годами. Но я не могла… Это из-за меня он лежал, закопанный под землёй. Это я не оправдала ожидания и разрушила не только свою жизнь, но и его…

– У меня всё хорошо, я работаю, не в полиции, конечно… Но тоже ловлю подонков, которые нарушают границы. А ещё… есть кое-кто, мой напарник… и у нас с ним вроде взаимная симпатия, – я протёрла лицо, понимая, как всё это нелепо выглядит.

Я никогда не смогу рассказать ему о своей жизни, никакая иллюзия не поможет. Этот момент был упущен, как и моё прошлое, которое не вернуть назад.

– Как же я скучаю по тебе, – шёпотом произнесла я, поднимаясь с колен.

Именно из-за папы я пошла в полицию. Он был моим ориентиром. В детстве я обожала его истории с работы, не понимая, что он рискует собственной жизнью каждый день. Роберт Левьер был одним из лучших. Честный, сильный, мудрый…

Папа гордился, когда я получила значок. Гордился, когда увидел меня в форме. Гордился, когда слушал мои рассказы с работы. Но огонь гордости в нём погас в тот день, когда его дочь появилась перед общественностью спустя пугающе долгую ночь.

Миру удалось убедить его в том, что я нахожусь под какими-то препаратами, и что я впала в зависимость. К моему ужасу, анализы действительно показали в крови следы наркотического вещества.

Я не могла оправдаться, не могла объяснить то, что произошло. Проще было поверить в первую версию, которую выдвинули журналисты.

Боль резанула в груди, а горло перехватило спазмом. Непролитые слёзы как нельзя кстати мечтали прорваться наружу, но я сильнее стиснула зубы. Ещё не время. Найду тварь, которая сломала мне жизнь, и тогда позволю себе эту слабость.

Я не помню его лица, только интонацию голоса и отдельные части тела. Его руки с длинными пальцами, хватающие меня за горло и с силой кидающие на кровать. Широкие плечи, когда он стягивал белоснежную рубашку. Редкие волосы на груди, когда он припечатал меня и навис сверху. А ещё… клыки, когда он распахнул рот и со всей силы вцепился в горло.

Воспоминания вернулись не сразу. Сначала пришли кошмары, в которых меня вновь и вновь пропускали через мясорубку. Потом я осознала, что эти сны – часть реальности, которую я, по какой-то причине, забыла.

Тогда мне казалось, что дело в том, что меня чем-то накачали, но со временем, я узнала, что это были не наркотики, а внушение. Нет, ублюдок, конечно, обезопасился, действительно заставив меня что-то принять. Но это не была моя воля…

Удивительно, что, не обнаружив на мне видимых признаков насилия, все решили забить на экспертизу, удовлетворившись анализами и сделав выводы исключительно по их заключению.

Я была не в состоянии здраво мыслить, не то чтобы говорить… И когда обнаружила на своём теле отметины от зубов, не сразу сообразила, что это реальность. Следы были на руках, на бёдрах, на рёбрах, на шее, на спине… Уже тогда все думали, что я – наркоманка, опорочившая имя своего отца. Меня уволили, а мать сказала, чтобы я не смела появляться на пороге родного дома.

Ублюдок не стеснялся кусать везде, куда только мог дотянуться. Удивительно, как я не умерла от кровопотери, но, очевидно, он знал, что делал и действовал с осторожностью.

Новости о полицейской, которая опорочила доблесть и честь, разлетелась по всем телеканалам. Спустя время, когда я начала приходить в себя, я решила оправдаться и собралась идти в полицию, чтобы снять побои… Стоит ли говорить, что меня выставили на смех, утверждая, что я наверняка изувечила сама себя, чтобы выставить всё в свете жертвы.

Жертвы… Я ненавидела это слово.

Хлопнув дверью, я забралась в салон и на полную громкость включила музыку.

Мою жизнь разрушил тот, чьего лица я даже не помнила, но я любой ценой найду эту тварь. Я стану его персональным адом, чего бы мне это не стоило.

18

День игры наступил быстрее, чем я бы хотел. Два пригласительных лежали в кармане смокинга. Дело оставалось за малым, забрать Смит из квартиры Лидии.

Сестра позвонила мне пару часов назад, чтобы рассказать, что рыжая у неё в машине и они вместе с Каяной отправляются к ней, чтобы подготовить девчонку к вечеру.

Мне было плевать, главное, чтобы она была готова к назначенному времени.

После того, как я отправил её домой – дышать стало легче. Я физически ощутил, что Меган Смит покинула здание, её аромат растворился, а вместе с ним и удушающее чувство голода.

Опасаясь повторения в моём кабинете, я заранее выпил пару стаканов крови, надеясь, что этого хватит, чтобы не рассматривать падальщицу как изысканное блюдо.

Стоило продержаться один вечер. Один сраный вечер, в котором нужно умудриться сделать очень много всего. Желательно так, чтобы никто не заподозрил неладное.

Основной целью был телефон Паркера. Отвлечь его, добраться до мобильного, подключить на пару секунд адаптер, который дал Юджин. Нужно было всего несколько секунд, пока экран не заблокирован: подключить, и он сам подкинет в систему программу. Дальше доступ к геолокации, звонкам, переписке обеспечен. Сложность в том, что Флоу вряд ли даст мне свой телефон добровольно, но