Гниль - Макс Вальтер

же хотел отомстить за вчерашнее? За то, что он назвал Марго шлюхой? За то, что его люди стреляли в тебя? Вот он, лежит перед тобой. Покажи ему, кто здесь на самом деле главный.

Квадрат пожал плечами, расстегнул ширинку и подошёл к Чугуну. Тот попытался отползти, но Марго наступила ему на спину, припечатывая к полу.

— Лежи смирно, а то в глаз попадёт, — посоветовала она, — С тебя пятихатка за золотой дождь, ха-ха-ха.

Горячая струя ударила Чугуну в лицо. Он зажмурился, попытался отвернуться, но Квадрат, не торопясь, водил струёй по его голове, по плечам, по спине. Моча смешивалась с грязью из ведра, растекалась по бетону, впитывалась в одежду.

— Отлично. — Игорь удовлетворённо кивнул. — Теперь ты и пахнешь, и выглядишь соответственно своему статусу.

Квадрат застегнулся и отошёл. Чугун лежал, не шевелясь. Его глаза были закрыты, губы плотно сжаты. Он пытался отключиться от происходящего, уйти в себя, но Игорь не дал.

— Эй! — Кочетков пнул пленника носком ботинка. — Ты ещё не всё попробовал. Марго, твоя очередь.

Девушка ухмыльнулась, передала поводок Гниды Квадрату и встала над Чугуном. Тот открыл глаза и увидел прямо над собой её задницу, обтянутую камуфляжными штанами.

— Нюхни газку, пидор! — радостно взвизгнула Марго.

Она наклонилась пониже, прицелилась и с громким, раскатистым треском выпустила газы прямо в лицо Чугуну. Запах ударил в нос. Густой, концентрированный, какой бывает только после недели на тушёнке, хлебе и мертвечине. Чугун закашлялся. Его желудок скрутило спазмом, но блевать было нечем, ведь он не ел со вчерашнего дня.

Марго выпрямилась, довольно хохотнув.

— Волшебный бздёх, ёпта.

Чугун не ответил. Он лежал, уткнувшись лицом в мокрый бетон, и его плечи дрожали, но не от холода, а от унижения.

— Отлично. — Игорь поднялся с кресла. — Но это ещё не всё. Квадрат, принеси остальное.

Здоровяк вышел и через минуту вернулся с ещё одним ведром. Судя по запаху, внутри находилась моча, которую, похоже, копили не один день.

— Вылей на него, — приказал Игорь.

Квадрат опрокинул ведро. Едкая жидкость окатила Чугуна с головы до ног, смешиваясь с остатками дерьма из первого ведра. Теперь он был полностью покрыт слоем нечистот. Вонь стояла такая, что даже Марго поморщилась и отошла на пару шагов.

— Фу бля… а с виду казался таким приличным человеком, — фыркнула она.

— Вот теперь ты выглядишь как надо. — Игорь обошёл пленника по кругу, любуясь делом рук своих. — Вот оно, настоящее унижение — когда тебя лишают человеческого достоинства и ты становишься грязной, вонючей вещью, которую даже убивать противно.

Он присел на корточки рядом с Чугуном.

— Ну что? Может, скажешь что-нибудь? Попросишь прощения или пообещаешь служить?

Чугун медленно поднял голову. С его волос стекала моча, лицо было перемазано бурыми разводами. Он посмотрел на Игоря, и в его глазах всё ещё горела злость.

— Пошёл ты на хуй, понял⁈ На хуй, уебан! Я тебе череп вскрою и в голову насру!

Игорь улыбнулся. Широко, почти радостно.

— Вот это характер. Честно говоря, я думал, ты сломаешься ещё вчера. А ты ничего, держишься. Это вызывает уважение.

Он поднялся и кивнул Марго.

— Продолжай. Только без переломов. Он нам ещё нужен целым.

Марго хмыкнула и снова передала поводок Гниды Квадрату. Раб тут же прижался к ноге здоровяка, дрожа всем телом.

— Значит так, Чугун. — Она обошла пленника по кругу, словно выбирала кусок повкуснее. — Раз ты у нас такой гордый, давай проверим тебя на прочность. Гнида, сюда.

Раб подполз на четвереньках. Марго достала из кармана помятую сигарету, закурила и выпустила струйку дыма в лицо Чугуну.

— Сейчас ты будешь делать то, что я скажу. Если откажешься, Квадрат сломает тебе мизинец. Потом безымянный. Потом средний и так далее, пока не останется ни одного целого пальца. Понял?

Чугун молчал, сверля её взглядом.

— Первое задание. — Марго указала на лужу мочи и дерьма под ним. — Вылижи это.

— Соси хуй, — хрипло ответил Чугун.

Марго кивнула Квадрату. Тот шагнул вперёд, схватил Чугуна за левую руку, зафиксировал мизинец и одним резким движением сломал его. Раздался сухой хруст, а по камере разлетелся оглушительный вопль, полный боли.

— Мизинец, — констатировала Марго. — Теперь безымянный.

— Стой, — прохрипел Чугун.

— И всё? — разочарованно прищурилась Марго. — Уже сдался? А я даже разогреться не успела.

— Нет. — Он тяжело дышал, прижимая искалеченную руку к груди. — Просто хочу, чтобы ты знала: когда я выберусь отсюда, я убью тебя первой. И подыхать ты будешь медленно, очень медленно.

Марго расхохоталась. Громко, заливисто, запрокинув голову.

— Да ты у нас остряк. — Она вытерла выступившую слезу и присела перед Чугуном. — А знаешь что? Я не буду тебя убивать. Будешь моим личным шутом. Прости, но вакансия раба уже занята, а мне иногда бывает очень скучно. Так что давай, будь хорошим мальчиком, оближи пол.

Чугун сжал зубы и отвернулся.

— Безымянный, — скомандовала Марго.

Квадрат взялся за следующий палец. Прозвучал очередной хруст, но на этот раз Чугун не кричал. Он выдал лишь сдавленный стон и закусил губу до крови.

— Хватит, — произнёс Игорь. — Я уже говорил, что пытки — это искусство. А ты уже скатываешься в однообразие. Соберись, придумай что-нибудь другое.

Марго задумалась на секунду. Потом её лицо озарила улыбка.

— Придумала. Квадрат, ну-ка раздень его.

Здоровяк пожал плечами и принялся сдирать с Чугуна грязную, мокрую одежду. Пленник пытался сопротивляться, но с двумя сломанными пальцами и после двух дней без сна и еды сил у него почти не осталось. Через минуту он стоял на коленях, голый, дрожащий, покрытый нечистотами.

— Отлично. — Марго обошла его кругом. — Теперь ты выглядишь как настоящий мужчина. Гнида, иди сюда.

Раб подполз. Марго взяла его за волосы и ткнула носом в лужу у ног Чугуна.

— Покажи гостю, как надо. Вылижи пол.

Гнида, не колеблясь ни секунды, принялся вылизывать бетон. Его язык собирал грязь, мочу и остатки дерьма. Он делал это старательно, тщательно, как будто от этого зависела его жизнь. Впрочем, она зависела.

— Видишь? — Марго повернулась к Чугуну, — Учись, пока живой.

Чугун смотрел на Гниду, и в его глазах впервые мелькнуло что-то помимо злости. Отвращение, жалость и глубоко запрятанный, но уже различимый страх.

Он представил себя на месте Гниды. Представил, как его собственный язык собирает грязь с бетона. Как он, бывший хозяин района, стоит на четвереньках и вылизывает лужу мочи. И эта картина была страшнее любых пыток.

— Нет, — прошептал он.

— Пидора ответ! — взвизгнула Марго и со всего размаха зарядила ему носком ботинка в лицо.

Чугун завалился набок. Из разбитого носа хлынула кровь, а глаза уже начали закатываться. Но отключиться