Бастард рода Неллеров. Книга 12 - Серг Усов

в этот мир, не стал давить пришедшее ко мне вместе с юным телом неуёмное любопытство ко всему окружающему, и, как бы тяжело ни было мне разбирать древние тексты с устаревшими словами и кривыми буквами, очень внимательно прочитал добытые мне Леоном Роффом и находившиеся на запретных полках труды чернокнижников и еретиков. Куда смотрит наша святая инквизиция? К неё тут под самым носом прямо на троне уселась та, кто воспользовалась запрещёнными нашей матерью-церковью средствами.

Не верю, что подруга способна сама участвовать или, тем более, организовывать кровавые ритуалы. Понятно, Хельга не задумываясь приговорит любого виновного или мешающего ей человека, если это будет в её возможностях, к пыткам и казням, но вот на безумно жестокие ритуалы усиления магии или изготовления магических составов в обход воли Создателя точно не способна. Купила через кого-то. Где-то. Слышал, есть чёрный рынок запрещённой алхимии. Ну, да, есть спрос, есть и предложение. Увы. А что же касается инквизиции, то, как и в прошлом моего родного мира, некоторые особы для неё неприкасаемые. Что там далеко ходить, меня вон за сказки, от которых фонит языческими подходами со страшной силой, только слегка пожурили, да и то не публично.

— С друзьями там не поступают, Хельга, — нахожу в себе силы почти полностью задавить вспыхнувшую похоть, чуть отстраняю от себя молодую, прекрасную правительницу Кранца и с укором смотрю ей в лицо. — Зачем? Ты ведь мне и так безумно нравишься, и хорошо знаешь об этом. Кстати, виконт Филипп, глава нашей инквизиции, как часто допущен тобою к аудиенциям?

— Да почти каждый день здесь топчется, — улыбнулась. Если я рассчитывал её смутить, то у меня это ни черта не получилось. Ну, да, у коронованных особ своя этика — всё, что хорошо для трона и королевства, то вполне приемлемо и допустимо. Королева сама по себе закон, не подвластная никаким правилам. — И здесь, и в зале для расширенных аудиенций, и в главном королевском. Что же касается этого, — она отцепила от меня левую руку и крутанула ей будто винтом. — так прости, Степ, я должна была попытаться. Одной только твоей дружбы мне мало. Я это остро поняла после твоего отъезда. И ты сам виноват, я ж вижу, что тебе нравлюсь. Так что удерживает-то? Наказ твоей матушки? Так она тебе не родная. Сам от меня сторонишься, а теперь смотришь с укором.

У-у, вот это мне очень хорошо знакомо ещё из прошлой жизни. Есть такое свойство у нашей прекрасной половины, когда чего-нибудь накосячат, обвинять в этом нас, мужчин. Впрочем, мои Даша с Лесей этим не злоупотребляли, хотя и они нет-нет да и пытались выставить меня крайним, как в тот раз, когда приехали в аэропорт, и только там выяснилось, что любимые жена и дочь свои паспорта дома оставили.

— И? — ответная улыбка выползла на моё лицо совершенно непроизвольно. Хотел ведь обиду изображать. — А если бы у тебя действительно всё получилось? Куда бы ты меня сейчас девала? На трон что ли? Вдруг бы кто-то зашёл?

— Никто не зайдёт, во-первых, пока не позову, — легко стукнула она меня кулачком в грудь и отступила на шаг. — Во-вторых же, у меня всё продумано и подготовлено. Давай руку.

За свисающей от высокого арочного потолка до самого пола позади трона тяжёлой портьерой, вышитой гербами семи главных родов королевства — Саворских естественно в центре — находится дверь в просторную, светлую, с тремя окнами, комнату отдыха с парой диванов, креслом и овальным столом, уже накрытым различными сортами вин, фруктов, ягод, мёда и кускового — та-дам! — серого, то есть, готлинского сахара. Не иначе в лавке тётушки Эльзы куплен. Ну а где ещё-то?

В комнате имеется ещё одна дверь, совсем узкая, через которую по знаку королевы тут же выскочила девочка-рабыня, видимо, и организовавшая это застолье. А Хельга-то реально всё продумала. Молодец, чего уж. Она вообще, давно понял, девушка весьма деятельная. Вопрос во мне. Я-то, правда, чего из себя недотрогу строю? Она ж мне в самом деле нравится, очень нравится. Способ получения обоюдного удовольствия без последствий в виде детей давно мне известен. Может стоит пример с Карла брать? Тому вообще всё до фонаря в плане дальнейших развитий отношений с подругами — как сложится, так и сложится. О последствиях особо не задумывается. Наверное и мне нужно также? Ох, не последствия ли воздействия чернокнижной эссенции сейчас довели меня до таких мыслей?

— Вино разлито, Степ, — вывела меня из размышлений Хельга, с который мы сели рядом на диване.

Её бедро, то ли случайно, то ли намеренно со стороны подруги, плотно прикоснулось к моему. Скорее, полагаю, второе. Вроде неплохо в людях разбираюсь, она не только реально искренне рада меня видеть, тут ещё и любовь с интересом. А ведь коронованная моя подружка сильно устала за последние месяцы. Здесь при более ярком освещении вижу это отчётливо. Это как же надо выматываться, что даже магия восстановления не помогает? Королева ведь сильная одарённая и в состоянии применять достаточно мощные плетения. Бедняжка моя.

— Спасибо, — беру бокал, делаю глоток и раскрываю глаза на полную. — Ого, это ж из Готлинской обители!

— Что, не нравится? — смеётся. — Специально распорядилась найти такое. Впрочем есть и заморские сорта.

— Попробуем, попробуем, — киваю. — Главное, в процессе не забыть, зачем я сюда пришёл. Мне ж вроде как грамота на баронетство полагается? Или обманули?

— Полагается, — она вновь берёт меня за руку. — И без неё ты не уйдёшь. Но мне о многом другом с тобой нужно поговорить, Степ. Помощь и поддержка. Мне нужны будут твои помощь и поддержка, как никогда ранее.

К счастью или, теперь уж не знаю, к несчастью, но больше попыток меня очаровать Хельга сейчас не предпринимала, сразу перешла к жалобам на свою тяжёлую жизнь. Обруч королевы она с себя сняла и довольно небрежно положила на край стола. Проблем у подруги теперь действительно целый воз и маленькая тележка, ну а, собственно, чего она ожидала? Не дура, прекрасно понимала, во что ввязывается. Я б с удовольствием прижал её, чтобы утешить, вот только она и в серьёзных вопросах со мной немножко соизволит лицемерить. К примеру насчёт вынужденного согласия с дядей, что его дети будут теперь жить в королевском дворце и иметь свои свиты.

Знаю, что старшего из своих кузенов Гарри Хельга на