Бастард рода Неллеров. Книга 12 - Серг Усов

— Вообще-то исповедь не для бесед и, тем более, не для обсуждения планов развлечений, — напоминаю королеве, напустив строгий вид, и тоже поднимаюсь, закинув в рот виноградину.

— А я и забыла, — смеётся. — Ладно, тогда приеду до полудня, а после исповеди угостишь меня одним из своих знаменитых обедов. Во время обеда же можно говорить не о божественном?

— Во время обеда можно. — подтверждаю. — Что там с Гринфором-то? — вспоминаю, зачем пришёл. — И подарки-то мои посмотри. Я старался.

Даже немного обидно, что она оказалась такой равнодушной к содержимому моего ларца. Вроде никогда раньше ерунды ей не приносил. Хотя, хотя, тут непонятно, может наоборот нужно радоваться тому, что для красавицы Хельги милорд Степ сам по себе дорог, а не за свои дары.

Ожидаемо, молодая королева пришла в восторг, причём, не напоказ. Наоборот, старалась сдерживать эмоции и сохранить невозмутимость лица. Да куда там. Я ж хоть и пытаюсь уже примерить на себя роль баснописца Эзопа, ну, или дедушки Крылова, точно не стану в ближайшие пару лет писать басню «Мартышка и очки», пока сегодняшняя встреча у Хельги не выветрится из памяти, иначе подумает, что замысел этого поучительного произведения у меня родился в этот самый момент, когда наблюдал за её ужимками с биноклем. Всё остальное ей тоже конечно же понравилось. Еле заставила себя убрать всё в шкатулку и пройти к другому столу, где в секретере лежал подарок уже для меня. Нет, если разобраться, это не подарок, а одно из выполненных условий соглашения с родом Неллеров. Даже если и так, то всё равно приятно.

— Степ, прими от меня в вечное владение для себя и для любого, кого захочешь назначить наследником, пусть это даже будет кто-то из простолюдинов. — протянула мне свиток из отлично выделанной кожи. — Эта грамота сделает дворянином, баронетом, и его или её.

Это она намекнула, что официальных детей я хоть и не могу иметь, зато бастардов — сколько угодно. И Гринфор может наследоваться любым из них. Что ж, жизнь впереди ещё длинная, может и правда кому-то завещаю. Да не может, а наверняка. Надеюсь, обзаведусь и другими феодами, чтобы мои потомки не оказались безземельными дворянами, если признаю, живущими на милости рода. Ага, потомки. Пока я что-то как-то не очень над этим работаю. Даже от такой красавицы, как наша прекрасная королева почему-то шарахаюсь. Ладно, какие наши годы. Всё впереди.

— Спасибо, королева, — приняв свиток, официально учтиво поклонился, тут не нужно вставать на колено и целовать дар.

— Всё, что пока смогла, Степ. — улыбнулась Хельга. — Есть имения чуть побогаче и с титулом виконта, да уж больно далеко от столицы. Знаю, тебе такое сейчас не подходит. Помогла бы и деньгами, да сама бедна, как нищенка из Гнойного квартала.

— Любишь ты прибедняться, — смеюсь. — Но с деньгами я и сам разберусь. А за это, — потряс грамотой. — дозволь ещё раз поблагодарить.

Не я был инициатором. Сама королева опять ко мне прильнула и поцеловала не в щёку, а в губы, правда, увы, по дружески, не как при встрече. После этого вызвала караульных и велела меня проводить, шепнув напоследок, чтобы ждал её завтра на исповедь и не забыл постараться угодить ей с обедом.

В приёмной меня помимо стоявших на посту ждёт ещё и пара гвардейцев для эскорта. Большая честь. И народа сейчас в помещении намного больше, и все встретили моё появление улыбками и уважительными поклонами. Благословить? Да ну к чёрту. Я сейчас хоть и скромно выгляжу — вон, у многих в глазах мелькнуло удивление — ничего пусть привыкают — но в образе аристократа, а не священника.

Только-только ведь вспоминал жену Цезаря, которая всегда вне подозрений, а ведь самого-то Гая Юлия прирезали в такой же вот толпе прямо в сенате. И где мой милорд Карл, чтобы, случись тут нечто подобное, активировать целительский амулет? Нет его. Флиртует с баронетой Бритни Уайс, точнее, виконтессой Бритни Ольборг. А ещё друг называется. Ладно, будем считать, что пока мне везде безопасно. Со старыми врагами вроде разобрался, новых же ещё нажить не успел. Но будут, не сомневаюсь.

Ответив на приветствие, в сопровождении почётного эскорта отправился поначалу испортить приятелю всю малину.

Глава 16

Кто-то же ведь подогнал Хельге зелье, полученное с помощью запрещённых кровавых ритуалов, ритуалов, в ходе которых часто убивали не просто людей, а новорожденных детей? А про один читал, с помощью которого менялся один оттенок энергии источника на другой, кому-то более нужный, там и вовсе вспарывались животы у шести беременных женщин. В Паргее реально много непонятного, порой жутковатого, тщательно изживаемого церковью Создателя, впрочем как и устоявшимися религиями на других континентах.

Думаю об этом, уже спустившись на крыльцо парадного подъезда дворца и дожидаясь, пока Николай Торел, мой бравый сержант, организует подачу кареты, больно уж далеко их ставят от входа. Да, точно ведь молодая королева не сама ходила в трущобы Рансбура, а именно там скрываются проповедники и адепты ереси, чернокнижия и язычества, промышляющие торговлей алхимическими препаратами, полученными с помощью преследуемых и беспощадно караемых методов. Кто-то ей доставил зелье для моего обольщения. И этот кто-то для Хельги представляет угрозу, зная её столь чувствительную тайну. Между тем, подруга эту опасность мне не озвучила. Не захотела? Не понимает?

— Степ, мы будем садиться, или ты что-то забыл во дворце и надумываешь вернуться? — поинтересовался приятель, когда я задержался с посадкой в экипаж.

— Будем. — отвечаю решительно и забираюсь в салон первым, и через минуту-другую карета трогается на выезд в сопровождении эскорта.

— Ну, как там? — с любопытством смотрит на меня устроившийся напротив приятель. — Что у тебя с Хельгой было? Вы же там долго наедине оставались.

— Откуда знаешь, что наедине?

— Бритни сказала, что королева распорядилась организовать с тобой именно такую аудиенцию. — усмехнулся Карл. — Степ, так у тебя с ней, ну, с Хельгой-то? Она всегда на тебя так смотрит. Не пойму, чего ты теряешься? Можно ведь и…

— Карл, давай не будем на эту тему, ладно? — останавливаю приятеля. — Поговорили о делах, получил грамоту, договорились о встрече завтра днём.

— И всё? — рассмеялся милорд