Теорема страсти - Наталия Анатольевна Доманчук

– Вот это да! Мы будем тут жить?

– Да, если мама согласится.

Вид у Виктории был расстроенный, даже встревоженный.

– Что тебе не нравится, говори, – попросил Андрей.

Девушка чуть не заплакала и, пытаясь совладать с собой, выпалила:

– У меня были совсем другие планы…

– На что? – не понял Андрей.

– На все! – ее голос дрожал. – У меня завтра мой первый рабочий день, Никита идет в садик…

– Какой рабочий день? Где? Какой садик? – возмутился Андрей.

– Я открыла ремонтную ювелирную мастерскую в магазине родителей. Никита идет в детский сад, который у нас во дворе. Я не хочу жить в этой квартире. Да, она очень красивая, но до магазина мне минимум полчаса езды на метро, а в квартире родителей все знакомо и близко.

Андрей громко выдохнул и опустил голову:

– Мы же говорили, что я помогу тебе с открытием компании и ты сможешь осуществить давнюю мечту – создавать изделия из латуни.

Виктория дернула плечом:

– Я сделаю это сама. Чуть попозже, когда соберу достаточную сумму.

– А почему ты не хочешь принять помощь от меня?

– Сама хочу всего добиться! – огрызнулась девушка.

Андрей понял, что Виктория сегодня не в духе. Интересно, что послужило причиной? Он вроде ничего плохого ей не делал, не обижал…

– А с лечением Никиты что делать? Как его в садик отдать с таким дерматитом?

– Мы поедем к морю через неделю. Как раз Роман вернется из ЮАР, он все там закончил. Я оставлю магазин на него, и мы с сыном поедем к морю. А пока буду мазать мазью.

Андрей беспомощно развел руками:

– Хорошо… Просто я не понимаю тебя… Я ведь предлагаю лучшие условия и помощь, а ты отказываешься.

– Знаешь, – Виктория подняла подбородок и посмотрела мужчине прямо в глаза, – и нам пора прекращать с тобой видеться. Лично нам с тобой. Вот есть Никита – ты с ним и встречайся. А я буду жить своей жизнью, хорошо?

Да, Викторию явно сегодня укусила муха Цеце. Такой ее Андрей никогда не видел…

– Хорошо, – согласился он, сцепив зубы.

Страсть испаряется по мере кипения

Первая рабочая неделя пролетела как одно мгновенье. Но по отношению к Никите Андрей был беспрекословен. Он позвонил Виктории поздно вечером того же дня, когда она предложила им больше не видеться, и сказал:

– Я принимаю твою позицию по работе, но по сыну принять не могу. Он не будет ходить в детский сад, пока болен. Скажи, во сколько вы выходите из дома и его у подъезда будет ждать водитель. Пока ты работаешь, с ним будут сидеть моя мама и няня, я уже договорился. После двухнедельного отпуска посмотрим. Все будет зависеть от его самочувствия.

– В восемь, – коротко ответила Виктория.

– Понял, водитель будет ждать его в восемь утра завтра. Дай ему трубку.

Виктория протянула телефон сыну, а сама ушла на кухню плакать. Зря, конечно, она избрала тактику войны. Но лучше так. Лучше не видеть его. Жила же она как-то почти шесть лет без него?

А жила ли? Виктория разрывалась между желанием не видеть его и быть с ним просто рядом как друг.

Работа в магазине пошла на пользу, думать о том, почему Андрей ее не любит, а если любит, но не хочет жениться, времени не было. Приходилось не только принимать заказы по ювелирному делу, но и отвлекаться на проблемы в магазине. Еще и Вера Арнольдовна пожаловала в гости, прошлась по магазину, посмотрела рабочее место, которое Виктория выделила для ювелирного салона, и помотала головой:

– Уголок неплохой, но мало света и в самом конце зала. Надо в начале, у входа!

– Знаю, – согласилась с ней Виктория, – послезавтра мой друг прилетает, и мы сделаем небольшую перестановку. Мое место будет вот тут, – она указала на закрытую комнату, – стенку снесем, и будет единое пространство.

– Отлично. И еще я бы хотела посмотреть твои наброски. Мы тут с Андреем разговорились, и он сказал, что у тебя были потрясающие макеты изделий из латуни.

– Ой, это было сто лет назад, – отмахнулась Виктория, невольно вспомнив, как ей было хорошо тогда с Андреем.

– Ну они же где-то есть? Очень хочу взглянуть, – не отставала Вера Арнольдовна.

– Приходите к нам с Никитой в субботу, – предложила девушка, – я найду их и покажу. – Но, если честно, то у меня на ремонте сейчас столько заказов, что я не думаю, что смогу еще заниматься творчеством.

– Мечты должны исполняться. Не думаю, что ты когда-то грезила стать мастером по ремонту ювелирных украшений. К тому же мне надо понять, какая черная кошка пробежала между тобой и моим сыном. Он всю неделю ходит злой как собака и только рядом с Никитой хоть немного оживает.

Но и в субботу, когда Вера Арнольдовна пришла в гости, она ничего выпытать у Виктории не смогла.

– Возможно, он злой, что я не поехала к морю сразу же, а лечу только через три недели, – предположила девушка, – кто знает, что у него в голове? А может, на работе запара…

– Почему через три недели? – не поняла женщина.

Это решение Виктория приняла вчера совместно с Романом. Друг позвонил и обрадовал ее:

– Свою и твою машины продал, плюс всю мебель, которую мы с тобой купили, и холодильник. Еще кое-что заработать удалось. Так что по приезде открываем компанию и делаем огромный рекламный щит: «Салон изысканных ювелирных украшений «Победа»!

Вика рассмеялась:

– Давай сначала победим, а потом уже будем бросаться такими названиями.

– Я не шучу. Я настаиваю, и будет так. Все, мне надо бежать. Жди меня в воскресенье.

Конечно же, Виктория сразу написала Андрею, что ее поездка на море откладывается на три недели. На что он ответил сухое «ок». Ну «ок», и ладно, подумала Вика.

– Никите намного лучше. По анализам определили, на что у него аллергия. Андрей вам не говорил?

– Сказал, да, что на пыль. Но море же все равно хорошо. В любом случае.

– Там и на шерсть животных, и постельные клещи, и даже краска. Я купила новые подушки, одеяло и матрас. Выкинула два ковра, заказала диван в его комнату и планирую поменять в гостиной. Конечно, море – это всегда хорошо и мы полетим с ним, только пока у меня заказов на ремонт много плюс мы с моим другом решили открыть компанию, – теперь она объясняла Вере Арнольдовне, почему летит не на следующей неделе. – Я и забыла, сколько готовых украшений у меня есть! Мы хотим попробовать их продать. Потом