Замуж раз, замуж два! - Диана Фад

— Смотри, у них там написано «Вера, Мирма» — это они видимо верят в мир во всем мире, — показываю я на плакат и Вера кивает, — Так и хочется написать им правильно «Вера в Мир» на английском языке по-другому пишется.

— Надо же, как трогательно, люди стоят здесь целый день призывая к миру. Просто молодцы!

— А вот это непонятно, — указываю на другой плакат, — причем тут Рапунцель в марте?

— Не знаю, — пожимает плечиками Вера, — Странные какие-то.

— А, не обращайте внимания, у нас тут часто такое, — успокаивает нас Жаннин и мы идем в ресторан, так как уже изрядно проголодались.

— Я без ног, — вытягиваю ноги в туфлях с тихим стоном, когда сажусь на мягкий диванчик.

— И я, — тоже стонет Вера, — Мы бы хоть додумались купить кроссовки, да и джинсы бы не помешали.

— Значит заедем в магазин? — предлагаю Жаннин и она кивает, рассматривает меню, чтобы сделать заказ, — Морепродукты все любят?

— Да, — киваем мы.

— Отлично, тогда на мой вкус, — мы соглашаемся.

Через пару часов ходим по большому торговому центру, покупаем пару кроссовок, футболок, зубные щетки, пижаму, расчески.

— Все, я купила самое нужное, — наконец, загружаем покупки в маленькую машинку Жаннин, — Теперь можно и домой.

— Да, еще один день, — вздыхаю я, — Завтра в Лувр и вечером на самолет?

— Да, пора домой, — соглашается Вера и мы возвращаемся в квартиру Жаннин.

Вечером сидим в уютном кафе у дома, наслаждаясь французской кухней.

— Смотрите, по телевизору этих чудиков показывают с плакатами, — указывает Вера на телевизор, который висит на стене.

— Опять какая-то демонстрация, — вздыхает Жаннин, — Ой, смотрите, каких-то русских сняли с самолета. Устроили драку в салоне.

— Какой ужас, — возмущаюсь я, — Так и будут думать, что мы все такие.

— Не говори, вроде приличные мужчины, на моего Егора чем-то похож, — мы смотрим в телевизор, где мелькают кадры и снова негры с плакатами.

— Эх, не успела рассмотреть, — горюю я, но тут нам приносят десерт, тартини, — Обожаю эти штуки, — беру с тарелочки круглую тарталетку из песочного теста с сиропом и свежими ягодами сверху.

— Очень вкусно, — соглашается Вера, укладывая на тартини ломтик ветчины сверху.

— Вера, — возмущаюсь я, — Это вкусно?!

— Очень, — подтверждает подруга и закатывает глаза, — Даже слюни текут, не могу остановиться.

— Какой ужас, — морщусь я, — Никогда не буду беременной!

Глава 42. Игорь и Егор

Глава 42. Игорь и Егор

Почти весь день провели в Лувре, к концу дня начало подташнивать от гобеленов, картин и статуй. Я, как и Егор был тут уже не первый раз. Пару раз с родителями и один как-то бродил по этим залам. С удовольствием ходили первые полчаса, внимательно разглядывая женщин, даже вызвали недовольные и подозрительные взгляды со стороны служащих. Один раз даже гнался за одной с длинными волосами, примерно как у Марты, хорошо, что женщина раньше обернулась, иначе был бы конфликт, если бы догнал.

Все, что для нас было новое в историческом здании — это негры с плакатами, отчего мы схватились за голову. «Вера, Мимра, Рупунцель из марта, Мимра, Рапунцель, Мимра и мимра, хелп» — кричали с плакатов корявые буквы. На некоторых даже была нарисована сама, типа Рапунцель, почему-то с русалочьим хвостом и очень длинными черными волосами.

— Так их точно не найдем, — сквозь зубы произнес Егор, когда уже вышли из Лувра, злые и голодные.

— Не думал, что именно так, все будет выглядеть, — подтвердил я, рассматривая очередной шедевр в виде земного шарика и надписью «Вера. Мирма».

— По ходу, мы стали вестниками мира во всем мире, — хохотнул Егор.

— Это да, — тоже засмеялся я и тут же замер, от звонка на своем телефоне.

Вынул трубку из кармана и чуть не поседел. Звонила мама:

— Игорь! Мы уже час стоим у выхода, почему нас никто не встречает? — начала она сразу.

— Э-э, где? — удивился я.

— Как где?! В аэропорту!

— Вы тоже в Париже? — спросил первое, что пришло в голову и поморщился, убирая телефон дальше от уха.

Оттуда понеслись совсем не светские ругательства, пока трубку не взял папа:

— Игорь, ты где?

— Я в Париже.

— Зачем?

— Долго объяснять, а вы где?

— Мы в Берлине.

— Зачем?

— Долго объяснять, — издевательски произносит папа, а я со всего маха шлепнул себя по лбу и застонал:

— Сегодня уже 20е, да? Стой, не говори мне ничего, дай подумать, — тут же сказал отцу.

— Что там? — спросил Егор.

— Мои родители приехали, — прикрыл я трубку рукой.

— В Париж? — удивился друг.

— Слава Богу, нет, — открестился я, — В Берлине, в аэропорту ждут.

— Ну, пусть садятся на такси и едут к тебе домой, — тут же предложил Егор.

— Пап, берите такси, адрес сейчас пришлю. Дело в том, короче мы прилетим завтра с Мартой, надеюсь, что с Мартой.

— Дурдом какой! — слышу на заднем фоне крик мамы и морщусь.

— Ладно, — тянет папа, — Не знаю, что у вас тут происходит, но завтра сам будешь разбираться с мамой. Сегодня я ее отвлеку магазинами, а вот потом не ручаюсь, — высказался он и отключился.

— А можно мне тут задержаться? — спрашиваю с надеждой Егора, и тот хохочет, но тут же достает свой телефон.

Пока Егор разбирается со своими китайцами, которым срочно организовали экскурсионный тур по золотому кольцу на три дня, вместо подписания контракта, я ищу кафе, чтобы перекусить.

— Кстати, а что там за толпа? — указал я на высокую стеклянную пирамиду в центре большой площади Лувра.

— Подойдем или посмотрим? — спросил Егор, я кивнул, так как вариант то был без выбора.

Подошли, где громко на французском языке кричал какой-то мужик в микрофон. Стояли люди с плакатами, где пестрели наши надписи, что мы придумали с Егором.

— Что он говорит? — спросил я Егора, который чуть лучше меня