Она мне (не) чужая - Елена Владимировна Попова (ХЕЛЕН)

но оно у тебя уже было с Алисой. Ты все просрал, братец! И нормальную жену, и дочь! Променял их на свою пиявку, а в итоге остался ни с чем! Ты хоть понимаешь, что не сможешь вернуть Диану? Тагиев держит тебя на крючке, и если ты попытаешься забрать ее у Алисы, то точно окажешься в тюрьме. Он найдет предлог от тебя избавиться. Ты знаешь на что он способен.

― Спасибо, поддержала!

Рома нажал на сброс, втянул носом воздух и, медленно выдохнув, обратился к бармену:

― Сколько с меня?

Пока тот считал, Роман злился:

― Я и так знаю, что если сунусь к Алисе, то Тагиев живьем меня закопа… ― резко замолчав, он устремил взгляд на телевизор, по которому в этот момент показывали пылающую яхту, фото Тагиева и еще одного мужчины.

― Прибавь звук! ― велел он бармену.

«…В настоящее время спасатели продолжают поиск российских граждан, но, увы, нет ни единой надежды, что они найдутся живыми». ― И ведущая новостей перешла к другой теме.

― Что за хрень? ― задумчиво произнес Рома, не понимая, что вообще произошло.

― Наши утонули в Болгарии, ― подсказал бармен. ― Яхта одного бизнесмена загорелась. А может, взорвали. Версий сейчас очень много. Но одно я точно могу сказать: они не выжили. Яхта была слишком далеко от берега и доплыть своими силами было нереально.

Парень продолжал говорить, но Рома его уже не слышал:

«Что-то мне подсказывает, что еще не все потеряно, ― проговорил он про себя и растянул губы в победной улыбке. ― Кажется, на моем горизонте только что замаячили просветы».

Глава 32. Она мне не чужая

Неделю спустя

Москва

Роман

― …Мы договаривались, что ты заберешь ее только на один день! ― прокричала в трубку Алиса. ― Верни мне дочь, Абрамов! По-хорошему верни!

― А что, может быть и по-плохому? ― посмеялся Рома, падая на диван.

Взял с журнального столика стакан и, отпив, поморщился.

― Ну, давай, расскажи-ка мне, что ты сделаешь? ― поудобнее устроился он. ― В полицию побежишь? Очень интересно, что же ты им скажешь? Что Диана живет с родным отцом, а ты ― чужая для нее тетя, не можешь с ней встретиться? Этот вариант сразу отметаем. Другие есть? Может, Тагиеву нажалуешься? Ой, прости, ― Рома театрально хлопнул себя по лбу, ― совсем забыл, что он утонул.

― Какая же ты мра-а-зь… ― протянула Алиса гнусавым голосом и громко всхлипнула. ― Надо было засадить тебя в тюрьму. Жаль, что я этого не сделала… Очень жаль…

― Прости, солнце, но с этим уже ничего не поделаешь, ― развел руками Рома и, переведя взгляд на подошедшую Диану, прикрыл ладонью трубку. ― Чего тебе, зай?

― Пап, а мама когда за мной приедет? ― спросила дочь, покосившись на бутылку и тарелку с креветками. ― Я хочу к ней. А не то ты уснешь как вчера и будешь громко храпеть.

Проведя рукой по щеке, заросшей щетиной, Рома вспомнил, как вчера, напившись до чертиков, уснул на диване в гостиной, а Ди несколько раз пыталась его разбудить и говорила, что он громко храпел.

― Мама пока занята. Иди, играй, ― подмигнул дочери и дал себе слово, что сегодня постарается не напиться.

― Я приеду за ней сегодня, слышишь?! ― раздался в трубке сердитый голос. ― И верни Диане мобильник, чтобы я могла созваниваться с ней. Я должна знать, что у нее все в порядке!

― А что с ней может случиться? За кого ты меня принимаешь?! ― разозлился Рома. ― Я ее отец! Конечно с ней будет все в порядке! Она дома и под присмотром!

― Под каким присмотром?! ― крикнула Алиса. ― Пьяного отца?! Я же слышу по голосу, что ты выпивал! Абрамов, прекрати вести себя как ребенок. Кому ты делаешь хуже? Думаешь, мне? ДИАНА страдает в первую очередь, как ты это не понимаешь?

― Так исправь это, ― пожал плечами Роман. ― Ты прекрасно знаешь, что нужно сделать, чтобы все были счастливы.

― За последние три дня я уже раз сто повторила, что не вернусь к тебе, но ты как будто не слышишь.

― Не понимаю, почему ты не хочешь попробовать начать все с чистого листа? ― не унимался Роман.

― Какой чистый лист? Ты выставил меня из дома, забрал дочь, подал на развод, привел в дом любовницу, совершенно наплевав на то, что происходило у меня в душе, и после всего этого ты надеешься, что между нами могут быть отношения, и что мы снова сможем стать одной семьей? Ты это серьезно?!

― Да, я облажался, ― вздохнув, признал Рома. ― Понял, что у нас все было не так плохо, как мне казалось. Ты хорошая жена и мать, но, видимо, для того чтобы понять это, мне нужно было пройти через отношения с Кирой, такое бывает.

Отпив из стакана, Роман поморщился от крепости и неожиданно разоткровенничался, что было совсем нехарактерно для него. Видимо, подействовала сорокоградусная ‶сыворотка правды″ шотландского происхождения.

― Мы оба наломали дров. Сначала ты со своей работой, потом я, изменив тебе с Кирой. Но ведь все это пошло на пользу нашей семье, согласись? Ты поменяла работу, стала больше времени уделять дочке, а я понял, что с другими женщинами мне не будет так хорошо, как с тобой. А еще я понял, что ты…

Глубоко вздохнув, он устремил взгляд на окно.

― …Что ты всегда интересовалась моим здоровьем, переживала за нас с Ди, и любила ее как родную дочь. Прости, что так поздно все это осознал… Оказывается, в жизни все познается в сравнении.

― Сравнил и познал? ― спустя пару секунд спросила Алиса. ― Рада, что ты сделал такие выводы, но… это ничего не изменит. Я никогда к тебе не вернусь. Больше не хочу быть радугой для дальтоников ― дарить себя людям, которые ищут счастье на стороне, в упор не замечая мою любовь и заботу. Между нами все кончено! ― категорично заявила она. ― Я только об одном тебя прошу: не травмируй Диану. Если действительно многое осознал, и если любишь ее, то отпусти. Ты навсегда останешься для нее отцом, будешь видеться с ней, участвовать в ее жизни, а я буду советоваться с тобой по всем вопросам, которые будут ее касаться. Ты будешь заниматься бизнесом,