Я шагаю по судьбе - Владимир Сергеевич Малышев

и все события мелькают передо мной словно в калейдоскопе (как тогда, когда тонул в детстве). Сам удивляюсь: неужели я уже перешел в старческую группу? Помню, как мы, 20-летние, смотрели на 70-летних… Конечно же, с почтением, но и с некоторым скепсисом. Что, мол, это старичье нудит, нас поучает? Но оказалось, что и в 70 есть чувства, азарт, голова еще «варит». В общем, нам уважение, а дорогу – молодым!

Мои встречи

Я благодарен судьбе за то, что неоднократно сводила меня с легендарными людьми, с которыми едва ли довелось бы познакомиться, посотрудничать и просто по-человечески общаться, если бы не работал в культурной отрасли.

Об этих людях написано уже немало книг и статей, снято фильмов, поэтому нет смысла здесь подробно пересказывать их биографии. Добавлю лишь несколько любопытных штрихов к портретам, поведав о тех эпизодах, которым был свидетелем во время личных встреч.

Коллеги и соратники: слева направо – Александр Бородянский, Карен Шахназаров, автор, Сергей Соловьев

ЭЛЬДАР РЯЗАНОВ

Во вгиковском личном деле Эльдара Рязанова имеется такой забавный документ. Он написал заявление чуть ли не через 50 лет после окончания вуза с просьбой выдать ему режиссерский диплом. Дело в том, что, когда Рязанов пошел оформлять награду от московского правительства, у него потребовали предъявить оригинал диплома о высшем образовании, которого у Эльдара Александровича не оказалось.

– Я их пытался убедить, – рассказывал Рязанов, – что пятьдесят лет режиссером работаю, а они мне все равно не верят! Им важнее не мое кино, а официальная бумага с печатью.

Мы были знакомы с Эльдаром Александровичем по Госфильмофонду – он в числе прочих именитых режиссеров приезжал на фестивали и творческие встречи. Затем, когда я работал уже в Федеральном агентстве, Рязанов открывал свой киноклуб «Эльдар» в бывшем кинотеатре «Казахстан» на юго-западе Москвы. Этот кинотеатр переоборудовали, чтобы там можно было помимо кинопоказов проводить творческие вечера, играть спектакли… Как обычно, перед самым открытием центра на что-то не хватило денег, и Эльдар Александрович пришел к нам в агентство – просить дополнительные средства. Швыдкой был занят, и Рязанов заглянул ко мне.

С Эльдаром Рязановым

С Эльдаром Рязановым и его супругой в Госфильмофонде

Выслушав его просьбу, я сказал:

– Едва ли вам сейчас дадут денег при всем нашем желании. Уже конец года, все средства распределены.

Рязанов даже растерялся несколько:

– А что же делать? Посоветуйте, я не так часто захожу в такие учреждения, как ваше…

Поразмыслив, предлагаю:

– Знаете что? Агентство централизованно закупило музыкальные инструменты, они есть в запасе. В частности, рояли «Steinway». Так что, Эльдар Александрович, я предлагаю – чтобы вы совсем с пустыми руками не ушли, попросите у Швыдкого «Steinway». Это рояль очень высокого статуса, несколько миллионов стоит. Вы же как раз центр открываете, пригодится.

Рязанов был приятно удивлен, взял листок бумаги и тут же, советуясь со мной, от руки написал заявление. Мы его перепечатали. Эльдар Александрович отправился к Швыдкому и очень довольный вернулся, потому что Михаил Ефимович, конечно, с удовольствием выделил ему «Steinway».

Когда мы пришли на торжественное открытие центра «Эльдар», Рязанов в середине вечера нас со Швыдким пригласил на сцену, и принародно поблагодарил за подарок. Швыдкой тут же сел за рояль и, к удивлению многих, профессионально сыграл красивую мелодию. Мало кто из присутствующих в зале знал, что Михаил Ефимович окончил музыкальную школу.

МАРЛЕН ХУЦИЕВ И СТАНИСЛАВ РОСТОЦКИЙ

На первый фестиваль Госфильмофонда «Белые Столбы» приехали несколько известных советских режиссеров. Среди них – Станислав Ростоцкий с супругой, актрисой Ниной Меньшиковой, и Марлен Хуциев. А также актеры, киноведы, журналисты…

После открытия кинофестиваля мы пригласили гостей на банкет. Там уже играл маленький оркестрик, были накрыты столы, за которые гости стали рассаживаться (понятное дело, сотрудники Госфильмофонда помогали разместиться им согласно ранжиру). Так получилось, что Ростоцкий и Хуциев сели за один стол, напротив друг друга.

Одна из многих встреч с Марленом Хуциевым

И вдруг ко мне подбегает мой заместитель по науке Дмитриев… Профессионал высшего класса! Раз в неделю, даже не имея никаких служебных поручений, Дмит-риев ездил в Москву навестить старых знакомых в Союзе кинематографистов, на Высших курсах сценаристов и режиссеров и в Госкино, чтобы с утра на следующий день зайти ко мне и, потирая руки, возвестить: «Итак, у меня две новости! Одна хорошая, другая плохая, с какой начинать?!» Таким образом он начинал свой рассказ о столичной жизни.

На этот раз Дмитриев, подбежав, прошептал мне на ухо:

– Вы что сделали?! Зачем Хуциева с Ростоцким посадили за один стол?!

Говорю:

– А что не так? И тот и другой именитые.

– Вот именно! Они же много лет не разговаривают! И даже не здороваются!

– Почему?

– Да они сами уже, наверное, не помнят почему! То ли Ростоцкий выразился где-то о фильме Хуциева не слишком лестно, то ли Хуциев картину Ростоцкого раскритиковал. Короче, они в жуткой ссоре.

А куда пересаживать их? Уже все места заняты. Да и как это будет выглядеть? Что им сказать? «Марлен Мартынович, пойдем-ка мы от этого плохого режиссера за другой стол?»

Тем временем банкет начинается. Мне предоставляют слово. Мягко отстраняя зама, шепчу ему:

Комфортное общение со Станиславом Ростоцким, выдающимся режиссером и прекрасным человеком

– Ну всё, я ничего поделать уже не могу. За информацию спасибо…

Сказав тост и присев, отдельно обращаюсь к Хуциеву с Ростоцким:

– Ну, уважаемые мастера, Марлен Мартыныч, Станислав Иосифович, давайте выпьем за наш кинематограф…

Им некуда деться – отвернувшись друг друга, чокнулись и выпили до дна.

Застольное веселье набирало обороты, Савва Кулиш вышел к микрофону, начал петь какой-то распальцованный блатняк. А там и Хуциев, смотрю, к микрофону идет, тоже запел – всеми любимую песню из своей картины «Весна на Заречной улице». Очень жалею, что видеокамеры не было!..

После пятой рюмки Хуциев с Ростоцким – чуть не в обнимку, мило общаются… А потом они целую неделю, пока фестиваль шел, жили в соседних номерах, и мне Ростоцкий (я заехал как-то с утра чайку с ними попить) говорил:

– Володенька, какие же мы были дураки! Столько лет не общались! Из-за какой-то ерунды! Спасибо тебе, что опять нас свел! Что специально посадил нас рядом! Мы столько повспоминали в эти дни, гуляя по зимним дорожкам!