Приключения смекалистого мага жизни - Алексей Николаевич Осадчий

Левашов часто-часто заморгал, покраснел, и, заметно сконфузившись, начал пояснять мысль свою. Дескать, Петя, оставшись без курса стратегии, может и не понимать, что Манифест о войне с османами сейчас, в эти дни крайне нежелателен, ибо военные корабли трёх держав – Британии, Франции и Неаполитанского королевства сейчас стоят на рейде Султансарая и составляют сильнейшую эскадру, втрое превосходящую мощь скромного флота Пронского княжества. Что поделать – ранее в военном ведомстве вкладывались преимущественно в армию, на флот внимания и денег не хватало, да плюс ещё огромные траты на присоединение и удержание под рукой Великого Князя дальневосточных земель, куда вбуханы неимоверные средства, одна трансконтинентальная железная дорога чего стоит!

Новиков и Игумнов кивали бывшему коллеге, вроде и соглашаясь с геополитическими выкладками Левашова. Однако, «прочитывая» эмоции и лиц выражение уважаемых преподавателей, Петя таки заметил «смешинку». И Новиков и Игумнов прекрасно помнят, какие усилия гвардии майор Левашов прилагал, дабы выпнуть из Академии Магии выскочку из «подлого сословия».

А теперь Петя уже и вовсе Пётр Григорьевич, уже и сам маг четвёртого разряда, то есть майор гвардии или армейский полковник! Повышение в разряде прошло буднично и абсолютно не торжественно – Птахин, вызванный из Жатска телеграммой-молнией, явился пред очи высокой комиссии, где и продемонстрировал умение творить заклинания четвёртого разряда и Хранилище, объём коего полностью тому разряду соответствует. Члены комиссии «просветили» целителя магическим зрением, особо отметили мощь ауры, которая одна, без Хранилища, способна «выдавать» заклинания четвёртого разряда, что большая редкость в наши дни. Не то чтобы Птахин уникум, но отклонение у первого в роду мага, в предках у которого нет обладавших Даром, - вполне объяснимо-с! Да-с! Может ещё оттого важный экзамен был столь скучен, что в Академии прекрасно знали Петины возможности (ну, так им казалось) и обоснованно считали, что прирост магических сил молодого целителя произошёл из-за усердных тренировок (как же, помним, ещё кадетом был прилежнее прочих на курсе) и долгого нахождения среди «травы жизни Птахина». Да, так теперь называется та травка, слегка фонящая магией жизни, которую Петя в Архангелогородской обрасти почти случайно набрал на алмазном месторождении. А трава магические свойства не теряла, даже пересаженная через семена в иных условиях, в новых местах! Так что Птахину Пётру Григорьевичу, помимо зелёного перстня указывающего на четвёртый разряд, вручили и солидный документ в рамочке (дорогой, из красного дерева) где золотом по белому удостоверено, что отныне Петя кандидат магических наук, а это, кстати, гарантирует увеличение месячного содержания в 1,2 раза! Для докторов магических наук тот коэффициент составляет вообще 1,8!

В один день с Петей на повышение разряда вышли ещё трое магов. Двое незнакомых, в возрасте, лет 30-35, оба пятого разряда. Один из Итильской губернии, второй из Сибирского наместничества. Спокойно, без натуги сдали на четвёртый разряд, оба магией земли владеют первоочередно, видать, зашибают неплохие деньги, живут привольно, оттого и не утруждали себя тренировками, потому и росли силы мажеские медленно. А вот давний Петин знакомый, на два курса старше – Николай Вознесенский, с которым столкнулся на практике после первого курса, за шесть лет после окончания Академии еле-еле дошёл с шестого разряда до пятого, сказывается, таки сказывается негативно курение опиума и прочие вредные привычки. Но, надо отдать Вознесенскому должное – не совсем опустился, пытается вырваться из отряда «слабосилков», - пятый разряд вполне прилично, средний уровень в мажеской иерархии. А вот обретённый Петей четвёртый – уже ближе к элите, пусть и не сразу после Академии получен, но в пределах трёх лет после окончания – хороший темп, означает, что Птахин очень даже перспективный маг!

Бывший куратор курса посматривал на Петю с некоторой опаской, может, думал – сумеет ли теперь одолеть выскочку из мещан в честном мажеском бою? А что, любопытное было б зрелище, даже если не применять аурную и шаманскую магию, так Птахин, хоть и будучи целителем, противник весьма грозный – его щит аурный пробить ой как сложно, Левашову так и невозможно. И минимум ничья Пете гарантирована – что может боевик куратор ему сделать? Молнию и ветер противника Птахин переждёт за аурным щитом, потом дождётся магического истощения Левашова и по простецки забьёт того кулаками, если, конечно, Пётр Фомич на остатках магии не улетит подальше. А в закрытом помещении так и однозначно хана куратору...

Возможно, у Пети на лице это читалось, оттого и дёргался Пётр Фомич, всё о высокой стратегии говорил, о мудрости государевой.

- Что ж, коллеги, - Новиков, спасибо ему, решил «закруглить» несколько затянувшуюся беседу четырёх магов. - Оставим плац кадетам, а сами - в ресторан! Повышение в чине мажеском необходимо вспрыснуть, чтоб Пётр Григорьевич не останавливался на достигнутом. Верю – и третий разряд и высокое звание доктора магических наук не за горами!

Левашов от тех слов скривился, словно от внезапно накатившей боли зубной, но ни к кому из трёх рядом стоящих целителей за помощью не обратился, лишь посетовал – рад бы отметить, но спешит к ректору, дело наиважнейшее!

До вечернего поезда до Путивля время было, успел Петя и телеграмму супруге отбить с хорошими новостями и «вспрыснуть» повышение. Хотя, какое удовольствие выпивать, если целитель может тут же нейтрализовать все последствия приёма алкоголя? Употребляют, конечно, маги жизни и вино и хороший коньяк, но понемногу, в хорошей компании и за изобилующим вкусностями столом...

Преподавателей Академии крайне интересовало, как в провинции отреагировали на возможную войну с османами: есть ли воодушевление в обществе, готовность жертвовать жизнью и денежными средствами на «одоление супостата».

Пете рассказал, что видел, самому было интересно наблюдать за шествием по главной улице Жатска патриотической манифестации. Народ шёл с иконами, флагами, портретами Государя. Чета Птахиных удостоилась великой чести – в первом ряду чувства патриотические и верноподданнические демонстрировали, там всего два десятка лучших людей вышагивало. Кате такая прогулка неожиданно понравилась, она загодя расклинила полковничий мундир и вся из себя важная и представительная, на последней трети срока, затмила всех прочих дам города и уезда. А форма интендантского ведомства, где Екатерина служила после Академии, очень и очень авантажная, от гвардейской с двух шагов не отличить! Да, умеют тыловики праздничные мундиры кроить! Сам Птахин шёл в скромном служилом сюртуке, чистый шпак, зато на груди четыре боевых ордена! А то, что одна из наград – солдатский Георгий,