Паутина Света. Книга 6 - Сергей Александрович Плотников

— Ты видел, как я его? А? А? — раззадорившись, кричал Акио.

— Я видел, как он тебя, пфф, — Дайске ещё и подливал в огонь масло, исподволь заставляя брата в запале орать ещё громче.

— Успокойтесь, дебилы. Мама сейчас придёт, — монотонно увещевала братцев Кёко ровным спокойным тоном. Конечно, никто её не слушал.

— Ну-ка поподробнее про драку в школе, Аку! — приказала Ринко, входя на кухню. Прозвище старшему сыну тоже она придумала.

На её глазах произошла удивительная трансформация: трое бесенят чудесным образом превратились в троицу скромняшек-деточек, за столом ждущих маму. С вымытыми руками, разумеется, причёсанные и невинные, словно ангелочки.

— Никаких драк, мам! — подскочил старший. — Всё как ты просила!

И глаза такие честные-честные.

— То есть наваляли тебе без драки? — мягко и как-то отстранённо уточнила Ринко, словно ей эти подробности были не интересны. Ошибка! Фатальная ошибка так думать!

— Да мы пальцем друг друга не тронули! — в праведном гневе заявил победитель.

Сыграно было хорошо, почти безупречно. Более того: Акио не соврал. Хорошо, стервец, усвоил, что за обман наказание удесятиряется. Вот только…

— А чем вы тогда друг друга трогали?

Опыт есть опыт.

— Ну-у…

— Они друг с тем идиотом-старшаком камни друг в друга кидали, — со вздохом сдала братца сестра. — В парке полосы крупной галькой вместо мульчи под деревьями засыпаны — вот там и сцепились. Дуралеи!

— Ничего не понимаешь, это была честная мужская дуэль! — надулся старший. И уже для Ринко уточнил: — Мы по правилам договорились! И я договоренности соблюдал!

— Он позволил в себя трижды галькой кинуть, в грудь, мам, — вмешался Дайске. — Показать, какой он храбрый и боли не боится, болван!

— В отличии от тебя, малыш, я уже умею укреплять своё тело, — парировал доводы младшего брата Акио. — Что мне маленькие камушки, когда я синай старшего ученика могу сдержать!

— Ты там что-то говорил о “честной дуэли”, старичок? — демонстративно приставил к уху ладонь Дайске. — В вашем договоре ничего не было про использование “железной рубашки”!

— Что не запрещено, то разрешено, — выдал победную улыбку счастливый обладатель аж двух недоступных обычному человеку сил.

Рано расслабился.

— То есть Аку как бы сжульничал и потом наставил синяков обидчику? — попыталась обобщить хозяйка дома всё тем же слегка отстранённым тоном.

Она не просто слушала детей, но и собирала на стол. Кёку привычно помогла с чашками и столовыми приборам, а вот мальчикам предстояло справляться уже с грязной посудой. Ну как справляться? Ополоснуть и в посудомойку составить.

— Спасибо за еду! — все четверо очень синхронно сложили руки перед собой.

Акио уж было понадеялся, что разговор замялся и мать вернётся к нему только вечером. Хрена там! Младший придурок всё испортил!

— Он и потом жульничал! — по-быстрому заглотив половину миски супа, обличающе ткнул палочками в старшего брата. — Как-то хитро напитал камень светом и запустил в дерево: типа смотри и бойся. Камень от удара едва не в пыль разлетелся! Старшак со своими дружками тут ка-ак струхнул — и те все вместе как давай удирать, аж пыль столбом!

— Как ты и просила, мама, — склонил очи долу Акио. — Никаких драк без веской причины.

— Но отделал тебя всё-таки он! — победно фыркнул Дайске и подхватил тарелку со стола, добивая суп. — И ты выделывался со своими сверхспособностями! А мама — запретила.

— Не говори с набитым ртом, — машинально одёрнула младшего сына Ринко. — А ты, Акио, правильно сделал, что решил конфликт мирно и с минимальными потерями.

Старший незаметно выдохнул.

— Но показал другим то, что показывать не стоило, — слова матери заставили Аку болезненно скривиться.

— Да они ничего и не поняли, мам, — попытался оправдаться он. — Есть же просто сильные люди, которые хорошо умеют метать, скажем, мяч?

— Есть, — покивала женщина. — Вот только ты этого делать не умеешь. Ну ничего, я знаю, как мы это исправим. Договорюсь с Тенгу-сенсеем на дополнительные тренировки по метанию.

Акио мысленно застонал, но не выпустил наружу ни звука. И лицо удержал сосредоточенно-благодарное.

— Спасибо, мам!

— Ну и конечно вы все трое завтра после уроков найдёте муниципального садовника и спросите, чем можете помочь. И три дня будете приходить помогать.

— Эй, а мы-то с Кёко причём?! — едва не выронил чайную чашку Дайске.

— Могли б отговорить брата, а вместо этого поддержали его “дуэль”, — отрезала мать.

— Так мы против были, но он нас не послушал! — возмутился младший сын. — Не могли ж мы его одного отпустить? Кто б проследил, чтобы старшаки договорённость выполнили?

— Вот тогда, укрепив тело, Акио мог бы всех троих и уделать в рукопашной, — хмыкнула Ринко. — Вполне потянуло бы на вескую причину, не находите?

Судя по взглядам детей, понимания она не встретила. “Ещё и издевается!” крупно читалось на их лицах. “Посмотрели б мы, что ты тогда б сказала!”

Мать троих тихонько выдохнула. Нормальная, в принципе ситуация: дети постепенно переходят из паттерна “мама знает лучше” в “я сам знаю лучше”. И она ведь уже прошла через это, воспитывая маленьких Синдзи, Тамако, Нумото и Юно. Дочку Хироэ забрала себе дорогумо, привозя к братьям и сёстрам лишь время от времени. Остальные после старта Цукуеми Мару полностью повисли на ней. Кто-то должен был покорять Луну, кто-то — защищать Такамию на Земле, а кто-то — растить будущее поколение Амакава.

Учились первые дети Юто в Ноихаре, где учебным процессом заправлял Генноске. Особенно доставалось Нумото: будущего главу клана гонял лично господин директор. Кроме собственно школьной программы обязательно шли такие предметы как “политика” и “боевая практика”. От последней освободили Синдзи, вместо того отправив обучаться в додзё Разящего.

Сколько слёз и жалоб наслушалась Ринко — не передать. И она твёрдо решила, что зачав своих детей от сохранённого семени Юто, она даст им нормальное детство. Забеременев, она вышла из всех клановых дел и вообще снизила свой доступ до такового у обычного обывателя. Конечно, пришлось вернуть старую фамилию: с новой об обычной жизни для себя и детей и нечего было думать. К Амакава в Такамии