Любовь под запретом - Юлианна

— Сукин сын, сделал вид, что мы не знакомы. А я все думал, что он на меня так смотрит. Кровник, — он рассмеялся, обхватывая голову руками и боясь даже представить, что будет, если они узнают об Ираде.

В их краях, месть — это вопрос достоинства семьи. Здесь месть — не акт, а долг.

Кто-то забывает, они никогда.

И если они узнают о ней, то демонстрация казни будет адресована не только ему, их заклятому врагу, но и всем свидетелям.

40. Необоснованные страхи

Звонок телефона мгновенно разбудил Лею. Она удивленно уставилась на абонента и тут же ответила.

— Жаки? Что случилось?

— Детка мне нужна помощь, — всхлипывая говорила Жаклин, пугая Лею еще больше. — Франсуа не берет трубку, а мне больше некому позвонить.

— Что случилось? Ты где?

— Я беременна Лея, — шепотом проговорила Жаклин, и ее голос тут же дрогнул, выдавая волнение вкупе с напряжением. — Я не знаю, что мне делать.

— Для начала успокойся, — говорила Лея, хотя сама была на панике. — Где ты? Ты одна?

— Да. Марселя нет, он на приеме.

— Это его ребенок? — спросила Лея скорее для того, чтобы еще раз понять, что не ослышалась и, чтобы Жаклин успокоилась.

— Да.

Стон, а следом вой, испугал ее и она поняла, что не знает, что сказать, как успокоить Жаклин.

— Жаки? Жаки? Послушай меня? — Лея вскакивает с постели и поняв, что Эмина еще нет, включает свет, чтобы посмотреть время.

Полночь.

— Ты сделала тесты?

— Да.

— Сколько?

— Пять.

— Это все равно не показатель. Нужно в больницу.

— Лея, а если он спросит, что мне ему сказать?

— Впервые слышу, что ты в такой растерянности, — взлохматив волосы, улыбнулась Лея. — Скажешь: Сюрприииз!

— Лея мне впервые не до шуток. Я боюсь. Я даже маме не могу об этом сказать, она меня убьет.

— Не говори ерунды. Твоя мама самая понимающая женщина на свете. Если кто и не станет тебя ни в чем обвинять так это она. И вообще, что значат твои слова? Марсель тебе что-то сказал?

— Перед тем, как мы переспали с ним, он сказал, что не хочет никаких детей и это секс без обязательств. Я сказала, что предохраняюсь, а теперь он подумает, что я специально его обманула, — всхлипывала Жаклин.

— Ты что, влюбилась в него? — спросила Лея.

— Это, знаешь ли, не трудно, с его-то харизмой и моей любовью к таким ублюдкам, — хмыкнула Жаклин и Лея рассмеялась.

— Ну вот теперь я слышу голос настоящей Жаклин.

— Лея, что мне делать?

— Думаю будет лучше, если ты сходишь в больницу, удостоверишься в том, что это действительно беременность, а не твои гормоны и уже тогда поговоришь с ним.

— Я все расскажу, стоит ему спросить, что со мной.

— Тогда поживи в нашей квартире. Мы через несколько дней планировали прилететь, встретимся и все обговорим. Я позвоню консьержу и скажу, что ты побудешь там до нашего приезда. Ключи возьмешь у него же, хорошо?

— Спасибо, я не знаю, чтобы я без тебя делала.

— А что с Франсуа? — спросила Лея.

— Влюбился кабель! И теперь трубки от меня не берет.

— Ну разве это не прекрасно?

— Да. Но только когда он влюблен в правильную женщину, а не в гадюку.

— Жаклин, я понимаю, ты ревнуешь немного, но может мы дадим ему самому устроить свою личную жизнь? — пожала плечами Лея, слыша, как в комнату входит Эмин. — Жаки, прости, здесь Эмин пришёл, мне пора. Поговорим завтра? Ты не забудь, о чем мы с тобой говорили. И езжай сразу как будешь чувствовать себя хорошо, ладно?

— Позвоню, как буду в квартире. Передавай привет нашему ангелу, — поцелуй в трубку, развеселил Лею и повернувшись, она послала мужу улыбку.

— Почему не спишь?

— Жаки звонила. Передавала поцелуй.

— Как она?

— Ей нужна была моя помощь и я предложила ей пожить у нас на квартире, пока мы не приедем.

— А что случилось?

— Ничего. Просто ей нужно немного личного пространства от месье Бенуа, видимо, — скривилась Лея.

Она очень не любила врать ему, но и говорить правду не хотела, пока Жаклин не будет знать наверняка. К тому же это не ее секрет. А потом пусть они сами договариваются между собой.

— Почему ты задержался?

— Кое-что обсуждали с Зауром, — бросил Эмин.

Ему совсем не хотелось волновать ее. Заур очень крупно облажался и они весь вечер думали, как им выбраться из того дерьма, в которое они попали.

О том, что Хафиз Сайдер, сын Юссефа Аль Амина, он не знал. На суде присутствовала только жена и адвокат, никого больше не было. Они и подумать не могли, что он окажется сыном человека, от которого можно было ожидать чего угодно.

Слава Аллаху, Ирада вовремя вспомнила про его брата, и они начали капать. Если бы они не придали этому значения, могли бы попасть в такой переплёт, что мало не покажется.

Теперь они искали пути обхода, но все, как назло, упиралось в Юссефа Аль Амина. Будто он специально обрубил все концы, оставив им только одну веревку. Веревку к себе.

Выйдя из душа, он увидел, что Лея не спит и ждет его. Упав на постель и обняв ее, он вдруг понял, как счастлив с рядом с ней.

— Я безумно люблю тебя.

— А я тебя, — улыбнулась она, целуя его в губы.

— Сильно устала? — спросил он игривым голосом, и она покачала головой. — Тогда будь готова к пыткам поцелуями, горячим объятиям, а на десерт…, - он зашептал ей на ушко, как сладко и долго будет трахать ее, заставляя краснеть и покрываться мурашками от предвкушения.

* * *

Утром все тело ломило. Лея потянулась и почувствовала, что все угрозы Эмина были воплощены в жизнь. Он заставил ее сладко стонать и многократно кончать.

Его, конечно же, уже не было ни в постели, ни в комнате. Посмотрев на часы, она ахнула. Полдень. Кажется у нее уже привычка, вставать так поздно. Если так продолжится, она совсем собьет режим.

Быстро приняв душ и спустившись вниз, она увидела Ираду одну.

— Доброе утро, сонечка, — улыбнулась ласково Ирада и Лея поцеловав ее в щёку, спросила, где все.

— Наши мужья на работе. Мама с папой в комнате.

— Папе лучше?

— Да. Но он не хочет, чтобы вы возвращались в Париж. Он уже привык к вам.

— Я поговорю с ним. Мне нужно закончить обучение. Я осталась дольше, чем планировала. А после мы вернемся.

— Правда? — удивилась Ирада.

— Думаю, если вдруг по каким-то причинам, мы с Эмином