Сказание о второстепенном злодее 2 - SWFan

пяти процентов, — мягко закончил за него Седрик. — Откуда вы это знаете, господин Савин? — спросил он с вежливой улыбкой. — Ваши родственники работают в имперской разведке? Впрочем, это не имеет значения. Программу закрыли сразу после смерти президента Ротшильда.

— Закрыли, — кивнул Антон. — И засекретили. Однако президент де ла Крус не стал избавляться от успешных образцов. Даже для него это было слишком расточительно, ведь для программы изначально отбирали талантливых детей. Контролирующий кристалл тоже остался на месте. Обычная Чёрная метка выходит из организма примерно за сорок восемь часов. У детей из Отряда 78 она представляет собой цельный кристалл, инкрустированный внутрь. Поэтому извлечь его невозможно. Я прав?

— Абсолютно, — медленно кивнул Седрик. — Опять же, вы многое знаете, господин Савин. Но в таком случае я не понимаю, почему вы считаете, что мне можно доверять. Даже если мы забудем про метку, которая, как и моя жизнь, находится в руках моего начальства, у меня нет ни единой причины становиться двойным агентом. В отличие от своего предшественника, президент де ла Крус не отправляет меня на самоубийственные задания. Он доверяет мне настолько, что поручил защиту собственной дочери. Более того, меня полностью устраивает жизнь, которую мне обеспечивает эта должность. И обязан я ей именно президенту.

А потому простите за грубый вопрос, но почему вы думаете, что я не предам вас в тот же момент, когда вы меня отпустите? Признаюсь, я не из тех, кто привык держать обещания.

— Логично.

Антон кивнул и приблизился к поверженному противнику. Саша напряглась. Переговоры провалились? Он собирается его убить? Девушка инстинктивно сжала магический жезл. Она сама не знала, что собирается сделать. Меж тем Антон, поморщившись, присел на корточки перед Седриком и сказал ему нечто такое, чего Саша не расслышала. В этот же момент Седрик округлил глаза. Впервые невозмутимая, улыбчивая маска, которая всегда держалась у него на лице, дала трещину. Он дёрнулся, попытался пошевелиться, не смог. Пристально посмотрел на Савина и прохрипел:

— Ты… Откуда ты…

— Теперь ты согласен? — невозмутимо спросил Савин.

— Кто ты?.. — ошарашенно посмотрел на него Седрик.

У Саши по спине пробежал холодок. Что такого сказал Антон, что в Седрике произошла такая разительная перемена?

— Это я здесь задаю вопросы, — качнул головой Савин.

Седрик до белизны сжал губы. Саше подумалось, что это были не столько муки выбора, сколько трепет человека, перед которым мелькнула надежда — и который не может, не смеет, но всей душой хочет в неё поверить.

— Ты обещаешь? — наконец спросил Седрик серьёзным голосом.

— Да, — невозмутимо ответил Савин. — Но у меня нет никаких проблем с тем, чтобы нарушить обещание. В этом мы с тобой похожи.

— … Ха… ха-ха-ха… — Седрик рассмеялся. Громким, звонким, почти детским смехом.

В это мгновение Саша неожиданно осознала, что, несмотря на извечную вежливую улыбку, без которой представить дворецкого было почти невозможно, раньше она никогда не слышала, чтобы он смеялся. Более того, Саша, сама не зная почему, была уверена, что даже Адель, которая провела с ним намного больше времени, никогда не слышала его смеха.

Савин молча наблюдал за Седриком. Наконец он успокоился, сделал глубокий вдох и спросил:

— Каким будет моё первое задание? Избавиться от неё? Нам ведь не нужны свидетели? — он кивнул в сторону Саши.

Девушка почувствовала, как по спине побежали мурашки.

— Нет, она мне ещё пригодится, — покачал головой Антон. — К тому же она умеет держать язык за зубами. Я прав?

Саша быстро закивала.

— Я скажу тебе, когда мне понадобится помощь, — заявил Антон. — До тех пор продолжай исполнять обязанности дворецкого.

— Будет исполнено! Кстати говоря, почему ты раньше не сказал мне об этом?

— Зная твой характер, ты бы связал меня и допрашивал, пока не выяснил бы, откуда мне это известно. Поэтому сперва мне нужно было показать тебе, что я сильнее. Что если тебе нужна моя информация, тебе придётся работать на меня.

— Насчёт «сильнее» я бы поспорил… но вы правы, господин Савин. Возможно, работать на вас будет проще… кхе… чем пытаться допросить, — сказал Седрик и закашлялся кровью. — Кто бы мог подумать, что в семье Савиных растёт такой монстр… Это комплимент. Правда.

— Благодарю, — сухо произнёс Антон. — Что же касается тебя…

Он повернулся к Саше. Девушка тут же выпрямилась.

— Я ничего не ска…

— Знаю. Доставишь нас в медпункт. Скажешь, что произошёл несчастный случай: я потерял контроль над кристаллом, Седрик пытался меня остановить. Ясно? Запомнила?

Саша кивнула головой. А потом вскрикнула, когда Савин неожиданно шатнулся и, как деревянный солдатик от порыва ветра, с тихим хлопком свалился на пол. Она сразу подбежала к нему и проверила пульс. Выдохнула. Несмотря на страшные раны, на обугленную корочку, заменявшую ему грудную клетку, Антон дышал. Был жив.

Саша несколько секунд разглядывала его спящее лицо. На мгновение ей подумалось, что прямо сейчас оно было далеко не таким неприятным, каким показалось ей во время первой встречи. Потому что юноша спал, а не корчил злобную или раздражённую мину? Саша не знала. Она пришла в себя, качнула головой и бросилась на выход из помещения, чтобы поскорее рассказать медикам о случившемся «несчастном случае».

При этом она даже не задумалась о том, почему выполняет просьбу Савина и не собирается — никому, даже Алексу — рассказывать правду…

Глава 28

В поисках смысла

Проснулся я в медпункте. Вопреки устоявшейся традиции, у моей кровати никого не было. Ни красивой девушки, ни моих лакеев. И, как вскоре оказалось, это было не просто исключение из правил, а новая тенденция.

Расследование закончилось. Все улики указывали на то, что виновником происшествия был Гимон Киселёв. Все «существенные» улики. С точки зрения широкой общественности виноват был именно я. Я подставил своего лакея, чтобы выйти сухим из воды, и не более того.

Некоторые сомнения вызывал только последующий несчастный случай во время тренировки, в результате которого мы с Седриком получили серьёзные ранения и в итоге почти две недели провели в лазарете. К тому моменту, когда меня наконец выписали, по коридорам Академии ходило больше дюжины теорий о том, что на самом деле тогда произошло. Некоторые были уверены, что Седрик таким образом отомстил за свою госпожу: избил меня, нанёс себе раны, чтобы обставить происшествие как несчастный случай, и пригрозил, чтобы я помалкивал, иначе он закончит начатое.

Эта версия была одной из самых популярных. Особенно она пришлась по душе студентам Факультета Синей Розы. Они презрительно посмеивались у меня за спиной, явно наслаждаясь тем обстоятельством, что я немного похрамываю после лазарета,