Сказание о второстепенном злодее 2 - SWFan

Большая редкостью для эпохи, на которой основывался сеттинг «Сказания о Храбрых Душах». В те времена хирурги с гордостью носили заляпанные кровью фартуки и даже перчатки. Кровавые пятна на одежде считались в их среде своеобразными наградами за боевые заслуги. В этом мире, однако, принципы санитарии уже знали и понимали.

Только я один обратил внимание на лекарства и медицинские инструменты доктора Сириуса. Всех остальных заворожила другая картина: в дальнем конце помещения у стены сидел мужчина примерно шестидесяти лет с курчавой седой бородой и смотрел в пустоту. Рядом расположилась девушка с длинными чёрными волосами, заплетёнными в низкий хвостик, и кормила его с ложечки золотистым бульоном. На ней были чёрная маска и белоснежный фартук медсестры поверх формы, которая, однако, не в состоянии была скрыть её атлетическое телосложение.

— Немедленно поклонитесь юному господину Савину, плебеи, — напыщенно потребовал Франсуа.

Тишина. Никто не ответил. Старик продолжал глядеть в пустоту. Девушка продолжала кормить его с ложки, самую малость наклоняя его голову, чтобы сработал глотательный рефлекс.

— Я сказал, поклонитесь господину Савину! Девчонка, перед тобой хозяин этих земель! Как ты смеешь…

— Эм… Катерина, поклонись скорее, — неловко прокашлявшись, выступил вперёд врач.

Девушка зависла. Затем она опустила ложку, механически повернулась и приподнялась. Сделала несколько шагов по комнате, поскрипывая половицами, и совершила поклон настолько ровный, что зааплодировал бы сам Пифагор.

Франсуа сконфуженно нахмурился.

— Это… — сказал один из учёных, которых мы сопровождали. — Голем?..

— Что такое голем? — прошептал Алекс.

Саша осуждающе покосилась на него, но ответить не успела. Это сделала Адель:

— Своего рода автоматон, работающий на энергии кристаллов. Иногда такие используют для черновой работы, однако это невыгодно, поскольку они потребляют слишком много энергии.

— Голем? — с удивлением прошептал Франсуа. В его глазах сперва читалось замешательство, которое вскоре уступило место алчному блеску.

Даже обычные големы стоили приличных денег, а «Катерина» представляла собой нечто куда большее, чем просто громоздкое нагромождение шарниров. С первого взгляда её почти можно было принять за человека. Почти — не потому, что она уступала людям, а потому, что превосходила их. В каждом её движении чувствовалась математическая грация.

В свободной продаже такое не найдёшь. Только на аукционе, где заинтересованные дворяне готовы отдать тысячи, а то и десятки тысяч золотых гилингов, чтобы пополнить свои коллекции подобным экземпляром. Можно сказать, что Франсуа отправился в глухую деревню и обнаружил там на стене сарая Мона Лизу.

— Вы «это» сделали? — серьёзно спросил он Сириуса.

— Да, прошу прощения, — неловко ответил ему доктор, опуская голову и придерживая очки. — Это моё, эм, «увлечение». С началом эпидемии мне совершенно не хватало рабочих рук, поэтому я задействовал некоторые свои образцы, чтобы собрать ассистента.

— Хм, — пренебрежительно, но с явной завистью фыркнул Франсуа. — Неудивительно, что это поселение постигла зараза. Местный врач тратит время на изготовление кукол!

— Прошу прощения… — Сириус ещё ниже повесил голову.

— А это пациент, я так полагаю? Всё, как вы описали, доктор. Зрачки реагируют, сердцебиение нормальное, как и рефлексы, но разум…

Между делом новоприбывшая врачебная делегация переключила внимание на старика в другом конце помещения. Учёные осмотрели его, посветили в глаза, измерили пульс и погрузились в оживлённую дискуссию. Ещё пока неназванная лихорадка была удивительной потому, что затрагивала именно разум больного. Телом он был совершенно здоров — просто переставал говорить и вообще реагировать на внешние раздражители.

Опять же, потому что на самом деле это была никакая не болезнь.

Был уже глубокий вечер, все устали после перелёта, а потому вскоре мы оставили Сириуса и Катерину, которая отражала наши фигуры стеклянных взглядом своих кристальных чёрных глаз, и отправились в усадьбу местного помещика. Не Франсуа — тот был чиновником из окружной администрации, которого прислали сюда для установления карантина, чем он и занимался целый день, размещая блокпосты по границам села и наставляя солдат, которые теперь бродили с фонарями по улицам, как гигантские вооруженные светлячки, — но именно владельца деревни. Он не был Воином, а потому, как только появились первые признаки эпидемии, забрал всю прислугу и спешно отправился в «путешествие».

Благодаря этому его деревянный трёхэтажный особняк оказался полностью в нашем распоряжении.

Пройдя в свою — господскую — комнату, я свалился на двуспальную кровать с балдахином и, не зажигая света, ещё раз во всех подробностях прокрутил в голове сюжет арки третьего Полевого задания.

На первый взгляд история строилась вокруг эпидемии — на самом деле виновником была не болезнь, а человек. В его руки попал древний магический артефакт, который позволял «изымать» из людей живые души. Чем злоумышленник, собственно, и занимался, маскируя результаты своей работы под загадочную лихорадку.

Зачем он это делал? Ради науки — и самого себя. Ему хотелось научиться перемещать души в новую, механическую оболочку. Даровать человечеству бессмертие. Уже на этом этапе можно было догадаться, что виновником эпидемии был не кто иной, как немного неловкий, немного зажатый, но в целом очень доброжелательный доктор Сириус.

За ближайшие три дня, которые будет длиться эта арка, он поведает героям о своём печальном прошлом. О том, как его, гениального выпускника Центрального Имперского университета, отправили по распределению в захолустное северное село. А всё из-за того, что он крепко поспорил с деканом факультета и назвал его лысой обезьяной в ответ на критику своей теории.

Первое время Сириус был в ярости: его менее способные однокурсники устроились в лучшие клиники столицы, тогда как сам он был вынужден прозябать среди кур и свиней.

Смириться с изгнанием ему помогла усердная работа над своими экспериментами, а затем — местная крестьянка, которую он полюбил. Екатерина.

Катя.

Казалось бы, Сириус нашёл своё счастье, но потом пришла настоящая эпидемия. И в то время как сам он тщетно пытался вернуть влияние в академических кругах, болезнь скосила половину села и надломила здоровье его жены. Врач почти впал в отчаянии, когда перед ним неожиданно появился Демон.

Глава 30

Деревня

«Демон» даровал ему силу забирать чужие души. Сириус хотел немедленно использовать её, чтобы спасти Екатерину — извлечь её душу из умирающей телесной оболочки и возродить её в новой, механической и совершенной, но в последний момент остановил себя: научный склад ума не позволил ему сразу браться за столь ответственную операцию. Сперва, подумал он, следовало провести несколько «экспериментов».

Впоследствии он не раз хвалил себя за подобную предусмотрительность. Испытания выявили неприятную закономерность. Душа действительно помогла «оживить» куклу, однако последняя не имела ничего общего с изначальным человеком —