Бывшие. Леди-босс - Дора Шабанн

Ян развел руками и печально усмехнулся:

— Мы с Янкой много говорили, после вашего развода. И мы считаем, что, ну, папа был неправ. Прости, что только сейчас мы пытаемся как-то исправить ту ситуацию.

Погладила сыночку по плечу:

— Рада, что вы понимаете и даже хотите как-то исправить сложившееся не по вашей вине положение. Я вам благодарна за понимание и поддержку, несмотря на то, что дело прошлое. Просто сейчас у нас есть реальный шанс на этом хорошо заработать.

Сын широко усмехнулся:

— Приятно, что ты идешь туда не только впахивать круглые сутки, но и, возможно, получить от этого кое-что «в переводе на пощупать». Кстати, у отца процент за управление активами был — пятьдесят. Он не скромничал, но в последние годы тех денег мне на обслуживание машины едва хватало и на бензин. Так что, мам, забирай наши акции да иди, правь державною рукою. Как говорит Алекс, ты — настоящая Леди.

Понадеялась, что Ян не заметил, как адским кумачом заполыхали мои уши.

Надо же, он еще что-то там про меня говорить смеет!

Наглец!

И мгновенно нахлынули воспоминания о том, как эта наглость у Арского проявлялась…

Ужас.

Пора срочно ехать по делам, пока я тут со стыда не сгорела от этих фантомных впечатлений.

Поскольку мы явились по записи, со всем пакетом документов и четким представлением, что именно нам нужно, то оформление доверенности и дарственных прошло без задержек.

Со своими делами мы с Яном управились до того, как прибыл его отец, так что, продемонстрировав черновики дарственных, вынудили Анатолия вернуть мне четверть студии.

Выйдя от нотариуса, сын, лукаво мне подмигнув, поздравил родителей, которые пришли к консенсусу, и умотал по делам.

— Толя, послушай меня сейчас, пожалуйста, очень внимательно. Быстро разгребай свою текучку, структурируй штат и собирай народ. Я доеду до офиса, переговорю с гендиром и пришлю тебе направления проектирования, по которым в ближайшее время будут требоваться срочные, но высококачественные проекты. Ты меня понимаешь?

Судя по тому, как алчно сверкнули глаза бывшего мужа, все он отлично понял.

Вот и ладушки.

— После того как у меня появится некая конкретика по суммам и срокам, я приеду внашу студию, обсудить подробности. Будь предельно собран. Это, вероятно, твой последний шанс остаться в хрониках города, как достойный архитектор.

Третьяков, многословно заверяя, что он непременно, вот прямо сейчас… сделает все необходимое, усадил меня в машину и отправил скорее добывать для него денежные заказы.

Каков молодец, а?

Тьфу.

Явившись на работу, потопала сразу к «генералу» и предъявила все документы: как свежие, сегодняшние, так и старые, касавшиеся студии.

— Отлично, — потер руки начальник. — Просто идеально. Теперь вопрос проектирования в надежных руках полностью. Лилиана, созывай народ. Пора отлучать их от давней и любимой кормушки…

Войдя в свою приемную, озадачила секретаря подготовкой приглашения на совещание для генподрядчиков, а личного помощника призвала вместе с расписанием встреч с начальниками отделов в кабинет.

Дел был вагон.

Так еще и Толе нужно было документы отправить из актуального утвержденного плана грядущего года проектирования.

Как все успеть?

Но все вопросы резко отодвинулись на дальний план, стоило мне лишь войти в кабинет.

Посреди стола возвышалась корзина с грандиозным зимним букетом, а рядом лежало огромное сердце из клубники.

— Это что это? — ткнула пальцем в сюрприз и вопросительно приподняла бровь.

Помощница резко спала с лица, затрясла головой в отрицании своего участия:

— Курьер принес на проходную. Спецы СБ проверили. Все чисто.

Как занятно-то, да?

— Ладно, разберемся, — пробурчала. — Давай расписание и через полчаса можно приглашать.

Постоянно молча кивая, моя чем-то напуганная помощница выскочила за дверь, а я отправилась переодеться, сменить обувь и приготовиться к первой серьезной битве за право всем здесь рулить.

А потом, глубоко вздохнув, вспомнила великие слова политрука Клочкова[6] перед сражением у разъезда Дубосеково, и пробормотала:

— И правда, отступать некуда. Зажали.

Ну и водворилась за монструозный стол начальника Управления, подумав:

— Посмотрим сейчас, кто тут самый умный, а кто — самый хитрый. Про самых наглых я и так знаю.

Глава 43. Неприглядная реальность

«Храни меня Господь от тех, кому я верю, кому не верю, тех остерегусь я сам…»

Ж. Санд «Графиня Рудольштадт»

*Александр Арский*

— Если фигня может случиться, она непременно произойдет. Причем тогда, когда кругом и без нее трындец, — бормотал негромко, помогая сыну в понедельник перед сном промыть нос и прополоскать горло.

Ангина, да еще и с пробками — жуткая вещь, так что страдающего и капризничающего Женьку я очень понимал.

Паршивым оказалось неудачное время, которое Евгений выбрал для болезни. К сожалению, тетушке сейчас больничный было никак не взять: под конец года в городской Администрации регулярно открывался портал в Преисподнюю и засасывал туда тех, кто не успевал увернуться. А Нина наша в одиночку с тяжелобольным, но активным ребенком теперь не справится.

Увы, годы их с тетушкой уже не те, как ни печально.

— Саша, ты же понимаешь, в этот раз больничный по уходу — твой? — уточнила за ужином уставшая после дня скандалов и нервотрепки на работе тетя Ира.

Мрачно кивнул и написал в мессенджере сообщения: одно — любимому педиатру, найденному Ираидой Самуиловной, едва у внука ее появились документы, о том, что завтра нам нужен прием и больничный, а второе — любимому начальству: так и так, беру больничный на неделю минимум, люблю и скучаю.

Нет, я еще и доставку цветов с клубникой для моей Леди заказал, уточнив у ее скандалисток из приемной планы руководства на завтра.

Секретарша отчиталась сразу:

— С утра Золотовой нет. По делам генерала у нотариуса. Потом пойдет на доклад. На месте ждем не раньше двух, может, позже.

А вот личная помощница начала ныть и наводить тень на плетень:

— А с какой целью интересуешься? Тебя с докладом ждут только в пятницу. Раньше записать на прием? Какой повод?

Пришлось подождать, пока сын уснет, а потом выйти на балкон и в трех предложениях объяснить ситуацию наглой девице. Ну и пригрозить всяческими карами за препоны на пути к сердцу моей Леди.

Этих дур надо пугать регулярно, память-то, как у рыбки дори…

Вторник выдался тяжелый, но мы как-то справлялись. Врача посетили, лечение скорректировали, больничный открыли. А потом вернулись домой и оказались в сложной ситуации. Из-за скачущей температуры Женька был лишен мультиков, а читать бесконечно сказы Бажова не тянул уже я. Ибо мое воображение было куда как мощнее, чем у сына, и специфическая атмосфера этих