Из Яви в Навь - Евгения Владимировна Потапова

немного, в основном она заполняла карточки да работала с программой. Самое удивительное было то, что, пока она находилась в Нави, никто из руководства не заметил её отсутствия. Сейчас она в Град ходила только по требованию, когда он её звал, а всё остальное время проводила либо на работе, либо дома. Теперь не было такой необходимости торчать там круглыми сутками: старые засохшие ветки она «обрезала», а новые возникали не каждый день. Живые родовые ветви она не трогала — её это не касалось, там пусть представители рода сами со всем этим разбираются.

Она задумчиво посмотрела в окно, и мысли её понесли куда-то в сторону от работы. Люба вспомнила про комнату в общежитии. Со всеми событиями она отошла на второй план, а потом практически стёрлась из памяти.

— Там, наверное, счета накопились, — вздохнула она. — Надо бы созвониться с бывшей свекровью и попробовать выставить комнату на продажу.

Ей так не хотелось общаться с противной бабой, но деваться было некуда — висящая мёртвым грузом недвижимость ей была не нужна. Люба взяла в руки телефон, нашла в записной книжке знакомый номер и нажала на кнопку вызова. В динамике послышались длинные гудки. Долго никто не брал трубку. Люба уже хотела сбросить звонок, когда на другом конце наконец раздался хриплый голос:

— Алло? Кто это?

— Здравствуйте, Алина Сергеевна. Это Люба, — ровным тоном ответила она, сжимая телефон в ладони.

В трубке воцарилась пауза. Потом раздался фыркающий звук:

— А, это ты... Ну и на что ты мне сдалась?

Люба глубоко вдохнула, сдерживая раздражение.

— Я хочу решить вопрос с комнатой в общежитии. Наверняка там долги по коммуналке накопились. Давайте обсудим, как её продать.

— Ой, какая ты внезапно предприимчивая! — язвительно рассмеялась свекровь. — Несколько месяцев молчала, а теперь вспомнила.

— Я не молчала, — сквозь зубы проговорила Люба. — Вы сами прекрасно знаете, почему я не появлялась. Но сейчас не об этом. Если не хотите заниматься продажей, я оформлю доверенность и сделаю всё сама.

— Ах так? — голос Алины Сергеевны стал резким. — Значит, ты решила, что можешь просто взять и продать?

— Вам разве не нужны деньги? — спросила Люба.

— Много я с неё не получу, а вот нервы тебе потреплю.

— Кстати, как ваша нога? Я слышала, что операцию вам делали, — хмыкнула Люба. — Не хотелось бы, чтобы организм пластины начал отторгать.

— Угрожаешь мне, да? Это ты, ведьма, виновата в смерти моего сыночка. На его собственность позарилась, — зашипела в трубку бывшая свекровь.

— Конечно, на комнату в общаге и на зарплату строителя, — с горечью в голосе ответила Люба.

В трубке раздался резкий вдох.

— Ты... ты ведьма! Это ты нас всех прокляла! — завопила Алина Сергеевна. — Я тебе этого не прощу! Никогда!

— Мне не нужно ваше прощение, — спокойно ответила Люба. — Мне нужно только решить вопрос с комнатой. Давайте без истерик.

Она услышала, как на другом конце что-то упало со звоном — вероятно, тётка в ярости швырнула трубку. Через несколько секунд в динамике раздались короткие гудки — звонок прервался.

Люба опустила телефон на стол и закрыла глаза. В висках стучало. Она знала, что этот разговор будет тяжёлым, но не ожидала, что свекровь до сих пор верит в эту чушь про проклятие. Хотя над некоторыми бывшими родственничками Захар хорошо поколдовал.

Размышления прервал стук в дверь.

— Войдите, — вздохнула Люба.

Дверь кабинета резко распахнулась, и на пороге появился запыхавшийся Лёня.

— Любовь, э-э... здрасьте. Там это... — кажется, от волнения он позабыл все слова.

— Люша рожает? — вскочила со своего места Люба.

— Да, точно, рожает, — закивал он, мелко тряся головой.

— Давно?

— Да вот у неё только по ногам потекло, и она меня к вам отправила.

Она схватила пакет со всем необходимым и выскочила за ним следом из кабинета.

— Если кто-то родится, то значит, кто-то в скором времени помрёт или уже помер. Надо бабу Надю предупредить, чтобы она начеку была, — промелькнуло в голове у Любы.

Пока бежали к их дому, Люба позвонила бабушке.

— Чего стряслось? — сразу откликнулась трубка голосом бабы Нади.

— Тут Люша рожает, — выпалила Люба.

— Я тебя поняла. Помощь нужна?

— Пока ничего не могу сказать. Роженицу не видела, только бегу к ней.

— Ясно, если помощь понадобится, то звони, а я сейчас гляну по календарику, кто у нас там собирался и в какой день, - деловито ответила бабушка.

— Ага, — ответила Люба и сбросила звонок.

Они за это время уже домчались до дома.

— Надо было её в больницу заранее отправить, — сказала Люба, поднимаясь по ступенькам. — Ты скорую вызвал?

— Нет. А что, надо было? — спросил Лёня.

— Вот блин, и я не о том думала. Сейчас позвоню сама.

— А ты разве сама роды принять не сможешь? — удивился он.

— А если что-то пойдёт не так? В больнице куча врачей участвует в процессе рождения новой жизни, а я совсем одна. Да и неонатолог должен малыша обследовать.

Люба набрала нужный номер, дождалась ответа оператора, представилась и попросила прислать скорую помощь.

— Через час где-то у нас будут, — сказала она, сбросив звонок. — Так что берём всё в свои руки.

Пока ждали скорую, Люба стала осматривать Люшу. Женщина лежала на кровати, бледная, с мокрыми от пота волосами, но удивительно спокойная.

— Ну что, милая, как ощущения? — по-дружески спросила Люба.

— Как будто трактор внутри меня ворочается, — скривилась Люша, но тут же схватила Любу за руку при новой схватке. — Ой, блин, опять!

Люба быстро оценила ситуацию: раскрытие хорошее, воды отошли, ребёнок идёт правильно.

— Всё идёт как надо, — ободряюще сказала она. — Скорая уже в пути, но, похоже, малыш решил не ждать.

Лёня метался по комнате как угорелый, то поднося воду, то роняя полотенца.

— Ты бы лучше водички вскипятил, — бросила ему Люба, — и чистые простыни приготовил.

Мысли о Граде, свекрови и комнате в общежитии отошли на десятый план — сейчас важно было только это: новая жизнь, пробивающая себе путь в этот мир.

— Слушай меня внимательно, — Люба взяла Люшу за руку. — Когда начнётся следующая схватка, нужно тужиться. Сильно.