Дед в режиме хранителя. Том 5 - Евгений Валерьевич Решетов

Но молча мы шли недолго.

— Ты кого-нибудь ещё убил в замке? — негромко спросил демон, раздвигая руками заросли дикого сахарного тростника.

— Да, Рофуса, сына Груфуса. Но я не специально, мне просто повезло.

— Больше никого? И ничего такого важного не случилось, о чём мне бы следовало знать, чтобы верно оценить последствия твоего вояжа? — серьёзно спросил Ирис и выпустил из перстня-артефакта бледный луч, поразивший змею, притаившуюся на ветке хлопкового дерева.

— Ну, ещё мне довелось встретиться с демонессой, — вспомнил я о Ларе в Зале наслаждения. — Но мне бы не хотелось об этом говорить.

— Сильно тебе от неё досталось? Пытала?

— Можно сказать и так. Как вспомню, так вздрогну. Ох, что она обещала со мной сделать… Страх, да и только. И она, кстати, видела моё лицо и наверняка запомнила.

— Приму к сведению. На этом всё? Больше ничего не хочешь рассказать? Учти, если я узнаю, что ты лжёшь… — угрожающе недоговорил Ирис.

— Надеюсь, не узнаёшь, — иронично усмехнулся я.

Тот через плечо бросил на меня раздражённый взгляд, будто я вызывал у него несварение. Но демон промолчал.

А я сунул руку под рваный камзол и почесал впалый живот. Заодно проверил, на месте ли «Вампир». Он никуда не делся.

Однако готов поспорить на что угодно, что Ирис обыскал не только мою сумку с трофеями, но и меня. И теперь демон знает, что у меня есть такой артефакт. И он наверняка положил на него глаз, но ничего не сказал мне. Значит, не хочет портить наши взаимоотношения, понимая, что я ему нужен больше, чем этот кинжал. Но когда надобность во мне отпадёт, он попытается забрать клинок.

Пока же мы без происшествий вышли на небольшую поляну, где над примятой берцами травой клубилось марево точки выхода, а под ней лежали алхимические шарики. Они слабо поблёскивали, вызывая восторг у мошкары. Та пищала и жужжала, словно хотела привлечь моё внимание. И привлекла, правда, не она, а точка выхода…

— Ирис, глянь на марево. Оно какое-то слишком густое… — проговорил я, присев на корточки возле точки выхода. — Разве оно должно быть таким? Это локация какого ранга? Второго или третьего? В подобной локе точка выхода должна быть почти прозрачной.

— Угу, — кивнул тот и удивлённо уставился на марево. — Что-то здесь не так.

— Я только что сказал об этом. Ты не слышал?

— Слышал, — буркнул тот, щуря глаза. — Кажется, у меня есть догадка… очень поганая догадка.

— Какая?

— Не могу пока сказать, нужно провести наблюдения и эксперименты, — проговорил демон и быстро пошёл в джунгли. — На днях свяжись со мной с помощью зелья связи!

— Что за догадка⁈

Но тот молча нырнул в заросли. Гад.

Я сплюнул под ноги и посмотрел на точку выхода. Ежели бы она несла какую-то угрозу, то Ирис сказал бы. Да и мой опыт подсказывал, что вряд ли случится что-то не то. Потому я решительно шагнул в марево.

Меня окутала тьма перехода между Лабиринтом и миром Зверева. Вот только темнота вдруг затянулась. Обычно она длилась секунду-другую, а тут уже, кажется, третья пошла.

Но вот я наконец-то очутился в небольшом зале, обшитом бронеплитами. Под потолком поблёскивали трубы огнемётов и спаренные стволы крупнокалиберных пулемётов, способных в мгновение ока разорвать меня в клочья. Они с тихим скрежетом посмотрели на меня, как и камеры видеонаблюдения.

Тотчас под потолком загорелись красные лампы тревожного сигнала, а из динамиков вырвался шокированный, но злой высокий голос:

— Лечь на пол! Лечь на пол! Руки за голову! Считаю до трёх, а потом открою огонь на поражение!

— Да свой я, свой! Не нервничай, а то сдуру убьёшь! — выпалил я, встал на одно колено и положил руки на затылок.

— Ложись, сука, ложись! А сумку в сторону отбрось! — проорал мой невидимый собеседник, явно мало понимающий, что происходит.

Он, наверное, чай пил с баранками, одним глазом лениво поглядывая на мониторы. А тут из прохода вываливается совсем не тот или не те, кто через него прошли в Лабиринт.

Да и вид мой, прямо скажем, был необычен. На ногах старомодные ботинки с серебряными пряжками и винтажные штаны, а грудь скрывалась под грязной, рваной сорочкой с манжетами и камзолом, покрытым пятнами крови и подпалинами.

— Дружище, успокойся! — почти спокойной выдохнул я, сняв сумку.

Далеко кидать её не стал, а положил на расстоянии вытянутой руки.

— Не двигайся, не двигайся! — продолжал кричать мужчина, хотя, скорее всего, парень лет двадцати с копейками.

В его голосе промелькнули истерические нотки, а стволы пулемётов вздрогнули, будто хотели выплюнуть очередь свинца.

— Что тут у тебя⁈ — вылетел из динамиков грубый мужской голос.

— Пришелец! — взвизгнул юнец, после чего динамики замолчали.

Видимо, ворвавшийся к парню служивый додумался выключить их. И теперь он наверняка через камеры наблюдал за мной.

Я помахал ему рукой, стараясь, чтобы мою физиономию хорошо было видно.

— Ты кто такой? — ожили динамики, выплюнув голос служивого. — Как попал сюда?

— Маг из Северной Пальмиры. Так вышло, что я угодил в Лабиринте в аномалию. Она перенесла меня в локацию с джунглями. Дальше я с помощью алхимических шариков нашёл точку выхода. Так и оказался здесь. Кстати, где здесь? Какой это город?

— Омск, — ответил мужчина, немного подумав, но тон его оставался подозрительным. — А почему ты в… что это за тряпки?

— Камзол, — пискнул на заднем фоне юнец.

— Именно, камзол, — поправил я рваный рукав. — У вас превосходное зрение и отличные знания. А теперь сделайте милость, позвоните в столичное отделение тайной канцелярии и сообщите, что к вам в Омск весьма экстравагантным образом прибыл Игнатий Николаевич Зверев. Пусть они пришлют за