Сказание об Оками 9 - Seva Soth

воле – это клёво. Интересно, как тут с законами физики? А нельзя ли, допустим, течение времени поменять и устроить себе тренировку, отработав за считанные часы все техники, на которые в нормальных условиях уйдут годы? Ну, то есть и тут тоже годы… ммм… нет. Слишком муторно. Я не такая усидчивая.

– Моими братьями и сестрой, – поправил черепах. Ну да, гендерная самоидентификация в случае с ожившими звездами – это би… сильно важно. – Я могу поговорить с ними, а ты сейчас не можешь. Ты не подходишь.

– Чё, такая стрёмная? – пошутила я. Думаю, черепах чувствует мои эмоции и поймёт юмор.

Смех гигантской черепахи прозвучал раскатами грома, поколебавшими водную гладь. До моих ног даже прилив добрался и я чисто рефлекторно подняла их на шезлонг. Вот же дура! Это ведь всё не настоящее, чакра в моей голове, как гендзюцу.

– Есть… общее пространство, где мы можем говорить друг с другом, если желаем, – описание, вызвавшее стойкие ассоциации с мудацкой пещерой уродливой статуи, – обычным людям нет туда дороги, если только они не прикоснулись к чакре каждого из нас. Пропустили ее через себя, как наш Отец.

Ну надо же. Отброшенная сто лет назад дебильная идея о коллекции хвостов, оказывается, имела практический смысл.

– Я поглотила как-то частицу чакры Девятихвостого… – едва удержалась от того, чтобы назвать сутулую псину ублюдком. – ЧТО? Ваш отец? А мать была?

Биджева мать! Мать чудовищ! Почему-то представилась парочка этаких мегабиджу с сотней хвостов… которые… нет-нет, я не буду воображать порно с монстрами. Оставлю это для книжек Джи… не-не-не. Нефиг его больные фантазии поощрять! Так дойдет до королевы красавиц и ее знакомства с биджу тысячи хвостов.

– Всё не совсем так, Оками. Я плохо помню, что было тогда, когда меня не было. Оставь этот вопрос до момента, когда полностью адаптируешься к моей чакре. Но пока что я могу передать братьям и сестре твои слова.

– Узнай, где они находятся – все они. Джинчуурики четыреххвостого и пятихвостого похитили. Я могу им помочь, знаешь ли. И даже хочу.

Вероятно, из-за подобной возможности использования одного хвостатого для поисков других хитрый дед Ооноки и обратился ко мне за помощью. Долго живёт, много знает, понимает чужие возможности. И наверняка я не единственная удочка, какую он закинул в мутную воду. Так-то мир вокруг меня не вращается.

– Если они сами пожелают общаться. Придут на место встречи.

– Чё, слишком гордые?

– Да. Мои братья и сестра гордецы. Особенно Курама, – так зовут девятихвостого, это я уже в прошлый раз поняла. А если…

– Я хочу знать, как зовут вас всех. Назовешь?

Не то, чтобы прям суперполезная информация. Но почему нет? Когда с кем-то общаешься, всегда лучше знать его имя или хотя бы погоняло.

– Он дал каждому из нас имя, – голос черепахи стал мягче, почти нежным, – до этого у нас были только номера. Однохвостый, Двухвостый... Девятихвостый. Но Отец сказал, что мы – не оружие. Мы – его дети. И у каждого ребенка должно быть имя.

Я сглотнула. Почему-то стало немного щемить в груди.

– Отец назвал нас Шукаку, Мататаби, Исобу, Сон Гоку, Кокуо, Сайкен, Чомей, Гьюки и Курама, – черепаха перечислял имена с неожиданной теплотой, как-то по-семейному. Я бы точно так же о наших мелких братишках и сестренках говорила, – очень немногие за все эти сотни лет интересовались нами, как личностями, а не источником силы.

По правде, я и сама больше видела в треххвостом космическую мощь, способную устроить океанский шторм, чем застенчивую черепашку и вот прям слегонца стыдно из-за этого мне стало.

– СПАСИБО! – биджев эмпат! – Я попробую узнать.

Помогать хвостатым и их носителям я собралась не из чистого альтруизма, знаете ли. Не настолько я благородная.

Во-первых, я собираюсь вписаться за них потому, что Акацуки явно нацелились более, чем на нескольких биджу. Вот прям очевидно, что мишень на спине у всех нарисована. И ладно бы только у меня. За малых Фуоки и Наруто беспокоюсь. Мы мелкую сестренку всеми силами собираемся защищать, но мудацкая телепортация Мадары всё портит. Не удивлюсь, если он на Узушио еще не объявился только из-за пугалок о проклятии Узумаки и слухов, будто страшный Шинигами нас бережет. А если он Какузу к нам на остров притащит? Тот вообще не человек и импотентом остаться наверняка не боится. Короче, дело времени, когда они рискнут. Безопасных мест не осталось и бить надо первой. Самый очевидный вариант – отобрать уже пойманных джинчуурики, если смогу.

Исобу ушел под воду, видимо, так визуализируется его отсутствие в моем внутреннем мире. Хотя на самом-то деле хвостатый всегда со мной, но фокус его внимания где-то в другом месте. Загорать на иллюзорном пляже и бухать несуществующие коктейли я не стала, открыла глаза.

– Доброе, хм, утро, сенсей! – поздравил Дейдара.

– Ты чё, братиш, думал, что я тупо дрыхла?

– А почему нет? Я бы вздремнул, если бы не необходимость управлять марионеткой. Может, попробуешь перехватить, хм, контроль? Когда-нибудь у тебя получится.

Честно пробовала в течении целого получаса. Нифига! Нити всё так же мгновенно теряли стабильность и рвались под своим энергетическим весом. Ну не могла я вложить в них по минимуму силы, что требовалось для тонких манипуляций.

– ОКАМИ! – так громко моя черепашка еще никогда не орала. Не, я так-то знаю, что питомцы часто шумно себя ведут. Мяукают под дверью, требуя впустить, пока пара друг другу супружеский долг отдает, но вот от Исобу я такого не ожидала. Он же не кошка. У кошки всего два хвоста против трех!

Чутка неадекватные мысли пронеслись в голове очень быстро и я без всякой заминки провалилась обратно на пляж.

– ОКАМИ! ПОМОГИ ШУКАКУ! ОН НЕСНОСНЫЙ И ГРУБЫЙ, НО ВСЁ РАВНО МОЙ БРАТ! – взмолился биджу, глядя на меня красным глазом. Искреннее беспокойство. Я бы, наверное, тоже не постеснялась как угодно унижаться ради помощи своим. Вспомнила день гибели Коху и Бьючи – я тогда была готова в любые долги перед Хирузеном влезть, лишь бы успеть им на помощь. Если бы успела, то, может быть, и меня этот милый черепашонок на куски разорвал бы.

– ПРОСТИ! ЭТО БЫЛ НЕ Я, МОЯ СИЛА, НО НЕ Я! – уже, наверное, в сотый раз попытался донести до меня Исобу. Никогда его не перестану этим моментом попрекать. Биджу как