Обнулённый - Виктор Рэн

Савва покивал головой, достал с полки гирьки и начал взвешивать части монстров на весах. Айрис отошла от витрины и остановилась рядом со мной. Даже после долгой погони охотников её чёрное платье выглядело опрятно, и лишь растрёпанные волосы и легкий румянец на щеках выдавали, что она несколько дней скрывалась от охотников в лесу.

— За клык Костолома дам тридцать медных, — вернул меня в деловое русло Савва. — За каждый коготь по пять, то есть двадцать. За хвост волка дам три, а за зубы по два медяка, итого восемь. Всего, с учетом корольков, выйдет шестьдесят пять медных. Десятки могу дать серебром, коли захочешь.

Я помолчал и сделал вид, что обдумываю цену. На самом деле я понятия не имел, сколько это всё стоит. Но, как и на любом рынке, торг был обязателен, чтобы Савва не решил, что перед ним простак, которого можно обвести вокруг пальца.

— Восемьдесят, — сказал я.

Глаза Саввы полезли на лоб, и он открыл рот в удивлении.

— Это же самый настоящий грабёж, дорогой клиент. Я и так предлагаю честную цену. Но для вас могу добавить до шестидесяти восьми.

— Семьдесят пять, дорогой торговец, — парировал я. — Мы ведь шеи свои подставляли, чтобы убить этих монстров. А ты оценил наши усилия всего в шесть десятков монет.

— Я оценил не усилия, а результат, — Савва поднял палец вверх и задумался. — Ну хорошо. За помощь с недавним посетителем пусть будет не вам и не мне. Семьдесят. И я не дам ни монетой больше.

— А монет мне и не надо, — усмехнулся я и подошёл к витрине. — Добавишь к ним вот такую ленту, и по рукам.

Я пробежался глазами по витрине и показал пальцем на тонкую чёрную ленту из бархатистой ткани. Украшений у Саввы не выторгуешь, а вот тут шансы были неплохие.

— Жёстко торгуешься, дорогой клиент, — цокнул языком Савва. — Ну хорошо. Раз уж вы у меня в гостях впервые, то негоже оставлять вас без подарка.

Савва быстро сгрёб трофеи и корольки под прилавок, отсчитал мне монеты и передал ленту. Несмотря на простенький вид, на ощупь ткань была мягкой.

— Редко удаётся так хорошо поторговаться, — протянул Савва и расплылся в довольной улыбке. — Могу я узнать, как зовут таких настойчивых клиентов?

— Я Кир, — представился я и пошёл к выходу.

Айрис молча проследовала за мной.

— Обязательно заходите ещё! — выкрикнул на прощание Савва.

Я не питал иллюзий. Торговец точно хорошо наварился на нас. Но сейчас я просто хотел побыстрее добраться до таверны, поесть и завалиться спать.

— Это тебе, — сказал я и протянул ленту Айрис, когда мы вышли из таверны. — мне показалось, что такая лента хорошо подойдет к твоему платью.

— Мне нечем тебе отплатить, — Айрис склонила голову набок.

— Это подарок, за них не принято платить, — объяснил я. — И у меня нет сил торговаться ещё раз.

Айрис улыбнулась и забрала ленту из моих рук. Она собрала растрепавшиеся волосы в хвост и перевязала их, открыв высокий лоб, тонкую шею и заметные ямочки на щеках. Затем она взялась за края платья и слегка склонилась. Её движения были быстрыми и грациозными.

— Что-то не так? — спросила Айрис, и в её глазах заплясали озорные огоньки.

Я понял, что слишком долго её разглядываю. И уже второй раз за утро.

— Нет, ничего. Пошли поищем «Угол» и посмотрим, чем там кормят.

Я развернулся и направился в сторону таверны. Айрис быстро нагнала меня и зашагала рядом. Теперь вместо палаток и витрин она периодически поглядывала на меня. Я же искал глазами вывеску и вскоре увидел заветную таверну. В нескольких шагах от таверны стоял приземистый сруб с трубой, огороженный крепким забором.

Над входом таверны висела странная вывеска: вместо привычных букв или рисунка, изображающего кружку, на ней были нарисованы две полосы, сходящиеся под прямым углом. Я несколько секунд пытался понять, почему хозяин решил изобразить угол таким хитрым способом, но в итоге оставил эту мысль и толкнул дверь.

Внутри было не слишком многолюдно. Несколько столов занимали местные, и судя по одежде, это были ремесленники и мелкие торговцы. За стойкой стоял хозяин в серой рубахе и фартуке

— Вам чего? — спросил он, когда мы подошли к стойке.

У хозяина была густая рыжая борода, а его руки были покрыты шрамами от порезов и ожогов. Он ожесточённо протирал кружку тряпкой.

— Нам бы комнаты снять на несколько дней, — ответил я. — И завтрак.

— На сколько дней?

Я прикинул в голове, сколько времени нам понадобится, чтобы восстановиться и получить приглашение на повторный разговор от старосты.

— Три дня, — подытожил я.

Хозяин без особого интереса оглядел Айрис, явно не впечатлённый её необычным цветом волос.

— Я беру пять медяков за комнату в сутки, — объявил он. — Если хотите две комнаты на три дня, то это тридцать медяков.

Я кивнул и отсчитал деньги. Таверна это не рынок, и торговаться здесь всегда считалось правилом плохого тона. Хозяин взял монеты и ссыпал их в мешочек под стойкой. Затем пошарил там рукой и брякнул два ключа на деревянную стойку.

— У вас будет третья и четвёртая комната на втором этаже, — он кивнул головой в сторону лестницы. — Они ваши до утра третьего дня. Еду только приготовили, так что можем подать хоть сейчас: каша за два медяка или похлебка за три.

Со стороны кухни до меня доносились запахи свежей выпечки и бульона, от которого текли слюни. В животе у стоявшей рядом Айрис заурчало, и она фыркнула, попытавшись скрыть тот факт, что очень голодна.

— Давай две порции похлёбки с мясом, буханку хлеба и две кружки эля, — решил я. — И есть у вас чего из выпечки?

— Двенадцать медяков, — уже подсчитал в голове хозяин таверны. — Сегодня подаём овсяный пирог с ягодами за четыре медяка.

— Давай один, — кивнул я. — И когда ближайший раз будете топить баню?

— Завтра, как раз перед торговым днём. Берём по четыре медяка с человека, а за веник ещё медяк.

Итого я уже потратил сорок восемь медяков из семидесяти. Не знаю, когда там вернётся Бертран, но только с нас с Айрис выйдет больше пятидесяти монет. Я невольно