Пьяный некромант и труп невесты - Mediocre

мог получить все! Мне помогли бы, но даже тут ты умудрился все испортить, щенок. Ты, - Сергей Григорьевич прищурился. - Ты должен был исчезнуть вместе с ними. Не должно было остаться никого, только я. Все было рассчитано. Все, кроме одной долбаной случайности. Один проклятый изгиб металла, одно неверное движение, - голос его стал резче. - Оп, и ты выжил, щенок. Оп, и я не получил мою награду… Думаешь куда делась твоя сила? Почему она пропала и ты не можешь использовать ее? Потому она должна быть моей! Потому что я заключил сделку, я заплатил за нее и выполнил свою часть договора! Но ты, придурок, ты все испортил…

Сергей Григорьевич покачал головой, убирая волосы от лица, сделал несколько шагов взад-вперед и продолжил:

- Хотя, все сложилось не так чтобы очень плохо. Да, ты выжил… Выжил, но потух! Я не получил обещанные мне силы, но и ты потерял свои. Так как это, племянничек, как это жить без силы в мире, где все вокруг тебя могут что-то, а ты нет? Где у всех есть что-то, а у тебя нет… - он сплюнул в сторону. - У тебя ничего нет, Саша. Нет матери, нет отца, нет сестры, нет силы... Только ты. Один.

Александр поднял глаза на дядю. Боль внутри уже утонула в том самом темном омуте и почти не чувствовалась:

- Значит, это все из-за власти? Ты убил свою собственную сестру ради свободы от ее имени?

Граф склонил голову набок.

- Ради будущего, мальчик. Ради моего будущего. Мне больше не нужны сильные родственники, я глава своего дома и я получу то, что должен получить. Я стану тем, кто будет вершить судьбы. Не ты, а я. - Сергей Григорьевич сделал шаг вперед. - Тебя не должно было быть, Саша. Ты все испортил…

* * *

Я думал, что выбраться с территории летнего домика Императора будет сложнее, но оказалось, что охрана не патрулировала периметр и не стояла на карауле через каждые пять метров забора. Полагаю, что именно поэтому и Альскому, и нам не составило никакого труда выйти в город.

В целом, это логично: судя по всему, глава государства и его помощники рассчитывали на наш здравый смысл и чувство самосохранения. Согласитесь, в нашей ситуации кажется предельно тупым покидать безопасное место где ты находишься под защитой короны, и идти в Петербург, где на тебя практически открыт сезон охоты. Ну, что я могу сказать: зря, товарищи, очень даже зря… Ни чувства самосохранения, ни мозгов у нашей троицы не было. Только, как говориться, слабоумие и отвага…

- Нет, ну какой же придурок, - я тихо обругивал Александра, бормоча себе под нос, пока мы с Лизой проулками и дворами искали путь к Михайловскому замку. - Просто сказочный долбоеб!

- Виктор, а что мы будем делать, когда найдем его? - спросила Лиза.

- Не имею ни малейшего понятия… - отозвался я.

Плана действительно не было. Да что там плана, не было даже понимания, куда идти и что делать там, на месте. То, что Александр отправился на встречу с родственником в гордом одиночестве, как и было написано в послании, я не сомневался (все-таки он долбоеб), а вот то, что его дядюшка решил отказаться от поддержки было очень и очень сомнительно. Сергей Григорьевич свою жизнь ценил, поэтому сейчас у нас с Лизой было гораздо больше шансов встретить в старом саду целую толпу вооруженных бандосов, похожих на тех, что явились тогда в дом к Александру, чем обнаружить на опушке Александра Евгеньевича и Сергея Григорьевича, чинно целящихся друг в друга из пистолетов в присутствии секундантов.

До Михайловского замка мы добрались без приключений. Старый сад встретил нас тишиной и тревожностью – казалось, что даже птицы здесь не поют, только Мойка тихонько плещется у стен дворца. Сам дворец оказался заброшен и выглядел мрачно и устрашающе. Из своей прошлой жизни я помнил веселенькие розово-рыжие фасады этого здания, по легенде выкрашенные в цвет перчатки фаворитки государя, и даже историю этого места, а еще здесь недалеко находился забавный памятник Чижику-Пыжику, который всегда мне нравился. Но в здешнем имперском Петербурге дворец стоял в запустении и выглядел удручающе.

Все те же розовые фасады, обветренные и потемневшие от времени, тонули в полумраке неосвещенной территории, а облупившаяся штукатурка на них складывалась в причудливые узоры, в которых, если включить фантазию, можно было рассмотреть и морды чудовищ, и силуэты людей. Пустые оконные проемы зияли черными провалами из которых давно ушел свет и заглядывать в которые совершенно не хотелось. Даже мост у замка умудрился обрасти мхом и какими-то травами и теперь в его чугунных перилах местами не хватало секций, а сам старый сад – давно не стриженный и не ухоженный – больше походил на небольшой лес, чем на городской парк. Даже кусты сирени вымахали едва ли не до второго этажа и сейчас, словно дикие лианы, прижимались к старым стенам, цеплялись за ним и, казалось, пытались утащить здание обратно в землю. Словом, сад выглядел весьма негостеприимно…

- М-да, местечко конечно они выбрали антуражное... - пробормотал я, заходя на территорию замка. - Попроще ничего не было в округе?

Мы с Лизой остановились, прислушиваясь и стараясь уловить голос Саши или его дядюшки, но было тихо. Мне показалось, что где-то в старом здании скрипнула половица и, прежде чем я подумал, что наши дуэлянты могут быть и внутри замка, почему-то мне вспомнилась легенда об Императоре Павле I, которого именно здесь удавили офицерским шарфом бравые гвардейцы. В моем Питере ходила легенда о том, что призрак убиенного царя так и не покинул любимый дворец и регулярно наведывается