Мятеж - Акибо Тэнсей

— Понял. Люк!

Люк закрыли снаружи и притёрли. Стало темно.

Экраны Вик приглушил до тускло-серого, активные сенсоры отключили полностью, потому что любой их импульс могла поймать вражеская разведка. Связь шла на самой малой мощности, и голос Финна в наушнике звучал далеко и глухо.

Вик сидел и слушал доклады.

— Прошли брод, — говорил Финн каждые четверть часа. — Двадцать два километра… Восемнадцать… Встали на полчаса, меняют охранение… Пятнадцать.

Мысли крутились сами, без остановки. Выстрелит ли мазер? Чашу так и не проверили ни разу — а в прошлый раз, когда он так же запретил проверку, сработали далеко не все установки. Выдержит ли броня обстрел?

Одно он знал совершенно точно: если реактор не пойдёт с первой попытки, вылезти отсюда он не успеет.

— Восемь километров, — сказал Финн.

Через несколько минут Вик услышал их сам.

Сначала это даже не было звуком — скорее вибрацией, которую тело чувствует раньше уха: корпус едва заметно загудел, и гул пошёл в спину через ложемент. Потом стало ясно, что это шаги — множество тяжёлых машин, идущих по грунтовой дороге.

— Передовая охрана, — доложил Финн. — Ховеры, шесть штук. За ними кроулеры.

Гул нарастал и больше не стихал между шагами — всё вокруг дрожало, и мелкая земляная крошка сыпалась из щелей Вику на плечи.

— Реактор не запускать, — предупредил Хорнет. — Они ещё далеко.

На тусклом экране проступила картинка с единственной пассивной камеры — серое, зернистое, почти неразличимое. Между стволами прошла тень, потом вторая. Совсем близко, метрах в двухстах, качнулась и распрямилась молодая берёза, задетая бортом.

Вик затаил дыхание и не шевелился.

Тени шли и шли. Он перестал их считать после двадцати.

А потом в кадр вползло другое — длинное, приземистое тело на широких опорных катках, и над ним, задранный к небу на марше, тяжело качался ствол. Вот он — первый краулер.

Вик бесшумно и медленно положил обе руки на джойстики. Большой палец лёг на пуск.

— Они в зоне обстрела, — сказал Хорнет. — Ждать!

Первый вражеский кроулер прошёл мимо, и по корпусу «Колосса» пробежала дрожь.

Вик сидел в темноте, в старом кожаном кресле, боясь пошевелиться. Палец на спуске, но вдавать себя было нельзя. Один импульс, и враг поймёт, что безобидный древний шагоход на краю леса представляет для него опасность.

— Второй кроулер вошёл, — сообщил Роук в коммуникатор. — За ним ховеры, дальше — шагоходы. Расходятся веером по сторонам, ищут засады, проверяют обочины. И ещё одна тяжёлая машина держит над колонной зонт РЭБ, у меня от неё каша по всему приёмнику. Это их ПВО.

— Сколько машин ещё не вошло в ловушку?

— Да не считай ты их! — оборвал их разговор Хорнет. — Сейчас не это важно. Главное — хорошо накрыть тех, кто уже на линии огня!

Вик сглотнул. Во рту пересохло, нервы натянулись до предела. Он представил, как это выглядит со стороны: десятки и сотни боевых дроидов, машины с пехотой. Как только Колосс оживет, весь огонь обратится на него.

Конечно, так все и было задумано. Толстокожий гигант должен отвлечь огонь с живых и смертных егерей Роука и крепких, но все же уязвимых и немногочисленных шагоходов Гринсволдов.

— Роук, твои не дёрнутся раньше меня? — спросил Вик, прокручивая в голове все возможные сценарии.

— Мои третий час лежат в грязи и мечтают, чтобы ты уже начал, чёрт возьми, — глухо проворчал тот. — Не переживай, раньше тебя никто не полезет.

— Клегг, что с нашими шагоходами?

— Все четыре стоят за гребнем, прогреваем двигатели, — буркнул унтер-майор. — Выйдем за полторы минуты. Только учти, командир: машины мои, но ведут их твои покойники, так что спрашивай с них.

— Мы предпочитаем «личный состав, временно лишённый носителя», — невозмутимо поправил Хорнет. — Второй, третий и четвёртый, доложить готовность.

— Хейл готов.

— Венн готова.

— Дрейк готов! — возбужденно отозвался десантник. — Майор, меня тут подшаманили парни Кендалла. Мировые ребята оказались! Теперь у меня снова есть пушка!

— Я в курсе, Дрейк.

— Большая! А огнемет…

— Отставить болтовню! Сосредоточились!

Вик продолжал сидеть, в напряжении пялясь на еле-еле светившиеся в темноте рубки приборы. Ремни впивались в плечи, самодельный контроллер под ладонями стал липким от пота.

Вдруг гул проходящей колонны сделался ниже и тяжелее, в нём проступил новый визгливый звук, доносящийся с неба.

— Заходят интерцепторы, — пояснил Финн. — И над всем этим висит их воздушное РЭБ-прикрытие: полтора десятка аппаратов, эшелоном.

Время шло, Хорнет молчал, а Вик все более приходил в замешательство. Враг подходил всё ближе, а нужный момент так и не наставал.

— Хорнет, нам не пора? — наконец, не выдержал он. Если я подожду ещё, они пройдут мимо и встанут между нами и деревней.

— Знаю.

— Чтобы их завалить, придется развернуться задом к остальным. А задняя броня много слабее передней!

— Тоже знаю! — рявкнул майор. — Рядовой, идеальных ловушек не бывает. Жди!

Секунды бежали, как кровь из вены, и с каждой из них в юноше накапливалась злость. Где-то сзади послышались взрывы — Десмодны сделали первые пристрелочные залпы. Гринсволды не отвечали.

Казалось, прошла вечность, прежде чем в канале донесся голос Хорнета.

— Все. Они втянулись целиком. Пора, парень.

Вик на секунду закрыл глаза. Вихрь мыслей в одно мгновение пролетел в голове. Сай, лишенный наследства. Мать, умирающая на далеком Уорриоре. Парни, погибшие в космосе, работая на гадов типа Дензела и Борга. Оливия, присвоившая поместье и чуть не угробившая мужа. И самодовольные Высокородные, считающие, что им принадлежит все.

Когда Вик открыл глаза, и понял, что готов.

— Финн, запускай реактор. Мазер в боевой режим!

— Запускаю. Тридцать секунд до выхода на рабочий режим.

Эти полминуты Вик просидел не дыша. Реактор выходил на режим медленно и очень громко — по крайней мере так казалось изнутри. Вику мерещилось, что гул слышен на всю просеку. Сейчас чужие сенсоры развернутся на этот звук, и всё кончится, не начавшись…

Но ничего не произошло — колонна продолжала идти. Перед Виком развернулся широкий виртуальный экран, на котором боевые порядки Десмондов оказались видны, как на ладони. Над ними на небольшой высоте сновали стайки интерцепторов. Вик сразу понял, что начинать надо с них.