Мятеж - Акибо Тэнсей

— Есть, сука! Горит! — заорал кто-то в сети так громко, что Хорнет приглушил канал.

Второй вышел в лоб на Дрейка.

Они встретились в буквально в тридцати метрах, и начали стрелять друг в друга в упор, пока обе не задымились.

— Мара! — заорал в канале Дрейк. — Мара, он в меня попал!

— Да он тебя просто изрешетил, — отозвалась Венн. — Ты то сам его хоть раззадел?

— Три раза!

— Четыре, — сказала Мара, всаживая в противника очередь.

Шагоход Десмондов сел, завалился набок и больше не подавал признаков жизни. У машины Дрейка к этому времени не осталось левого нижнего манипулятора, и она осела в кювет, продолжая стрелять.

— Мара, у меня ноги нет!

— У тебя, Дрейк, уже шестьсот лет вообще ничего нет. Стреляй давай!

— А, ну да, — согласился Дрейк. — Точно. Стреляю!

— Отставить болтовню в эфире, — сказал Хорнет. — Хейл, прикрой его слева.

— Принято, — откликнулся Хейл. — Дрейк, ты не расстраивайся. Ноги — дело наживное, у тебя вон и головы нет, и ничего, живёшь ведь как-то.

Через минуту Хейг получил два разряда в корпус и, обездвиженный, застыл на месте.

— Вот теперь я расстроился, — сообщил он в эфир.

А потом пехота пошла к «Колоссу».

Вик заметил их не сразу: мёртвый правый борт и косой экран «Колосса» не давали увидеть происходящее. А тем временем человек тридцать пробирались низом, по канаве, короткими перебежками. Шли вполне грамотно, рассыпавшись, парами, прижимаясь к мертвой зоне — туда, где плазменный блок Колосса не доставал по углу.

— Финн, что у меня справа?

— Ничего, командир — три мёртвых датчика.

— Роук, у меня под ногами пехота, а правым бортом я ничего не вижу!

— Я их сам вижу, — отозвался Роук. — Хиггс, забирай своё отделение и вниз, к правой опоре. Бегом!

Дальше Вик слушал, как проходил бой. Он не видел ни одного из этих людей, только слышал: короткие очереди, крик, снова стрельба, мат совсем рядом, два глухих удара по броне. Один из десмондовских добежал до опоры и потянулся с зарядом в руке — и не успел.

— Не пускать их к ногам! — орал Роук. — Не пускать, они машину положат!

— Двое слева! Обходят!

— Мэлоу, твоё звено вниз, на опушку! — вмешался Хорнет. — Пройдись огнем по канаве!

Три интерцептора прошли над самой землёй, вспарывая ослепительно-белыми лучами землю вдоль кювета. Пехота Десмондов залегла, и уже не встала.

— Вдоль дороги чисто, — доложил Роук, и голос его дрогнул. — Командир, у меня Хиггс…

— Что с ним?

— С ним уже больше ничего. Отвоевался.

Вик молчал секунды три. Что в таких случаях говорить, он не знал, а нести пургу в такую минуту не хотел.

— Понял, — выговорил он наконец. — Роук, держи фланг. Клегг, дожимай их!

Тем временем реактор колосса нагнал элегию еще на один залп мазера. Вик тут же полоснул микроволновым лучом по вражеским шагоходам, выжигая электронные мозги, и, видимо перестарался: в кабину «Колосса» через щели пахнуло чем-то горячим и кислым.

— Осторожно! Спалишь охлаждение к чертям! — рявкнул Финн.

— Уже спалил, — уныло отозвался Вик.

— А нам как раз нужна поддержка мазера — жалобно сообщил Джем. — Двенадцатый упал, пятый упал. Девятнадцатый ушёл на автомате, идёт домой.

— А что люди?

— Людям хоть бы что. Сидят и матерятся.

Вдруг вторая машина РЭБ Десмондов перестала глушить эфир. Финн первым понял, что это значит.

— Командир, они перешли на анализ. Считают наши задержки.

— Скажи по-человечески!

— Изволь. Каждый раз, когда ваш оператор дёргает ручку, машина отвечает не мгновенно, и пауза у всех, кто сидит за одним узлом, одинаковая. Они сравнивают моменты манёвров, ловят направление управляющих пакетов и строят карту. Сначала найдут ретрансляторы, потом попробуют вычислить, где сидят люди.

— Не каркай, — буркнул Хорнет.

— Я докладываю, а не каркаю. Пугать личный состав — это по вашей части.

Увы, все случилось, как предсказывал Финн. Первый армейский ретранслятор Десмонды выбили через четыре минуты: два лёгких дроида зашли на высоту, координируя атаку, еще десяток ударных пронеслись на бреющем и отстрелялись по ретранслятору.

Разом ослепли шесть машин. Часть свалилась. Часть перешла в аварийный режим и потянула домой по примитивной программе, ломая на посадке всё подряд.

— Второй, — упавшим голосом сказал Джем. — Всё, дядя Хорнет. В поле больше ни одного.

Ретрансляторов у них и было-то всего четыре — и то трофейных, взятых в лагере Десмондов.

— Всё держится на вас с Колоссом, — мрачно сказал Финн Вику. — Сшибут ретранслятор на корпусе — половина машин сядет там, где летела.

— Хорнет, сокращай число машин в воздухе. Оставь тех, кто работает по тяжёлым.

Вик посмотрел на серое пятно на экране, туда, где стояла вторая машина ПВО.

— Финн, сколько в накопителе?

— Хватит на один импульс. Реактор докачивает, но медленно: плазменный блок забирает всё охлаждение.

— Одного мне и хватит.

Со скрежетом повернув корпус, Вик поднял левый манипулятор, а Финн помог с наведением.

Удар попал в цель, и машина РЭБ исчезла в ослепительном шаре плазмы.

— Анализ прекратился, — доложил Финн. — Но главное они уже поняли, командир: нашими машинами управляют люди.

— Об этом потом, — отрезал Вик. — Сейчас главное…

И тут небо лопнуло

В сорока метрах перед машиной Вика земля встала чёрным столбом: выше леса, выше Колосса, выше причальной мачты в поместье. Внутри этот столб осветился белым, будто в грунт на секунду вставили кусок звезды. Ударная волна дошла раньше звука. Она прошла по броне так, что гигантская машина чуть не опрокинулась. Внутри у Вика вышибло воздух из груди и заложило уши горячей ватой. Тотчас обрушился грохот — низкий, сплошной, забивающий все каналы разом. И уже под конец, секунд через пять, на корпус сверху посыпалось: комья, камни, ветки и щепа, и целые пласты дёрна, вырванные вместе с корнями.

Там, где упал снаряд, осталась воронка, в которую можно было бы поставить сельский дом.

— Самоходки бьют издали, высокоэнергетическими снарядами, — произнес Финн таким тоном, будто рад сбывшемуся предсказанию. — Мы, командир, для него легкая цель.

Второй разрыв лег за спиной, между «Колоссом» и опушкой, и с полсотни деревьев легли веером вершинами от воронки. Те, что