Развод. Господин мэр, освободите кресло - Виолетта Весна

— Поможете сопернику?

— Помогу сделать выборы не только нашими с Кириллом. Это выгодно городу и рискованно для нас обоих.

Жданов отправил предложение в тот же вечер. Редакция согласилась на часовой эфир по экономике для всех трех кандидатов. Он не поднял его рейтинг радикально, но заставил нас уточнить программу аренды муниципальных помещений. Конкуренция перестала быть декорацией вокруг бывших супругов хотя бы на одном важном участке.

После эфира его представитель прислал таблицу наших расхождений по ставкам аренды. Мы с Арсением нашли в своем расчете две позиции без поправки на пустующие помещения и исправили их до публикации программы. Жданов использовал это как доказательство своей компетентности. Я не возражала: город получал более точный документ, а избиратели видели, что соперник способен влиять на кампанию не скандалом, а расчетом.

Софья пригласила нас с юристами в редакцию. Технический специалист завершил предварительный отчет по кухонной записи. Черновик загрузили с учетной записи монтажера Павла Егорова, который работал на студию первой кампании. Оплату он получил от фирмы-прокладки, связанной договором с агентством Марка.

— Это еще не доказывает, что Марк поручил публикацию, — сказала Софья. — Егоров утверждает, что готовил материалы для внутреннего анализа и потерял доступ к облаку.

— Временные метки? — спросил Круглов.

— Загрузка на облако за двадцать минут до письма нашей редакции. Потом файл экспортирован в анонимный канал. Доступ был с одного адреса, но владельца соединения устанавливает официальная проверка.

Мы получили одинаковые копии отчета. Я передала свою Арсению, Кирилл — Круглову.

— Мой внешний аудит готовит финансовую цепочку, — сказал Кирилл. — Предварительный отчет будет второго июля. Опубликую после передачи комиссии.

— Не присылай его мне лично, — напомнила я.

— Получишь через юриста одновременно с комиссией.

Он соблюдал мою границу так точно, что мне хотелось сократить расстояние самой. Я не сделала этого. Один форум и один отчет не заменяли проверку.

На выходе Круглов передал Кириллу запечатанный пакет. На лицевой стороне было написано: «Лично кандидату. Материалы, которые закончат кампанию».

— От кого? — спросил он.

— Курьер назвал Марка Селиванова. Опись вложения отсутствует.

Кирилл не вскрыл конверт.

— Зафиксируйте получение и найдите нейтрального нотариуса. Открывать будем с представителем Елизаветы.

Он посмотрел на меня.

— Если ты согласна.

— Через адвокатов, — ответила я.

— Через адвокатов.

Кирилл передал пакет Круглову и ушел к своей машине. Раньше он наверняка остался бы объяснять мне, почему решение вскрыть вместе доказывает его перемены. Сейчас доказательством был сам порядок.

Арсений встретил новость без восторга.

— Совместное вскрытие даст Кириллу образ защитника, — сказал он. — Можно потребовать, чтобы пакет сразу ушел в комиссию без вашего участия.

— Если там мои персональные документы или подделка, я имею право видеть их происхождение. Нотариус обеспечит цепочку. Комиссия получит копию после фиксации.

— А если настоящий компромат?

— Тогда отвечаем по фактам. Отказ смотреть не сделает его ложным.

Я назначила Маргариту представителем и потребовала, чтобы до вскрытия никто не подключал носитель к рабочим компьютерам. Марк снова пытался заставить нас действовать быстро и порознь. Мы ответили порядком, который установили в начале кампании.

Пакет мог содержать настоящие документы, подделку или очередной сырой разговор. Важно было другое: Кирилл отказался узнать удобную правду первым.

ГЛАВА 17. Компромат

Нотариус вскрывал пакет Марка так, словно внутри лежало завещание, а не попытка закончить выборы.

В кабинете присутствовали мы с Кириллом, Маргарита, Круглов и специалист, который копировал электронный носитель. На конверте зафиксировали повреждения, время получения и подпись курьера. Внутри оказались флешка, фотография и короткое письмо.

«Материал подтверждает договоренность Елизаветы Воронцовой с донором о назначении после победы. Рекомендуемый порядок: передать копию указанным редакциям через независимого отправителя. Исходник уничтожить».

Письмо подписал Марк.

Кирилл прочитал и передал нотариусу.

— Я не давал согласия на распространение, — сказал он. — Сохраните вместе с конвертом.

На флешке лежал договор между мной и предпринимателем Семеном Градовым. По нему он якобы вносил деньги в кампанию, а я обещала назначить его заместителем по строительству. Подпись выглядела моей. В приложении стояла фотография нашей встречи в кафе пять лет назад.

Кроме договора на носителе были сканы моего паспорта из старой нотариальной доверенности, выписка из фонда и аудиофайл. В нем мой голос произносил: «После победы место будет вашим». Фраза звучала чисто, но я никогда не говорила Градову о должности.

Специалист отключил звук и проверил свойства файла.

— Предварительно здесь несколько склеек, — сказал он. — Между словами разные фоновые частоты. Окончательный вывод даст фоноскопическая экспертиза.

Я узнала отдельные части. «После победы» говорила Кириллу в день первого голосования. «Место будет вашим» — председателю дома, которому обещали помещение для приемной. Оба фрагмента могли находиться в сыром архиве.

— Значит, пакет собран не только из документов, — сказала Маргарита. — Кто имел доступ к исходному звуку?