Служебный развод - Агата Лав

Я набираю сообщение:

Хорошо. Но мне нужна няня, чтобы приглядеть за детьми.

Его ответ снова короток:

Уже в пути.

Через полчаса перед моим домом останавливается черный Мерседес. Водитель выходит, открывает заднюю дверь, но я не тороплюсь садиться. Сначала осматриваю няню, которая приехала вместе с ним. Высокая женщина с собранными темными волосами выглядит как профессионал. На ней буквально стоит отпечаток высшего педагогического образования и работы в элитном сервисе.

— Я позабочусь о них, не переживайте, — говорит она уверенно.

Я киваю, передаю ей список номеров на случай чего-то экстренного и сажусь в машину.

Мы едем по центральным улицам города, но, к моему удивлению, машина направляется не в офис Игоря, а к одному из самых дорогих ресторанов. Когда водитель останавливается у входа, я невольно оглядываю фасад в классическом стиле. Такие места хочется фотографировать. Но внутри все выглядит еще роскошнее. Мягкий свет хрустальных люстр рассеивается по просторному залу, который окутан ароматом шампанского. По пространству разносится тихая живая музыка, кто-то играет на рояле, создавая приятную изысканную атмосферу.

Меня проводят мимо столиков и открывают дверь в отдельный кабинет.

Там меня ждет Шумицкий.

Он выглядит безупречно. На нем темно-синий костюм, который сидит на нем идеально, снежно-белая рубашка, запонки с темными камнями. Волосы чуть взъерошены, но это даже придает ему какой-то особенный вид — как будто он привык к тому, что идеальность сама собой складывается вокруг него.

Когда я вхожу, он как раз делает заказ официанту.

— Устрицы, гребешки в сливочном соусе, тартар из тунца.

Я молча наблюдаю за ним. Другой официант помогает мне сесть за стол, мягко отодвигая для меня стул.

— Спасибо, — машинально говорю я, хотя в голове все еще прокручиваю вопрос: «Почему мы здесь?»

Когда официанты уходят, я наконец спрашиваю об этом:

— Мы что-то отмечаем?

Игорь чуть улыбается. Но я замечаю, что он чуть более скован, чем обычно, все-таки между нами поселилось напряжение — это глупо отрицать. Я и сама чувствую, как пространство между нами как будто покрылось каменной коркой и для каждого движения приходится прилагать усилие.

— Например, нашу свадьбу? — отвечает он и внимательно следит за моей реакцией.

Из-за этого я нервно провожу ладонью по белоснежной салфетке. Что-то мне подсказывает, что настоящий повод совсем другой. Я опускаю глаза на стол, чтобы снять зажим с салфетки, но вдруг замечаю свое обручальное кольцо. Оно лежит рядом.

— Ты оставила его в офисе, — напоминает Игорь.

— И правда…

Я не нахожу что добавить и продолжаю смотреть на него как завороженная. Тогда Шумицкий подходит ко мне и ловит мою ладонь, после чего возвращает украшение на мой палец.

— Оно не кусается, — произносит Игорь.

Кольцо скользит на палец легко, как будто всегда было там, и от этого странного ощущения меня бросает в жар. Оно не кусается, конечно. Оно просто очень дорогое. И все-таки фиктивное. Как подпись под сделкой, тонкости которой мне забыли объяснить. Я смотрю на свою руку, словно впервые вижу ее, и ощущаю странную тяжесть. Не от металла, а от самого факта, что это кольцо сейчас снова на мне.

В этот момент официант приносит бутылку вина, ловко открывает ее и наполняет наши бокалы. Затем перед нами оказываются тарелки с морепродуктами. Когда официант уходит, мы возвращаемся к нашему разговору.

— Так что мы отмечаем?

— Ты все-таки ищешь подвох, Катерина?

— Игорь…

— Хорошо, — спокойно говорит он, сделав глоток вина. — У меня новости по поводу Марисова. И Валентина.

Меня тут же пробирает холод, будто вино в моем бокале внезапно стало ледяным.

Глава 27

— Ты все-таки общался с Марисовым? — спрашиваю я, пытаясь сохранять ровный тон.

Игорь медлит. Замечает, как во мне поднимается разочарование, и не спешит отвечать. Он продолжает внимательно разглядывать меня, словно пытается найти подсказку в тишине. Или в моем дыхании. Я не выдерживаю первой. Откладываю приборы, потому что аппетита все равно нет и вряд ли появится. Я смотрю Игорю в глаза, но сосредоточиться чертовски мешают эмоции. Я и соскучилась по нему, и в то же время часть меня хочет подняться и уйти, громко хлопнув дверью. Да, детский глупый протест… но мне иногда кажется, что скалу его упрямства не сдвинут никакие слова. Даже самые взвешенные и продуманные.

— Я не могу мыслить так, как ты, — признаюсь, чтобы повести разговор по другой тропе, пока это не поздно. — Как бизнесмен или…

Я запинаюсь, не зная, какое слово подобрать.

— Как подонок и циник? — Игорь усмехается и заканчивает за меня.

— Просто циник, — поправляю его. — Я не собиралась оскорблять тебя.

— Тогда что не так, Катерина?

Я несколько секунд раздумываю. А потом встаю со своего места и медленно подхожу к нему. Моя ладонь опускается вниз, и я осторожно касаюсь его руки. Игорь мгновенно перехватывает мои пальцы, сплетая наши ладони вместе. Я смотрю на этот жест и вдруг выдыхаю, словно именно этого мне не хватало больше всего на свете. Открывается правда, что можно сотню раз заблудиться на словах, но прикосновение всегда знает правильный путь. Если чувство живо, оно выведет…

— Я соскучилась по этому, — признаюсь я.

Игорь тянет меня ближе, усаживая к себе на бедра. Его тепло, его запах… Это мгновенно кружит голову. Я прижимаюсь к нему и утыкаюсь лицом в его грудь.

— Так лучше, — шепчу, чувствуя, как грубеет его дыхание, оно становится глубоким и протяжным. — Я совсем запуталась. Думала, что между нами что-то сломалось.

— Больше никуда не отпущу. Никаких перелетов без меня.

— Хорошо.

— Я правда не мог полететь с тобой.

Я молча киваю. В его голосе чувствуется нерв откровенности. Я верю ему.

— И я чертовски соскучился, — добавляет он. — Еще вчера.

— Вчера я еще была в городе.

— О том и речь, Катерина. Не знаю, что ты сделала со мной. Но я соскучился, как только ты вышла из офиса.

— Звучит как претензия.

— Как капитуляция, — поправляет он после паузы.

Игорь проводит ладонью по моим волосам, а затем его губы оказываются рядом. Он целует меня. Жадно, горячо, с таким напором, что становится ясно: он не просто соскучился, он изголодался. Меня захватывает этот сумасшедший поцелуй. Страсть накрывает мгновенно. Я порывисто выдыхаю и вдруг осознаю, что его широкая ладонь уже поднимается выше по моей ноге. Под юбку.

Я ловлю его руку, но он не сдается сразу. Его пальцы так ловко находят кружево моего белья, что я успеваю