По рукам? - Ася Федотова

Лерка не смогла сдержать улыбки.

— Какой же ты — засранец, Керимов. Старая шутка. Не смешно.

Я склонился ниже к ее уху.

— Мне вот интересно, у тебя трусики тоже по цвету лежат или по какому-то другому признаку?

— Пошляк, блин, — толкнула меня в грудь, а после сама взяла за руку, и мы зашли в аудиторию.

Я протиснулся следом за Леркой на центральное место в первом ряду, оглянулся на галерку. Увидел, как вылупился на меня Беккер и изобразил руками разбитое сердце. Грифа рядом не было. Я вообще его уже давно не слышал и не видел.

Всю пару не мог ни о чем думать, кроме девчонки, что чуть ли не с высунутым языком строчила лекцию. В то время как сам только делал вид. Все равно же даст ксерануть. Куда денется. Меня вело от ее запаха, от ее мимолетных косых взглядов, едва заметной улыбки. От румянца, выступившего на щеках, стоило приложить голову к ее плечу, пока препод вырисовывал на доске график покупательной способности.

Но всему хорошему приходит конец. После пары Лера проводила меня до пропускного пункта на первом этаже, застенчиво чмокнула в щеку и обещала дождаться, пока вернусь, чтобы поехать домой вместе. Ведь сегодня у меня должно было состояться занятие с Анной Эдуардовной, которое бабуля подогнала под наше расписание, чтобы я не ждал вечера, ведь потом мы собрались с Лерчиком, наконец-то, вместе позаниматься в спортзале.

— Ты меня бросил, — Рус, будто в дешевой мелодраме, заломил брови, изображая вселенскую обиду, когда мы пересеклись в буфете, после того, как я проводил Леру. Дальше у нас было окно, так что торопиться было некуда.

— Хорош, Бэк.

— Променял на девчонку своего другана, — не унимался Беккер, вжившись в роль обиженки.

— Да, да, да, — я гоготнул, тыча Руса в плечо. — Где Гриф, кстати?

— А он че тебе не рассказал?

Я удивился.

— О чем?

Подошла очередь Беккера. Тот быстро купил сэндвич с курицей и бутылку газировки. Я же взял себе только кофе, потому что еще до сих пор переваривал ту порцию блинов, что успел заглотить у Леры дома, пока та переодевалась.

— Врачиха твоя, Еська которая, залетела, — сообщил Рус, когда мы усаживались за свободный столик.

Я, наверное, даже побелел от этой новости. Начал судорожно в уме прикидывать, когда последний раз у нас с Есей был секс. Но я же всегда надевал презик. В каком бы состоянии не был, всегда, мать вашу, использовал защиту. А потом осенило — при чем здесь вообще Гриф?

— Не парься, — Беккер, будто, услышал мои мысли. — Не от тебя. Там по срокам от Грифа. Темыч че реально тебе не признался? Вот гондон.

— Когда?

— На той самой тусе, когда ты Лерочку свою засосал.

Прикинул. Нормально так выходило.

— И где же Грифонов сейчас?

— Так потащил Еську в клинику. Она тут заявилась к нему в невменяемом состоянии. Тыкала в морду тестом. Орала, что он ей все будущее потопил. Гриф вспомнил, что тогда на утро увидел два юзанных презика. Один порванный, а другой целый со спермой, короче. Темыч думал, что, типа, один порвался, так он натянул другой и продолжил, а оказалось совсем по-другому. Они же оба угашенные были в нулину. Че там теперь выйдет, хрен знает.

— Да, ну нах, — я скривился, запивая вываленную на меня новость своим кофе.

Вот уж не думал, что из нас троих именно Гриф может вляпаться в подобную историю. У него, конечно, телочек хоть каждый день на новую меняй, но голову он всегда старался держать в светлом уме и доброй памяти. А тут... Еще и с Еськой, которая никогда детей то и не хотела. И вся из себя прошоренная феминистка.

— И я про то, — согласился Беккер. — Дэн, ты только на него не гони по типу, что он не рассказал. Темычу, наверное, просто кринжово. Сам понимаешь.

— Да, не вопрос.

Дорогие мои читатели!

Пятница выпадает на праздничный день, поэтому уж не обессудьте, если буду задержки в графике.

Всех с наступающими)))

Глава 24(1)

Fleurie — Breathe

ЛЕРА

— И че у вас все было уже? — Ника заговорщески поиграла бровями, потягивая свой банановый раф.

Я мигом покраснела, осматриваясь по сторонам тесной кофейни, что находилась рядом с главным корпусом универа, куда мы зарулили с подругой, чтобы скоротать окно между парами.

— Нет. Не было. Я не готова еще. Да, и боюсь, если честно.

— Чего? — удивилась Стрельцова. — Денис, конечно, парень ветреный, сумасбродный, но он не из разряда подлецов. Это уж точно, Лер. Не как этот твой из школы. Урод моральный.

— Знаю. Но все равно боюсь. Да, и Денис не настаивает. Даже не намекает.

Ника довольно гоготнула.

— А вот это уже на Керимова не похоже. Обычно он не церемонится. Значит не врал, когда в любви тебе признался. Потому что, когда мы встречались с Беккером, и я довольно тесно с этой троицей общалась, Дэн без особого труда тащил в койку всех, кто понравится. Даже не парился, что на тот момент у него были, типа, свободные отношения с Есей.

— Думаешь, не врет? — я с надеждой заглянула в карие глаза подруги.

— Уверена, что не врет — подтвердила подруга.

Я обрадовалась ее ловам, а потом заметила, как Стрельцова сникла. Сразу после упоминания о Беккере.

— Ник, а ты вообще как? Руслан же теперь...

— Не надо, Лер, — с ходу перебила подруга. — Не хочу о нем. Сейчас все устаканилось. Он со своей этой... А у меня, вроде как, немного наладились отношения с Костей. Скоро мама с сестрой из Москвы возвращаются. Костя уже обо всем договорился с местным реабилитационным центром. Здесь побудут, а потом снова в Москву к следующей операции готовиться. Хотя толку то, — Стрельцова грустно ухмыльнулась и тяжело вздохнула. — Все будет хорошо. Надо верить, — а потом закрыла лицо ладонями. — Знаешь, Лерка, я такая гадкая. Когда совсем невмоготу, такие мысли ужасные в голове крутятся. Ведь если все без толку... Столько лет никаких улучшений. Иногда по ночам я думаю, может лучше бы если бы Нина однажды не проснулась. И сама бы не мучилась, и мама бы вздохнула, и я... А потом мне так мерзко становится. Хочется себя по щекам отхлестать. Ведь она же сестра моя! Как я могу так думать? Это же безбожно.

— Ник, ты совсем мужа не любишь, да? — вкрадчиво поинтересовалась у подруги, понимая сколько боли она носила в себе.

— Я благодарна Косте, за все, что он для нас делает. И первое