Шпионки. 12 женщин, рискнувших всем - Мария Васильевна Юданова

некоторые источники утверждают, что он служил некоторое время высоким чином в охране Дахау. По количеству жертв, уничтоженных нацистами в лагере, Малый Тростенец стоит на четвертом месте в Европе после Освенцима, Майданека и Треблинки.

«Надо, чтобы только упоминание одного моего имени приводило в трепет русского и белоруса, чтобы у них леденел мозг, когда они услышат „Вильгельм Кубе“. Я прошу вас, верных подданных великого фюрера, помочь мне в этом», — обращался Кубе к своим бойцам.

За гауляйтером Кубе, по данным историков, охотились несколько отрядов, разведчики из спецподразделений НКВД и разведуправления Красной Армии. Было более десяти серьезно подготовленных покушений на него, начиная с бомбардировки небольшого района под Минском (Прилуки), где он должен был находиться, и кончая заминированным грузовиком, который должен был въехать в машину гауляйтера. 22 июня 1943 года, когда немцы отмечали день начала войны, Кубе пытались взорвать в театре. Было несколько попыток его отравить, но и здесь, можно сказать, произошло чудо — Кубе не выпил отраву.

У Вильгельма Кубе было звериное чутье на опасность, он был как заговоренный. Еще одно покушение не состоялось, когда он должен был отправиться на охоту, где в засаде его поджидал партизанский отряд, Кубе повернул обратно с полдороги.

Непосредственное руководство операцией по уничтожению Вильгельма Кубе в «Бригаде дяди Коли» было поручено майору госбезопасности Ивану Федоровичу Золотарю[66], во входящем в бригаду отряде «Буря» — начальнику разведки Владимиру Рудаку. Оба офицера решили, что нужно искать возможность проникнуть в дом Кубе, где и убить его. В условиях постоянной опасности гауляйтера охраняли очень тщательно. В его особняк (впоследствии в нем находилось Правление Союза писателей Белоруссии) пускали только избранных, и то после двойного строжайшего обыска. В доме, где разместился Кубе, проживали также его жена Анита и два маленьких сына. Ежедневно многочисленная обслуга, в основном состоящая из местного населения, проходила в особняк после двойной проверки — их тщательно обыскивали немецкие солдаты, а при входе в сам дом — дежурные офицеры.

В 1943 году Минск из-за активности партизан оказался на осадном положении. Немцы панически боялись подполья. Даже бомбардировки города, устраиваемые по ночам советской авиацией, курировались партизанами — они помечали светом дома мирных жителей и пускали ракеты над домами, где расположились немцы.

Можно сказать, что фашисты сами оказались в некотором гетто — у всех домов, где располагались немцы, находились опорные пункты с охраной, в «немецкие» в кварталы, особенно там, где жил Кубе, пройти было можно только по пропуску, а уж проехать — только по специальному разрешению, подписанному гауляйтером.

Самым подходящим исполнителем в поиске агента внутри дома Вильгельма Кубе посчитали Надежду Троян. Она обладала всеми необходимыми качествами — легко сходилась с любыми людьми, была искренна и дружелюбна, от природы чувствовала человека, а главное — в совершенстве владела немецким. Ей сделали документы «фольксдойче», и, по некоторым сведениям, она даже оформила с каким-то немцем фиктивный брак, а в Минске Надежда поселилась под своей фамилией.

Задача Надежды Троян была любым способом проникнуть в дом и завербовать агента. Осмотревшись, Надя узнала, что в доме Кубе работает горничной Татьяна Калита. Ее Троян неплохо знала, а с ее мужем училась в одной группе. Татьяна тоже была медиком и уже преподавала в вузе, в который Надежда перевелась перед войной.

После встречи с Татьяной Калитой у Надежды появилась ценная информация — в особняке работает еще одна девушка, которая может им помочь. Это была Елена Мазаник. Она, по мнению Татьяны, отличалась от других своей честностью и достоинством. Как же она попала в горничные к Кубе? По одной из версий, гауляйтеру нравились хорошенькие девушки, а Елена была очень миловидной, к тому же у нее сложились хорошие отношения с Анитой, женой Кубе, и их сыновьями. Говорили, что Анита собирается забрать Большую Галину, как называли Елену в особняке, после войны с собой в Германию. Но! Даже Большой Галине не разрешалось убираться в хозяйской спальне — это делала всецело преданная немцам горничная. К этой служанке искать подходы было однозначно бесполезно — она бы мгновенно выдала всех фашистам.

Выйти Троян на Елену Мазаник было нелегко — девушку нечасто выпускали из особняка. Далеко не сразу Мазаник, будущая лучшая подруга Троян, согласилась помогать партизанам, но когда решилась, то встречи проходили у зубного врача, где горничная якобы лечилась. Первоначальная нерешительность Елены никак не была связана с нежеланием помогать партизанам, она думала, что эту проверку устроили офицеры Кубе, и, пока не увидела доказательств обратного, сотрудничать с Троян не хотела.

Всю полученную от Мазаник информацию Троян передавала в отряд — рисунки с расположением комнат, количество патрулей и охраны, распорядок дня гауляйтера и его семьи и т. д. НКВД и Центральный штаб партизанского движения получали эту информацию и координировали дальнейшие действия девушек-партизанок.

В «Отряд дяди Димы» (военная разведка) были переданы редкие тогда магнитные мины английского производства с часовым механизмом. Мария Осипова, одна из партизан этого «Отряда дяди Димы», в сентябре 1943 года переправила одну мину Елене Маза-ник, а другую — Надежде Троян.

21 сентября Елене Мазаник удалось прикрепить мину к постели Вильгельма Кубе. В три часа ночи 22 сентября в особняке прогремел взрыв, который убил гауляйтера, практически полностью уничтожив левую часть тела. Его жена Анита и дети не пострадали. По одной из версий, жена находилась рядом, но ее чудом не задело взрывом, по другой — Елена посоветовала беременной Аните спать отдельно от мужа, чем и спасла жизнь женщине.

Через пару часов после взрыва, когда весь город был оцеплен и дома подвергались обыску, Надежда Троян, ничего не зная о случившемся, пробиралась к кварталу с особняком гауляйтера, чтобы передать мину Елене. Мина лежала в торте, который и помог Надежде преодолеть все посты. А ведь ее проверяли и обыскивали! Но, уникально хладнокровная и чрезвычайно общительная, она не попалась врагам. На месте встречи с Мазаник Надежда Троян поняла, что покушение свершилось — по всему Минску ищут диверсанта. Нужно было срочно покидать город. Но как же выйти из оцепления, да еще и с миной? Надежду Троян впоследствии многие спрашивали: зачем она тащила с собой мину, вместо того чтобы спрятать ее и спасаться самой? Ее ответ всех поражал — таких мин были единицы, она еще могла пригодиться. Надежда знала, с каким трудом, подвергаясь страшной опасности, партизаны ставили мины на железнодорожное полотно, пытаясь пустить под откос вражеские эшелоны.

Надежда Троян несла мину назад. При выходе из города она приблизилась к посту оцепления. Прислушавшись, Надежда