Однажды в Вавилоне - Тимофей Петрович Царенко

Воцарилась тишина.

— Оригинальный способ заставить молчать искусственный интеллект, — заговорил князь, когда стало ясно, что машина на самом деле больше ничего не сказала.

— Ага, это мой батюшка так заставляет молчать всех женщин в доме.

— И как, успешно?

— По его рассказам, когда-то работало. Но на моей памяти уже не особо. Женщины мало того, что не молчат, потом сговариваются и бьют его.

Волод хмыкнул и уставился в окно. Нью-Йорк сверкал и блистал в солнечном свете. Дома становились всё выше, нагретый кирпич стен смотрелся на фоне голубого неба нарисованным. Люди на улицах куда-то спешили, стояли на месте, медленно брели по тротуарам, и голосили на десятках языков.

— Всё никак не привыкну… В моих краях таких вот странных людей уже бы побили дворники и сдали в богадельню.

Князь проводил взглядом толпу мужиков в разноцветных шубах, они уступили дорогу другим мужикам в шубах, но уже не цветных. Эти две группы разглядывали два десятка краснокожих индейцев, среди которых затесались латиносы.

— Тень в другой тени, да?

Джа покосился на столпотворение, которое так пристально разглядывал пассажир.

Князь вскинул брови, потом рассмеялся.

К торговому центру жёлтое такси приехало через час. Ещё полтора часа спустя Волод и Джасвиндер вернулись на парковку, в новой одежде.

— Верхний выгуливает своего нижнего! Ты бы ещё малахольному ошейник надел, для полного антуража! Кого хороним, ребятишки?

Фатима прокомментировала возвращение пассажиров. Волод в плотном тёмном костюме с закосом под армейский мундир, в тонких перчатках. Его белая борода превратилась в бородку, а волосы заплели в тонкие косички с яркими стразами на конце. Джасвиндер в длинном чёрном пиджаке, из-под которого виднелся ворот белоснежной сорочки и золотистый шарф. Смотрел на мир индус через чёрные очки-велосипеды с круглыми линзами. Штаны и ботинки на нём в цвет пиджака.

Мужчины держали в руках пакеты и бумажные лоточки с логотипом Старбакса.

— Машину тоже надо перекрасить, — Волод разглядывал жёлтое такси с нездоровым энтузиазмом.

— Хотите покататься на катафалке? Хочу вас огорчить, дегенеранты, чёрный цвет не делает вас иконой стиля.

— Зачем чёрный? Фатима, покрой себя противолокационным узором.

— Джасвиндер, отвези своего князя потом в хорошую психиатрическую клинику. Я уже получила там промокод на скидку, сорок процентов. Промокод «Deep».

— Волод, я даже не знаю, что хуже: то, что у меня бортовой компьютер ведёт себя как моя тётка на амфетамине, или то, что она тебя опасается.

— Она будет выполнять команды или нет?

— Фатима!

— Хорошо, каким радиолокационным узором мне покрыть себя, красавчик? Какой тебя больше всего возбуждает?

Волод задумчиво потёр бровь. А потом…

— Фатима, слушай внимательно: запусти генерацию рассеивающего узора. Основной паттерн: три волновые компоненты. Первая компонента: длина волны три сантиметра, сдвиг по фазе икс — ноль, сдвиг по игрек — пи на четыре. Вторая: длина пять сантиметров, сдвиг икс — пи пополам, сдвиг игрек — ноль. Третья: семь сантиметров, сдвиги икс и игрек — пи и пи на три. Амплитуда всех компонент — ноль целых семьдесят пять сотых. Область нанесения: прямоугольник от нуля до ста сантиметров по обеим осям, шаг сетки — один сантиметр.

Воцарилось молчание.

— Ах да! Чуть не забыл! Проверь интерференцию в диапазоне восемь–двенадцать гигагерц. Если будут аномалии — перестрой частоты методом обратной свёртки.

Машина мигнула, раз, другой, третий, а потом покрылась сложным рисунком из плавных дуг, чем-то похожим на чешую. Рисунок мелко дрожал, и от него кружилась голова.

— Я сейчас блевану… — Джа прикрыл глаза и отвернулся от машины.

— Я тоже, но у меня нечем! Скидку повысили до шестидесяти процентов.

— Волод, откуда такие познания? И давай сядем внутрь, а то меня мутит на тачку смотреть.

— Утром пообщался с нашими спецами. Мне дали точные параметры узора, — Волод зевнул и сделал большой глоток из своей чашки с кофе.

— Надеюсь, нас не оштрафуют за расцветку…

Минут за десять до точки назначения Волод выложил в бардачок машины тонкую стеклянную иглу, большой зелёный камень и компас без каких-то знаков на ободе.

— Если камень загорится алым — максимально разгоняйся, ломай иглу и заезжай в здание. Как при нашей первой встрече.

Джасвиндер остановил машину на обочине и упёрся лбом в руль.

— Опять… Agar main pichhwada sikod bhi loon, to ched hi kar denge! (Сожму жопу — просверлят дыру и выебут! /хинди/)

— Что ты сказал?

— Говорю, сложно с тобой, добрый мастер Волод. Не хочу под пули я лезть.

— Это подстраховка, на самый крайний случай. Клановая служба безопасности тоже получит сигнал, но им гораздо дольше добираться.

— А чего не сесть рядом этим бравым ребятам? А? У них пушки, танки, опыт и магия-шмагия.

— Только вот проблема, нельзя в Гарлем заводить вооружённый отряд. Тут какой-то старичок сидит, Крысолов. Гарлемский крысолов. С ним никто не хочет связываться. По слухам, приехал сюда в момент основания города, привёз с собой толпу детишек. С тех пор это его территория. Даже у города тут нет большой власти.

— А, типа, тайно это сделать? Фургончик с мороженым? Толпа бухающих друзей? Да местную банду нанять? Хотя бы одного твоего мордоворота с собой взяли бы?

— Большой отряд не пройдёт, дед следит за миром глазами крыс. Если ты не местный — тебя утопят в реке. Даже будь ты трижды мастером водной стихии… Но есть и хорошая новость. Даже если что, тут не будет большого отряда врагов.

— А чего хотя бы одного не взяли?

— Я еду туда тайно. Те, к кому я мог обратиться, недостаточно хороши…

— Да, ахренеть честь какая, там, где не справляются сильные боевики и люди способны трахнуть танк, может помочь таксист ростом метр шестьдесят восемь! И это ещё в ботинках!

— Да, Джасвиндер, ты действительно так хорош.

— Это был сарказм!

— А я говорил честно.

— Да в Гарлеме везде особые правила! Да! А на хрена ты в этот район вообще лезешь?

— Надо. Слово чести, это очень важно.

— Подробности?

— Ты не хочешь знать подробности.

Джасвиндер тяжело вздохнул. Завёл машину и тронулся с места.

Спустя ещё час вырвиглазное такси остановилось у главного входа в ночной клуб. Появление машины вызвало ажиотаж. Десятки взглядов упёрлись в узор, из-за которого машина казалась выдавленной в