Беспощадный целитель. Том 5 - Константин Александрович Зайцев

После запахов лаборатории свежий ночной воздух был просто прекрасен. Легкий дождь смывал с нас остатки чужой энергетики; нет ничего лучше дождя для таких дел, кроме быстрой текущей воды.

Когда мы уже подходили к фургонам, навстречу шли ребята Клыка. Вся операция длилась ровно тридцать четыре минуты.

— Клык, мы готовы. Уходим?

— Уходим.

* * *

В фургоне Клыка нас было четверо. Волки словно чуяли, что нам нужно побыть одним. Алиса прижалась к плечу Эйры и закрыла глаза, словно пыталась отгородиться от всего дерьма, что увидела сегодня ночью. Ледяная королева школы сорок семь аккуратно гладила ее по волосам и что-то успокаивающе тихонько шептала.

В заднем стекле фургона резко полыхнуло оранжевым. А через две секунды раздался основательный грохот. Жар догнал нас на следующем повороте и обдал всю машину, разом испарив всю влагу с металла, но холодная осенняя погода сделала свое дело, быстро остудив кузов изнутри.

— Какая красота! Обожаю смотреть на то, как работает взрывчатка! — раздался голос Молота в эфире. — Бах — и здания нет.

— Не засоряй эфир, — тут же ответил Клык. — Лишних с территории уже выпроводили, так что нас ждет вечеринка.

Пока мы ехали, дыхание Алисы выровнялось, и, чуть отстранившись от Эйры, она спросила:

— Алекс. Что ты нашёл у этого ублюдка? — В ее голосе слышалась усталость, боль, но куда больше там ощущалось дикое желание уничтожить все, что связано с этим мерзким местом, которое ее изменило раз и навсегда. Прости меня, девочка, я не хотел, чтобы ты сюда шла, но ты сама не оставила мне выбора.

— Этого ублюдка звали Маркус. А место называлось «Лаборатория П-один-один».

— Раз есть один-один, значит, есть и один-два, а может быть, таких мест десятки, и не только в Блэкфене? — тут же начала рассуждать Эйра.

— Не знаю, но, скорей всего, ты права. Что нам точно известно: существует как минимум одна, раз есть «один-один». Может быть три, может быть десять, но нет никакой гарантии, что они существуют.

— Как нет гарантии и обратного, — включился в рассуждения Дэмион.

— Важен сам факт этих документов. Это улики, но тут, так же как с Штайнером, нужно понять, кому их можно безопасно передать.

— Стоп, Алекс Доу. С каким таким Штайнером? С Вернером Штайнером? — в голосе Эйры послышался металл. Кто-то слишком долго живет в шкуре подростка и слишком сильно стал на него похож. Вот и где была моя хваленая осторожность.

— Все верно.

— И что с ним? — Ее голос хлестнул, как плеть. — Это против него ты использовал помощь Дэмиона?

— Это долгая история.

— Надо же, какое совпадение, Алекс Доу. Мы как раз никуда не торопимся…

Глава 19

Кабинет на последнем этаже складского комплекса встречал ночь в свете единственной настольной лампы. На стенах располагались карты районов, на которых были размечены схемы влияния, помеченные красным и синим маркером. Красное принадлежащее Штайнеру за последний месяц изрядно поредело. Не каждый готов рисковать своего головой, а отрезанные головы курьеров и сожжённые склады делали своё дело, показывая что шутить с Кайзером, очень плохая идея. В отличие от противника, синий цвет медленно, но верно закрашивал карту города и его окрестностей. Он не залазил лишь на территорию промзоны, где базировались Стальные Волки не платящие ему дань, но с удовольствием сотрудничающие с его людьми. Их предводитель когда-то носил погоны как и сам Герман, но в отличие от него не был одаренным.

Герман Айронфест сидел за дубовым столом и читал очередной отчёт. Как же хотелось бросить все эти бумажки и взяв отряд людей сделать рейд на столицу графства, чтобы окончательно оторвать голову Штайнеру. Но желания и возможности к сожалению разные вещи. Это тут он некоронованный король, который делит свое влияние лишь с циналанской семьей Чен. И пусть у них не было подготовленных одаренных его уровня, но недооценивать узкоглазых демонов не стоило. Слишком много тех кто считал иначе уже лишилось свои голов. Благо их торговое соглашение стабильно пополняло его кошелек. После той стычки с бойцами Синдиката Теней, он больше не сражался на полную мощь и это его печалило. Ибо как говорил наставник по армейской подготовке: одаренный лучше всего растет в бою на самой грани.

«Рёв Императора» он применил впервые за пять лет. Слишком редкая и заметная техника, которая могла напомнить некоторым людям, что Айронфест еще жив и его можно использовать в своих политических разборках. А уж чего-чего, а этого ему не требовалось. Сам он был в идеальной форме держа свое ядро наполненным и готовым к бою, но уже многие годы он сам выбирал когда сражаться, а не быть цепным псом властей.

Бумаги на столе говорили: после ответного удара Штайнер на месяц ушёл в глухую оборону. Двадцать с лишним отрезанных голов это серьёзный аргумент в любой беседе. Конкурент сидел в своей столичной усадьбе под усиленной охраной, отзывал курьеров с привычных маршрутов, отказывался от встреч с чужаками. Блекфэн вновь стал его, пусть полиция и спецотдел искали виноватых в бойнях, но искали не настолько активно как могли. Это стоило больших денег, но деньги всего лишь ресурс, который нужен лишь для обеспечения деятельности. Через посредников Кайзер позаботился, чтобы пара ниточек уводила к самому Штайнеру и его фигура в отчетах особо не появлялась. Столичные шпики все как один на виду, а значит у него развязаны руки.

Торговля Искрой на восточном секторе практически остановилась, в то время как поставки остальной дури работают в полную силу. Штайнер перекрыл большую часть каналов поставок Искры и это этого стало легче дышать. Пройдет месяца два-три и Кайзер отыграет потери. Через четыре соберет силы и окончательно поджарит конкурента.

Если за это время не появится новый дурак, который захочет ему помешать, но если такое произойдет, то все будут как всегда дурак попросту сдохнет. Не для того Герман создавал свою империю, чтобы отступать от задуманного. Слишком много сил и времени вложено в его проекты.

Кайзер усмехнулся и потёр переносицу. Цифры в отчёте чуть расплылись. Слишком много часов без сна за последние недели. Слишком много решений, которые нельзя было отдать никому, кроме себя. Война учила одному простому правилу: то, что важно, делаешь сам. Иначе через пару лет окажется, что это уже сделали против тебя.

Он отложил отчёт и взял в руки следующий документ, на работу с которым у него все не доходили руки. Тонкая папка с надписью «Алекс Доу» в верхнем правом углу. Фотография парня из школьного личного дела. В