Не могу (не) любить - Мария Свами

На лице Саши промелькнуло удивление, а потом — едва заметная улыбка.

— Договорились, — тихо сказала она. — Спасибо.

Орлов на мгновение задержал взгляд на её лице, потом кивнул на папку:

— Что у вас там? Давайте посмотрим, с чего начнём. Но сначала, может, чаю? Или кофе?

— Чай было бы замечательно, — призналась Александра, и впервые за всё время её голос прозвучал чуть теплее.

— Отлично, сейчас попрошу Ольгу принести, — он снова нажал кнопку селектора. — Ольга, два чая, пожалуйста.

Когда он обернулся, Саша уже открыла папку и начала раскладывать документы. В этот момент она выглядела такой сосредоточенной и привычной — той самой Александрой, которую он знал.

— Господин Орлов, вам звонит Туполев. Говорит, что это срочно. Соединить? — раздался в селекторе слегка взволнованный голос Ольги.

Бросив взгляд на часы, мужчина коротко кивнул, будто отвечая самому себе:

— Да, соединяйте, — сказал Орлов, вставая со своего места и направляясь к панорамному окну.

Александра, сидевшая у стола с папками, мгновенно поняла: разговор будет важным. Она аккуратно сложила бумаги, уже намереваясь бесшумно выйти из кабинета, как тёплая рука шефа мягко легла ей на плечо.

— Александра, останьтесь, — тихо произнёс Орлов и, повернувшись к селектору, добавил уже громче: — Михаил Дмитриевич, добрый день. Чем обязан?

Несколько минут Орлов вёл деловой разговор с Туполевым — его лицо становилось всё более задумчивым, брови слегка сдвигались к переносице. Он изредка кивал, что-то записывал в блокнот, пару раз произнёс короткое «понятно». Наконец, отложив трубку, он медленно вернулся к столу, опустился в кресло и провёл рукой по лицу.

Алекс подняла на него вопросительный взгляд — её глаза, обычно спокойные и сосредоточенные, сейчас выражали явное любопытство. Сергей вздохнул, откинулся на спинку кресла и, слегка улыбнувшись, сказал:

— Завтра приезжает мой деловой партнёр из Финляндии. Старый знакомый, между прочим. А у меня всё та же проблема, — он усмехнулся с ноткой досады. — Переводчика с финского нет. Чёрт побери! Я никогда не приглашаю людей со стороны, предпочитая, чтобы в штате были свои переводчики. Но рынок расширяется — мы выходим в Европу и Азию, а специалистов, способных быть посредниками в переговорах, катастрофически не хватает. Вот опять придётся искать такого человека в срочном порядке…

— А если не придётся искать? — неожиданно произнесла Саша, и в её голосе прозвучала лёгкая игривость.

Орлов удивлённо поднял брови и внимательно посмотрел на неё:

— В каком смысле? — переспросил он. — У нас в компании никто финского не знает. Я ещё могу кое-как изъясняться на ломаном английском. Остальные, думаю, тоже дальше этого не пошли. Вы же, насколько я помню, специализируетесь на китайском?

— Сразу видно, Сергей Викторович, что вы не читали моё резюме внимательно, — засмеялась Алекс, и её лицо озарилось тёплой улыбкой. Орлов невольно улыбнулся в ответ, отметив, как преобразилась девушка — в глазах заиграли озорные искорки, а на щеках появился лёгкий румянец.

— И что же в этом резюме? Неужели вы знаете финский? — в голосе Орлова звучало неподдельное удивление.

— И не только финский, — с гордостью заявила Саша. — Ещё английский, немецкий и итальянский. Всего пять языков вместе с китайским и финским. Я начала изучать их ещё в университете — сначала из интереса, потом это стало настоящей страстью.

Орлов откинулся на спинку кресла, внимательно разглядывая Александру. В его глазах читалось восхищение и облегчение.

— Пять языков… — медленно повторил он. — Александра, вы только что спасли меня от мучительных поисков и кучи головной боли. Скажите честно — вы ангел-хранитель, случайно попавший в наш отдел?

Саша рассмеялась, слегка смутившись:

— Просто стараюсь быть полезной, Сергей Викторович.

— Что ж, — Орлов хлопнул ладонью по столу, — тогда завтра вы летите со мной в аэропорт встречать господина Виртанена. Подготовьте все необходимые материалы к девяти утра. И… спасибо. Это действительно очень кстати.

Алекс вышла из кабинета начальника, тихо прикрыв за собой дверь. Сергей ещё долго стоял у стола, не отрывая взгляда от этой самой двери — словно надеялся, что она вот-вот откроется снова и Саша вернётся.

'Такое ощущение, что она меня испытывает, — размышлял Сергей. — Будто разыгрывает какую-то партию по своим правилам, а я даже не понимаю её ходов. Неужели она совсем на меня не злится? Не обижается? Неужели ей не хочется накричать на меня, высказать всё, что накипело, может, даже ударить — пусть символически, но хоть как-то проявить эмоции?

Вот тогда бы я знал, что мне делать. Злость — это понятно. Обида — тоже. С этим можно работать, можно извиниться, объяснить, договориться. Но это её спокойствие… Оно выбивает из колеи. Она улыбается, шутит, предлагает помощь — и всё это так искренне, что становится ещё тревожнее.

Неужели она настолько ко мне безразлична, что даже отрицательные эмоции не может ко мне испытывать? Или, может, наоборот, всё гораздо сложнее? Может, она держит всё в себе, копит, а потом это рванет так, что я не успею среагировать?

А может, я просто слишком много думаю? Может, она действительно просто хороший человек, профессионал, который умеет отделять личное от работы? Но почему тогда у меня такое чувство, будто я что-то упустил? Будто между нами висит какой-то невысказанный разговор, который я обязан начать, но не знаю, с чего…'

Сергей откинулся на спинку кресла, закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Перед внутренним взором всплыло лицо Александры — её лёгкая улыбка, внимательный взгляд, тот момент, когда она сказала про пять языков. В тот миг в её глазах не было ни тени обиды, ни намёка на скрытую злость — только искренняя готовность помочь.

«Или мне просто хочется так думать?» — мелькнула последняя мысль.

Он открыл глаза, посмотрел на стопку документов на столе и решительно потянулся за телефоном.

* * *

Несколько часов подряд Александра кропотливо работала над документами, которые предоставил помощник господина Виртанена. Она расположилась в небольшом переговорном кабинете: на столе перед ней выстроились стопки бумаг, словари на четырёх языках, блокнот с пометками и чашка уже остывшего кофе.

Сначала Александра сделала тщательный перевод — выверяла каждый термин, сверялась с отраслевыми стандартами, уточняла нюансы юридической лексики. Затем поработала над деталями: перечитала текст ещё раз, исправила стилистические шероховатости, добавила несколько уточняющих формулировок и внесла небольшие правки в структуру документа. Она хотела, чтобы завтра, во время переговоров, всё прошло гладко — чтобы ни одна формулировка не вызвала вопросов, а каждая деталь работала на успех сделки.

Василий Васильевич, начальник отдела международных переговоров, буквально порхал вокруг девушки. Он то