Клуб гениальных психопатов. Странности и причуды великих и знаменитых - Марк Ильич Котлярский

только в стремлении к новым и разнообразным впечатлениям, но и в повышенном уровне риска и внимания к собственным потребностям в сексуальной сфере. Здесь ключевое слово – потребности! Удовлетворяя их, сколь бы высокими они ни были, получив необходимую психическую разрядку, творцы вновь возвращаются к процессу творчества.

Нейробиолог Нэн Уайз, более 30 лет посвятившая сексологии, считает, что целомудрие, в теории, может повысить креативность, но только если человек в это верит. Оно также способно навредить творчеству, если фрустрирует человека.

Попробуйте разбудить свой гений, что сработает у вас – воздержание или эротические эксперименты?

Не бойтесь быть неидеальными!

Другое дело, когда мы говорим о воздержании не как о сублимации, а опускаемся на уровень болезненных проявлений – страха сексуальной близости, избегания близких отношений как таковых. Причин его возникновения может быть несколько. И здесь важно разбираться в личной истории каждого гения.

Одаренные люди обладают повышенной чувствительностью и восприимчивостью к окружающему миру. Это может делать их более уязвимыми к эмоциональным болям и разочарованиям, которые часто сопровождают близкие отношения и сексуальный контакт.

Некоторые из гениев боялись, что близкие отношения отнимут у них самое ценное – внутреннюю свободу и время, без которых невозможно творчество. Их уникальный угол зрения на мир нередко делал их чужими среди своих – а мысль по-настоящему открыться другому человеку казалась почти опасной: вдруг не поймут, отвергнут, исказят?

К этому добавляется извечный спутник таланта – перфекционизм. Он проявляется не только в искусстве, но и в попытках выстроить идеальную близость: без слабостей, сбоев и несовершенства. А значит – почти недостижимую. Ведь настоящее сближение всегда подразумевает хаос, открытость и смелость быть уязвимым. А это самое трудное для тех, кто привык быть безупречным. Хотя бы снаружи.

Победите эротофобию, и вы откроете для себя новый мир!

Конечно, за всем этим стоят личные травмы и негативный опыт, что делает гениев очень даже людьми и сближает с нами, обыкновенными homo sapiens, кому более чем понятны все перечисленные страхи. Дело в степени их проявления. В 1970-х годах ввели термин «эротофобия» и описали одноименное психоневротическое расстройство. Это иррациональный неконтролируемый страх не только полового акта, но и всего, что включает романтический подтекст. Конечно, некоторый трепет и даже страх в ожидании первого интимного контакта с новым партнером испытывают почти все. Это нормально. Мы говорим, что есть другая, более тяжелая форма, заставляющая людей либо совсем отказываться от сексуальных отношений, либо вступать в них, но с большим напряжением. И это повод обратиться к специалисту, ведь любые фобии – решетка, не позволяющая познать полноценность жизни и наслаждаться ею в полной мере.

А наслаждение жизнью – это то, к чему стремится каждый человек, невзирая на то, гений он или пока еще нет!

Хочу жениться. Когда пришло время узаконить отношения

В какой-то момент простого влечения становится мало. Секс – уже не цель, а средство, страсть становится приторной. Хочется большего: не просто удовольствия, но смысла. Внутри начинает жечь потребность в союзе, который не просто разделен на двоих, а признан другими – семьей, улицей, государством, историей. Хочется, чтобы кто-то сказал: «Ты выйдешь за меня? Это – да, это настоящее. Мы созданы друг для друга».

Так рождается желание брака.

Брак – это не секс. Это надежда на оправдание секса, на легализацию желания. Это форма упрочить чувства, навечно зацементировать любовь.

Даже гениальные – одинокие, измученные, вечно занятые сами собой и своими идеями, – однажды хотели не просто страсти, а союза. Некоторые регистрировали брак из интереса, другие – из слабости, третьи – из любви, похожей на зависимость. И пусть у них было достаточно власти, чтобы игнорировать общественные правила, – они все равно хотели быть «как все», только по-своему.

Переходим к тем, кто перестал убегать – и решился жениться. Или хотя бы попытался.

Жена как военный трофей

Петр I будущую императрицу Екатерину I конфисковал у Александра Меншикова после взятия Нарвы как обычный военный трофей.

Предал страну ради молодой жены

Первой женой маршала Иосипа Броз Тито[32] была русская крестьянка Пелагея Белоусова, второй – немка Люция Бауэр. Обе, кстати, проживали на территории СССР и были позднее репрессированы. Тито, похоже, об этом не жалел – у него уже появились две новые гражданские жены – Герта Хас и фронтовая подруга Даворианка Паунович (партийная кличка Зденка). После войны Тито женился в последний раз, на Иованке Будисавлевич, которая была моложе его на 32 года. Александр Ранкович, создатель югославских спецслужб, предупреждал, что Иованка, кажется, работает на советскую разведку, но любвеобильный маршал предпочел расстаться со старым другом, а не с молодой женой.

Был мужем 700 жен

Август Второй, курфюрст[33] саксонский и король польский, известен тем, что был счастливым мужем 700 жен и отцом 354 детей. По описанию придворных историков, Август Второй за одну ночь посещал до 5 жен. А днем поражал подданных проявлением физической силы: легко ломал подковы, расплющивал в руках кубки и тарелки, пальцами, будто бумагу, свертывал местные монеты – прусские талеры.

Иван Грозный мечтал об английской принцессе

За всю жизнь имел 8 жен. Если Грозный не горел огнем очередной страсти, то дела государственные приходили в запустение! Последней сердечной мечтой Иоанна Грозного была женитьба на английской принцессе. Часто по вечерам, прикованный болезнью к постели, он рассматривал ее портрет. Однако смерть не дала осуществиться этой мечте.

Был убит в первую брачную ночь!

Аттила, по преданию, был убит в брачную ночь женой, которая отомстила таким образом за порабощение своего народа.

Белый лебедь, белый пух, не влюбляйся сразу в двух!

«Двойным жениховством» прославился Фридрих Шиллер, который одновременно пытался изъясняться в любви двум женщинам. Достаточно для этого открыть соответствующий том собрания сочинений и прочитать: «Лотте фон Ленгефельд и Каролине фон Бейльвиц». Далее идет дата – сентябрь 1789 года, а затем нижеследующий текст:

«О, моя дорогая Каролина, моя дорогая Лотта! Как по-иному стало все вокруг меня с тех пор, как на каждом шагу моей жизни я встречаю только ваш образ! Вокруг меня сияет ваша любовь, она как прекрасный аромат проникает всю природу».

Руку и сердце, однако, драматург мог предложить только одной. Ею стала Лотта. Но отсюда вовсе не следует, что автор «Коварства и любви» собирался расстаться с другой. И снова читаем: «Ах, какие часы райского блаженства предстоят нам, когда мы будем жить вместе, дорогие, любимые мои!» Лично он ничуть не сомневался в этом, да и как может быть иначе, коли в душе у него, по