Товарищ Песня. Музыка Страны Советов - Сергей Цветаев

Появление Пахмутовой и Добронравова в нашей истории – абсолютное проявление той самой неостановимой силы, яростного сопротивления всех, в единое целое объединённых веками бед и побед, этносов. Сопротивления чему? Безумному и схоластическому полумиру, тому – за пределами нашего Отечества.

Такое есть устойчивое понятие – творческий союз.

Штамп из прошлого? Нет.

Союз – как невозможность быть не вместе, как предопределённая данность стоять на своём, оставаясь единым целым, даже если… Даже если – всё. И больше – ничего.

Светит незнакомая звезда…

Только этого одного достаточно, чтобы ощутить внутри тот самый компас небесный, тот вечный свет звёзд – они ведут нас. Сквозь тьму неизвестности, сквозь войны и потрясения.

Кому посвящены слова? Космонавтам. Лётчикам. Людям военных профессий.

Кто их поёт? Да всё Отечество и поёт. Выходит – понимаем, где настоящее, а где… Выходит – знаем, кто герои, а кто…

Так же падает листва в садах,

И куда-то всё спешат такси…

Третьего мая 1967-го Пахмутова и Добронравов были в гостях у лётчика-испытателя Георгия Мосолова, отмечали его день рождения. Мосолову позвонил Гагарин, поздравил, поговорили немного о всяком, потом Юрий Алексеевич попросил позвать к телефону Пахмутову: «Алечка, я хочу сказать, что Володя Комаров перед полётом просил передать вам с Колей благодарность за песню „Нежность“».

Помолчали. Понимая всё без слов. Комаров погиб девятью днями раньше – отказала парашютная система, спускаемый аппарат рухнул на землю.

Только пусто на Земле одной

Без тебя, а ты,

Ты летишь, и тебе

Дарят звёзды

Свою нежность…

Их бесчисленные награды, и Пахмутовой с Добронравовым, и Гагарина с Комаровым, и всех тех, кто в потоке неостановимой силы создавал и строил несокрушимое Отечество – не имеют значения. Понимаете? Они все, как и их иконостасы на груди, давно растворены в вечности. Они сделали, что могли. Соединили мечту и быль, ноты и текст. Они давно прошли свой путь, и только мы всё ещё живём в свете немыслимых, невозможных ныне людей-звёзд…

А сами? А когда сами?

Слышал я слова правильные,

Всё искал пути праведные…

Жесточайшая схватка. За умы. За всё ещё не потерянные поколения.

Время противостояния. Противостояния даже и не света тьме – нет, сам замысел Жизни противостоит бессмысленности саморазрушения.

Нам пора понять и принять – их нет. Тех, кто озаряет дни наши и наш путь – их попросту нет. И Пахмутова с Добронравовым, как истинное мерило вкуса и духовной ценности, тоже в ослепительном прошлом. Хотя они и сейчас делают больше чем невозможное: соединяют воочию воинства земные и небесные – сил и успехов им.

А мы? А что мы? Нам ведь тоже надо оставить компас. Тем, кто придёт за нами вослед.

Надо только выучиться ждать,

Надо быть спокойным и упрямым…

Пахмутова на своих концертах, упрямо и явно вопреки «официальному целеполаганию», поёт (вместе с детским хором) «Бездомную песенку» – да, прямо так и называется.

Пускай где-то светит солнышко,

Нам выпало жить во тьме.

Мы бездомные, беспризорные,

Чужие в своей стране.

Вы бы видели лица людей в зале. В первых рядах… Камеры, пусть и нехотя, выхватывают. Но, братики и сестрички, это не компас. И даже если это он, то куда по нему можно прийти?

Сколько смыслов.

Как страшно в этой заброшенной, заросшей лесом библиотеке.

Течёт с потолка. В сырости горы размокших книг – захочешь, не сожжёшь.

А мы всё не можем избавиться от «тяжкого наследия», всё крутим в голове ТЕ песни и стихи, те тексты, высеченные в граните.

Тошный морок обуял нас. Мы будто раздвоились, растроились. Ведь вот дорога и известно куда идти, а мы всё топчемся, топчемся, сами себе натаптываем яму по пояс. Сколько ещё нужно нам времени? Сколько ещё должно уйти тех, кто самим фактом своего бытия освещает нам путь? Сколько ещё надо повторить «Королёв», «Гагарин», «Пахмутова», «Добронравов» – чтобы перемкнуло схемы, чтобы выгорело уже дотла, и в чистой и пустой коробке можно было бы наконец-то по новой начать монтаж?..

«Буран» догорел.

«Мрия» догорела.

Что ещё нужно?

Ленточка моя финишная,

Всё пройдёт, и ты примешь меня.

Примешь ты меня нынешнего…

Нам не жить друг без друга…

Знаете, на кого мы похожи? На Кандида из «Улитки на склоне» – не расшибленным до конца бессознательным помним судорожно о небе. Помним – летали, помним – были с крыльями. И даже скальпель уже в руке. Так хватит топтаться. Ничего не высеять, не взрастить нам в скороспелом лесу «Улитки» – надо из него выйти. Одолеть мертвяков – и в самих себе, и в культуре. Понять сообразно пророчествам Стругацких: вот сейчас мы, каждый из нас – тот малый камешек в адовых жерновах, что только и способен их остановить.

Что только и способен их остановить…

Да разве этого мало?

Разве ради такого не стоит проснуться, вынырнуть из дурмана – и жить?

В небе незнакомая звезда

Светит, словно памятник надежде…

Другого времени не будет – да и не бывает их, других времён. Мы сами себе должны стать и Пахмутовыми, и Добронравовыми, и Гагариными, и Королёвыми. И Комаровыми. Потому что – каждому своя судьба, и бывает по-разному.

Зато компас оставим идущим за нами – исправный.

И свет – им очень нужен будет свет. Свет людей-звёзд – нас с вами.

Понимаете? Такой исторический отрезок. Так нам выпало.

Нам не жить друг без друга…

Нам не жить друг без друга…

Забота у нас простая

Вряд ли в далёком 1958-м кто-то из авторов музыки к фильму «По ту сторону» думал о славе. О том, что напишут они песню на все времена, что жить она будет долго, накрепко свяжет несколько поколений и отпечатается в сознании миллионов людей как призыв к подвигу – и ради друга, и ради любимой, и ради Родины.

Пахмутовой было двадцать восемь. Ошанину сорок шесть. Она родом из Сталинграда. Он из Рыбинска. Она в тринадцать лет уже играла в госпиталях нашим раненым бойцам – играла на аккордеоне, который был с половину её ростом.