Осколок тайны - Кир Злой

Дальт вдруг тяжело вздохнул и потер виски. На мгновение он показался очень уставшим стариком, на плечи которого давит слишком много опасных тайн.

— Нет.

Старый маг обошел стол и остановился вплотную к своему подчиненному.

— Я знаю, кто этот студент, Хант. И я прекрасно знаю, зачем он здесь находится. А вот тебе этого знать не положено.

Наставник удивленно моргнул, но ректор продолжил тем же тяжелым, размеренным тоном.

— Забудь о Кае. Твое дело — тренировать антимагические команды и выяснить причину миграции болотных тварей. К вопросу об этом кадете мы больше не возвращаемся.

Хант мгновенно взял себя в руки, принимая прежнюю бесстрастную выправку.

— Да, ректор Дальт. Я вас понял.

* * *

Вся следующая неделя для нашего класса прошла под одним негласным девизом. Никогда больше не попадать на болотный марш.

Мы слишком хорошо помнили запредельную усталость, пронизывающий до костей холод и грязь, покрывавшую нас с ног до головы. И эти воспоминания работали лучше любых уговоров наставников. На лекциях и тренировках наш класс показывал запредельное усердие.

В пятницу на рейтинговой доске обновились данные по классам. Наш А-7 совершил рывок и занял вторую строчку, уверенно обогнав А-5. Впереди нас оставались только непревзойденные лидеры из А-1. Стоявшие там же студенты этого класса бросали на нас раздраженные взгляды и тихо перешептывались между собой. Лучшим ученикам потока явно не понравилось, что недавние штрафники, которых буквально несколько дней назад макали лицом в грязь, теперь дышат им в затылок и всерьез угрожают сместить с вершины рейтинга. Но нас их недовольство сейчас мало волновало. После испытаний в ледяной трясине недовольные взгляды и перешептывания казались сущим пустяком.

В то же время внутри нашей группы произошли закономерные изменения. Айлетт окончательно перехватила лидерство у аристократов. А когда Валериан по привычке попытался отдать приказ на совместной тренировке, девушка даже не стала повышать голос.

— Твое право командовать осталось в болотной яме, Валериан, — ледяным тоном отрезала Айлетт. — Встань в строй.

И что самое удивительное, остальные мажоры молчаливо приняли ее сторону. Валериан скрипнул зубами, но отступил.

Новая глава местной элиты сменила тактику. Аристократы полностью прекратили попытки задевать меня или участников моего клуба. Вместо бесполезной вражды они начали усиленно тренироваться, наконец-то переняв практику командной работы. Между нашими половинами установился временный нейтралитет. Воспоминания о недавнем наказании были слишком свежи, чтобы тратить энергию на внутренние склоки.

Ближе к вечеру пятницы Брэн, Майлин, Седрик и я собрались в аудитории нашего клуба. Пришло время заняться рецептами Маркуса. Как только закрылась дверь, я решил обезопасить нас от чужих ушей. Заодно это был отличный шанс применить на практике навык, над которым я упорно бился всю последнюю неделю.

Я сосредоточился на внутреннем источнике. Невидимый купол Сферы тишины плавно развернулся в радиусе трех метров и накрыл нас, надежно отрезая помещение от звуков внешнего мира. Податливая энергия теперь жадно впитывала в себя любые колебания воздуха, не давая им выйти наружу.

Брэн удивленно покрутил головой, прислушиваясь к внезапно наступившей тишине — привычный гул прачечной с технического этажа резко пропал.

— Теперь снаружи никто не услышит, чем мы тут занимаемся, — с довольной улыбкой произнес я, убедившись в стабильности барьера.

— Очень полезный навык, — усмехнулась Майлин. — Рада, что у тебя наконец-то получилось его освоить.

— Я тоже решил перестраховаться и сходил к Селине Шарп, — заявил Седрик, выкладывая на стол пучки сушеных трав и стеклянные колбы.

— Ты показал ей формулы Маркуса? — напряглась Майлин.

— Спокойно. Я сказал, что это старинные записи моих дальних родственников, которые я взял из дома перед отъездом. Селина знает наизусть все медицинские справочники в библиотеке Академии, поэтому я не мог сказать, что просто вычитал это в книгах.

— И что она ответила? — спросил я.

— Она была крайне удивлена. Сказала, что эти рецептуры нестандартные, и их не проходят в программе Академии. Но главное то, что Селина подтвердила их безопасность. Теперь мы смело можем пробовать готовые зелья, не опасаясь отравиться или загреметь в лазарет до конца учебного года.

Услышав эту информацию, мы с повышенным энтузиазмом перешли к делу. Разводить настоящий огонь в нашей глухой комнатушке без окон было бы чистым безумием, поэтому Седрик заранее раздобыл горсть магических нагревательных камней. Они выдавали плотный, контролируемый жар без единой струйки дыма, что делало их незаменимым инструментом для использования в закрытых помещениях. Аккуратно разложив камни под днищами котлов, мы активировали их.

К самому процессу варки Седрик нас ожидаемо не подпустил. Из всей нашей группы именно он проявлял наибольший интерес и талант к целительству. Он гораздо лучше нас разбирался в свойствах редких трав и температурных режимах, поэтому мы единогласно доверили ему руководство процессом.

Мы выполняли роль помощников. Я подавал стеклянные палочки для размешивания, Майлин отмеряла чистую воду специальными колбами, а Брэн дробил твердые коренья в ступке. Седрик же контролировал процесс приготовления и параллельно травил нам байки, как он любил.

— Мой дед рассказывал, — весело болтал наш друг, засыпая щепотку синего порошка в первый котел. — Один неопытный деревенский лекарь перепутал корень сонной травы с дурман-цветом. Хотел сварить успокоительное для капризного лорда, а в итоге заставил всю его свиту гоняться за воображаемыми розовыми свиньями по двору целые сутки. Так что точные пропорции — это залог того, что мы проснемся с ясной головой.

Так, шаг за шагом, сырые ингредиенты превращались в три совершенно разных зелья. Первое получилось густым и темным, второе отдавало морозной синевой, а третье напоминало крепкий чай с пряностями.

Горячие жидкости нельзя было сразу разливать по флаконам, иначе тонкое стекло могло лопнуть от резкого перепада температур. Но ждать естественного остывания мы, разумеется, не стали.

— Моя очередь, — сказал я, подходя к столу. — Но один я не справлюсь, мой предел сейчас — понизить температуру на примерно пятьдесят градусов. Так что готовьтесь продолжить после меня.

Касаться раскаленного чугуна голыми руками был верный способ получить ожог кожи. Поэтому я сначала сконцентрировал ману на поверхности ладоней, превращая ее в тепловой буфер, и только затем плотно прижал руки к горячему боку первого котла.

Навык контроля температуры второй ступени сработал надежно, но не мгновенно. Мне потребовалась почти минута предельной сосредоточенности, чтобы сбросить температуру на полсотни градусов. Варево внутри перестало булькать, но все еще густо парило. Я повторил ту же