Генеральный Попаданец 8 - Ал Коруд

массово строить холодильные установки как для железной дороги, так и для автомобилей. Как раз после торжественного открытия насосной станции Машерова повезут на новый завод рефрижераторов, которые собирают на базе тягачей «Онега» (бывшего «Вольво»). Всё это вместе позволяет перевозить свежие фрукты в промышленные регионы РСФСР без лишних потерь. Чем особо гордятся узбекские товарищи. Хотя ещё большая гордость их переполняет тот факт, что объёмы союзных субсидий из Москвы на развитие республики сократились до относительно малых размеров.

Приятно ощущать себя полноценной республикой, которая тащит соседей вперёд. Ещё Леонид Ильич подметил эту черту в характере восточных партийных работников и передал свой наработанный опыт преемнику. Дай человеку реализоваться, и он будет тебе благодарен по гроб жизни. Сейчас никто не упрекнёт первых лиц в нахлебничестве, а ведь такое случалось ранее. Даже в Политбюро тыкали пальцем, забыв о пролетарском интернационализме. Машеров и сам помнил, каких трудов ему стоил рост в Белоруссии. Зато сейчас в России воочию видели на своих столах сезонное азиатское изобилие, на полках магазинов круглый год лежала консервация из фруктов и овощей, постоянно имелись в доступе витаминные соки. Узбекистан же стал зачинателем масштабного внутреннего туризма. Активно реставрировали старинные кварталы Самарканда, Бухары, Ургенча, строили новые гостиницы и развлекательные центры. Советские граждане из европейской части Союза с удовольствием знакомились с местными древностями, которые отлично заходили под сладчайшие дыни и персики. Под местный коньячок.

Нынешний же проект корнями уходил в замыслы товарища Сталина, основывавшиеся на вполне научных планах дореволюционных учёных. Великое преобразование природы — это разработанная в 1947–1948 годах по их следам программа мелиорации сельскохозяйственных земель в степных и лесостепных зонах европейской части СССР. Вопрос перезревший и очень старый. В дореволюционной России засуха являлась регулярным бедствием, определявшим циклы неурожаев и голода. Анализ статистических данных показывает, что в XVIII столетии засушливыми оказались 34 года, а в XIX — 40 лет. То есть один засушливый год приходился на каждые три-четыре обычных. Мелкие крестьянские хозяйства, лишённые технической базы и какой-либо государственной поддержки, оказывались беззащитными перед климатическими аномалиями рубежа XIX–XX веков. Как безжалостно свидетельствуют документы, суховеи, проникавшие из пустынь в лесостепную зону, регулярно захватывали чернозёмные области, Поволжье, юг Украины и Приуралье, оставляя население на грани выживания. Хозяйство помещиков, обладавших большими ресурсами, в теории могло бы лучше противостоять стихии, однако всё, как всегда, упиралось в прибыль.

Уже в сложной обстановке 1918 года СНК ассигновал 50 миллионов рублей на орошение в Советском Туркестане. В. И. Ленин в 1921 году писал, что орошение более всего необходимо для возрождения края и укрепления перехода к социализму. Машеров сейчас лучше понимал тонкий политический ход первого Ильича, который привлекал сельскую бедноту на сторону советской власти. Местные баи ничего подобного предложить никогда не могли.

За период с 1924 по 1942 год на мелиоративные работы израсходовали около 6 миллиардов рублей, тогда как за полвека до революции — лишь 100 миллионов. Создали крупные оросительные системы в Средней Азии, Закавказье, Поволжье и южной Сибири. В 1939 году построили Большой Ферганский канал имени Сталина протяжённостью 370 километров. К 1941 году площадь полезащитных лесонасаждений достигла 850 тысяч гектаров, а валовой сбор зерна в 1950 году составил 7,6 миллиарда пудов против 4–5 миллиардов в дореволюционной России. Эти меры создали материальную базу для последующего осуществления грандиозного плана преобразования природы, основанного на комплексном воздействии на климат и почвы засушливых территорий.

В советской науке первой половины XX века сформировалось довольно точное представление о возможности направленного изменения климата засушливых территорий. Исследователи исходили из того, что климат не является неизменной данностью, а может улучшиться путём преобразования подстилающей поверхности — почвы, растительности, водного режима. То есть учёные не боялись вторгаться в святые чертоги «природы». Это являлась общая тенденция того времени, а не только мечты советских новаторов. Теоретической основой такого подхода стали труды метеорологов, почвоведов и биологов, объединённых задачей преодоления засухи. К примеру, климатолог Воейков обосновал тезис о том, что речная вода не должна бесполезно сбрасываться в океан, а обязана «совершить полезную для человека работу». Шутки шутками, но он вполне здраво настаивал на широком использовании речных вод для орошения и на обсадке водоёмов древесной растительностью.

Он полагал, что вода, испаряясь с поверхности почвы и пройдя через растительный организм, увлажняет воздух и тем самым влияет на режим осадков. Именно он сформулировал принцип климатической роли орошаемого земледелия там, где в будущем поднимут ту самую целину. В пару ему почвовед В. В. Докучаев разработал целостный план преобразования природы степей, направленный на регулирование водного и климатического режимов. План включал регулирование стока малых и больших рек, создание прудов в балках и оврагах с их обязательным облесением, устройство лесных полос на водоразделах, закрепление песков лесонасаждениями. Докучаев рассматривал эти меры не как разрозненные технические приёмы, а как единую систему, призванную изменить гидрологические и климатические условия обширных территорий.

Однако существовали и противники такой стратегии. К примеру, исследования учёного Измаильского подтвердили опасность прогрессирующего иссушения степей при хищническом земледелии. Он доказал, что помещичье хозяйство ведёт к обмелению рек и разрушению почвенной структуры. Для предотвращения превращения степей в пустыню Измаильский предложил общегосударственный комплекс мер: создание искусственных водоёмов, накопление снега, ослабление поверхностного стока, насаждение древесных полос для увеличения запасов грунтовых вод. Наконец, агробиолог В. Р. Вильямс придал этим идеям законченную форму в учении о травопольной системе земледелия. Он доказал, что для сохранения влаги в почвах и грунтах водоразделов необходимо введение правильных севооборотов с многолетними травами. Травы, создавая водопрочную структуру почвы, уменьшают поверхностный сток и увеличивают впитывание осадков. В сочетании с полезащитными лесными полосами и облесением водоёмов эта система, по мысли Вильямса, способна коренным образом улучшить водный режим засушливых областей.

В работах советских учёных также подчёркивалось, что преобразование природы требует комплексного подхода. Ботаники и почвоведы исследовали способы закрепления песков и мелиорации солончаков, разрабатывая приёмы создания устойчивого растительного покрова в пустыне. Мичуринская биология предложила методы выведения засухоустойчивых и солевыносливых сортов растений, способных эффективно использовать орошаемые земли. Сталинский план преобразования природы по итогу синтезировал эти научные разработки в единую программу действий. План предусматривал не только строительство гигантских гидроэлектростанций и каналов, но и создание системы государственных лесных полос протяжённостью более пяти тысяч километров, полезащитных лесонасаждений на миллионах гектаров и закрепление подвижных песков. Лесные полосы должны ослабить силу суховеев, задерживать снег на полях и способствовать накоплению влаги.

Ожидалось, что орошение и обводнение на площади до 28 миллионов гектаров окажут громадное влияние на физико-географические условия Европы и