100 великих врачей и подвижников медицины - Полина Ребенина

– У вас, видимо, дров нет?

– Да, да! Дров – нет.

Он пошутил:

– Говорят: теперь не дома отапливаются печами, а печи домами? Но деревянных домов тут близко нет. Дров давайте. Если можно.

Продукты я получаю из Дома ученых. Удвоить паек? Нет, нет! Давайте, как всем, не больше.

Требуя помощи его научной работе, от помощи персонально ему он решительно отказался».

Надо сказать, что в лаборатории И.П. Павлова проходили стажировку многие известные ученые из западных стран. Американский клиницист Джон Харви Келлог вспоминал: «Знакомясь с работой в павловской лаборатории, я особенно отметил исключительно деликатную и тщательную технику оперирования. Животные подготовлялись с тем же большим вниманием к стерилизации, как будто это были люди. Поистине, в европейских клиниках, которые мне довелось посещать, я не наблюдал столько предупредительных мер при операциях человеческих желудков. Эта утонченная техника является, без сомнения, главным условием успеха работы Павлова и представляла собой новое направление в экспериментах над животными».

В 1928 году Павлов читал лекцию в Кембриджском университете перед переполненной аудиторией студентов. Британский физиолог Джозеф Баркрофт вспоминал о его выступлении в Кембридже: «На больших торжествах, куда все другие ученые являлись украшенными всеми атрибутами внешности, во всеоружии своего положения, Павлов, из них всех самый великий, выступал в простом одеянии из грубого синего сукна и возвысил этот костюм до мундира, затмившего своим достоинством все остальные. Он имел выправку военного, был несколько худощав, но энергия в нем била ключом: он являлся олицетворением благородства и сердечной доброты… Было установлено, что Павлов будет говорить по-русски полминуты, а затем д-р Г.В. Анреп переведет сказанное. После примерно трех таких циклов Павлов так увлекся своей темой, что совершенно позабыл о том, что аудитория его не понимает. Он продолжал говорить, вероятно, минут пять, затем опомнился. Он свел руки вместе и расхохотался, вся аудитория вслед за ним покатывалась со смеху. Павлов полностью завладел студенческими сердцами».

И.П. Павлов отрицательно относился к октябрьской революции и этого не скрывал. Вот отрывок из письма академика И.П. Павлова В. Молотову, председателю советского правительства (21 декабря 1934 года):

«Революция застала меня почти в 70 лет. А в меня засело как-то твердое убеждение, что срок дельной человеческой жизни именно 70 лет. И потому я смело и открыто критиковал революцию. Я говорил себе: “Черт с ними! Пусть расстреляют. Все равно, жизнь кончена, а я сделаю то, что требовало от меня мое достоинство”…

Вы напрасно верите в мировую пролетарскую революцию. Я не могу без улыбки смотреть на плакаты: “Да здравствует мировая социалистическая революция, да здравствует мировой октябрь”. Вы сеете по культурному миру не революцию, а с огромным успехом фашизм. До Вашей революции фашизма не было…

Мы жили и живем под неослабевающим режимом террора и насилия. Если бы нашу обывательскую действительность воспроизвести целиком, без пропусков, со всеми ежедневными подробностями – это была бы ужасающая картина, потрясающее впечатление от которой на настоящих людей едва ли бы значительно смягчилось, если рядом с ней поставить и другую нашу картину с чудесно как бы вновь вырастающими городами, днепростроями, гигантами-заводами и безчисленными учеными и учебными заведениями…

Когда я встречаюсь с новыми случаями из отрицательной полосы нашей жизни (а их легион), я терзаюсь ядовитым укором, что оставался и остаюсь среди ней. Не один же я так чувствую и думаю?! Пощадите же родину и нас».

Зимой 1936 года академик заболел, простуда перешла в пневмонию. Чувствуя, что умирает, он провел свой последний эксперимент – продиктовал своим ученикам, сидевшим у его постели, все свои ощущения в процессе ухода из жизни. Приходящим посетителям ученики говорили: «Академик Павлов занят – он умирает». Великого физиолога не стало 27 февраля 1936 года.

Дмитрий Оскарович Отт

(1855–1929)

Дмитрий Оскарович Отт известен как пионер в области акушерства и гинекологии, разработавший авторскую операционную методику.

Его прадед, Ионафан Отт, родился в Страсбурге в 1761 году. В конце XVIII века по приглашению Павла I Ионафан, или, как его звали в России, Иван Иванович, вместе с семьей прибыл в Санкт-Петербург и поселился здесь. Отцом Дмитрия был Оскар Федорович Отт, а матерью – Надежда Васильевна Каншина. В их семье было 6 детей. Дмитрий, который был старшим, родился в селе Плохино в 1855 году.

Он с отличием окончил Новгородскую мужскую гимназию и поступил учиться в Императорскую медико-хирургическую академию (сейчас – Военно-медицинская академия имени С.М. Кирова). Дмитрий Отт всерьез увлекся хирургической гинекологией, посещал родильные дома и изучал факторы, которые влияют на рождаемость в разных губерниях.

В 1882 году он поехал на стажировку за границу, чтобы узнать о новых достижениях и поделиться своими наблюдениями с коллегами, но понял, что медицина Российской империи сделала большой шаг вперед по сравнению с Европой. Во Франции, например, даже не знали, что такое «гинекология». «Нигде во Франции еще не было собственных кафедр, и часть гинекологических заболеваний, не требующих хирургического лечения, лечились исключительно хирургом», – вспоминал Дмитрий.

В Германии Отт начал исследование о том, как раствор поваренной соли влияет на восстановление обескровленного организма. Ему предлагали остаться в Европе, чтобы продолжать научную работу, но он в 1884 году вернулся в Россию. Здесь он представил результаты своих экспериментов и защитил по ним докторскую диссертацию. Тогда это открытие помогло ему уберечь женщин от больших потерь крови во время родов и уменьшить статистику смертности. Практическое значение этого исследования даже для современной трансфузиологии огромно.

В 1893 году Отт был назначен директором Императорского клинического повивального акушерско-гинекологического института. Параллельно с этим, с 1899 до 1906 года, Д.О. Отт был директором Женского медицинского института в Санкт-Петербурге, где смог добиться статуса государственного высшего учебного заведения и равных с мужчинами-врачами прав для его выпускниц.

Д.О. Отт. Фото конца XIX в.

Доктор Отт был одним из тех, кто помогал императрице Александре Федоровне в первых родах, в качестве помощника лейб-акушера Эдуарда Антона Крассовского. Так как роды закончились успешно и, как писал Николай II в дневнике от 3 ноября 1895 года, «все вздохнули спокойно», Отта возвели в статус лейб-акушера при императорском дворе. С тех пор практически каждую беременность Александры Федоровны вел именно он. Вообще, все беременности императрицы протекали тяжело. Аликс, как жену называл Николай II, страдала от воспаления пояснично-крестцового нерва. Поэтому вынашивания детей давались ей сложно и иногда приковывали к инвалидной коляске.

Сначала у Александры Федоровны был выкидыш, потом