Филипп Красивый и его сыновья. Франция в конце XIII — начале XIV века - Шарль-Виктор Ланглуа

и жители Пяти портов мстили друг другу, французский двор и счел своим долгом в декабре 1293 г. начать процедуру, которую всегда использовали капетингские короли, чтобы объявить войну Плантагенетам, своим вассалам: вызов короля Англии как герцога Гиенского в Парижский парламент и в случае неявки — приговор о лишении прав. Эдуард, конечно, приложил усилия, чтобы уладить дело миром; его брат Эдмунд Ланкастер, супруг графини Шампанской (она, как считалось, имела влияние на обеих королев — Марию, вдову Филиппа III, и Жанну, жену Филиппа Красивого), со своей стороны предложил передать людям короля крепости в Гиени, пока расследование не установит виновных. Эта попытка примирения провалилась. Почему? Потому что, — говорят английские историки, — Филипп проявил самое возмутительное лицемерие[71]: он принял предложенные крепости, открывавшие доступ в Гиень, и отдал приказ о вторжении в герцогство. Потому что, — говорят французские историки, — англичане «первыми нарушили соглашения» и потому что новые насилия англо-гасконцев, какие те совершили, уже передав пограничные крепости, оправдывали энергичные меры[72]. Сегодня, похоже, доказано, что, как и полагали английские писатели, Эдмунд Ланкастер в ходе этих предварительных переговоров был нагло обманут.

Завоевание Гиени

Как бы то ни было, французский король организовал захват герцогства: кампанией 1294 г. руководил Рауль де Нель, коннетабль Франции, кампанией 1295 г. — Карл Валуа, возглавлявший «второе и большое войско Гаскони», а в 1296 г. оккупацию большей части страны завершил Робер д'Артуа. В то же время, поскольку можно было предвидеть, что король Англии «сделает вид, будто намерен переправиться сюда», из Средиземного моря доставили корабли, экипажи и флотских плотников.

Планы вторжения в Англию

Мощный флот был тем более необходим, что французы решили напасть на английские порты, а то и захватить Англию. В ноябре 1295 г. Эдуард I писал: «Король Франции, обманным путем отнявший нашу землю Гасконь, теперь хочет предпринять завоевание нашего королевства, уничтожить английский язык...». Эскадра под командованием Матьё де Монморанси высадила десант в Дувре. Некий Томас де Турбевиль был казнен в Англии за попытку передать французам порт на побережье. Бенуа Зашари [Бенедетто Дзаккариа], генуэзец, «адмирал французского короля», в 1297 г. советовал «предать страну [Англию] огню и пламени». В то время спешно создали военно-морской флот.

Союзники обоих противников

Однако Эдуард был не в состоянии всерьез защищать свои континентальные владения. Зимой 1294 г. его действия парализовало восстание валлийцев. В 1295 г. на него напали шотландцы — в том году был подписан первый из бесчисленных союзных договоров, заключенных в Средние века между Францией и Шотландией. Он искал союзников.

«В 1295 г., — пишет автор анонимной «Записки» конца XIII в., — король Англии, говорили, что за фунты стерлингов, заключил союз с государями стран, окружавших королевство, которые все должны были напасть на таковое одновременно, со всех сторон». Он обращался прежде всего к монархам, государства которых, опиравшиеся на Альпы и на Рейн, граничили с Францией на севере, востоке и юго-востоке. Использовали и привлекли на сторону Англии в том числе и короля Германии Адольфа Нассауского, который был небогат.

Этой коалиции правительство Филиппа Красивого, за турские ливры, немедленно противопоставило другую, нейтрализовавшую ее. И поскольку король Англии пожелал нанимать против Франции немцев, это создало ему врагов вплоть до Норвегии: норвежский король, получивший «некоторую сумму денег для начала», пообещал оказать поддержку своим флотом.

Наконец, в начале 1297 г. Эдуард I, который отделался от валлийцев и шотландцев, разбив их, объявил о намерении высадиться в Нидерландах, чтобы дать коалиции, сформированной на его средства, сигнал, которого она, казалось, ждет.

Позиция графа Фландрского

Самым надежным из его союзников (и единственным надежным, не считая графа Барского, его зятя) был Ги де Дампьер, граф Фландрский.

Граф Фландрский, вассал Франции и империи, из-за владений, входивших в состав королевства, находился по отношению к французскому королю в положении, аналогичном положению короля Англии в Гиени: ему приходилось переживать те же неприятности — высокомерные распоряжения, вмешательства и придирки в связи с апелляциями, которые недовольные вассалы без конца направляли верховному сюзерену, и т. д. Лично Ги де Дампьер поддерживал дружеские отношения с Эдуардом с 1292 г.; в августе 1294 г. договорились о браке Филиппины Фландрской с наследником английской короны. Король Франции, узнав об этом плане, вызвал графа в парламент, в Париж; там он настолько подчинил себе последнего, что маленькую Филиппину поместили в Лувр; Ги вернул себе свободу, лишь пообещав не вводить своих детей в семью английского монарха или любого другого врага короля. Правда, Филипп Красивый и граф, по видимости, помирились в январе 1296 г., в период, когда французская дипломатия пыталась рассорить Эдуарда и его германских союзников. Но в 1296 г. король опять повел себя сурово: он ввел во Фландрии пятидесятину для покрытия расходов на войну с Англией; когда люди графа попытались собрать эту подать, города Фландрии предложили, что сами внесут в королевскую казну то, что согласны заплатить, вместо пятидесятины, в форме торговой операции; когда Филипп взял под охрану Гент, Брюгге, Ипр, Лилль и Дуэ, граф был вынужден передать эти пять городов в руки короля и стерпеть, чтобы там поселились королевские «хранители»; когда вспыхнула война между домом Дампьеров и его извечным врагом Жаном д'Авеном, графом Эно, король захватил Валансьен, жители которого из ненависти к Жану д'Авену уже пригласили фламандцев. Доведенный до крайности этими унижениями, как и многими другими, Ги де Дампьер принял отчаянное решение и 2 февраля 1297 г. подписал договор о наступательном и оборонительном союзе с Эдуардом.

Первая кампания Филиппа Красивого во Фландрии

Граф Фландрский был для англичан надежным союзником, потому что, бросая вызов сюзерену, он компрометировал себя; но со своими феодальными контингентами, с дворянами, которые содержали себя за счет имений, и с немецкими, брабантскими, лотарингскими наемниками, каких ему позволяли набрать довольно расстроенные финансы, он был не в состоянии дать отпор королю Франции. Среди его собственных вассалов все, у кого были основания для недовольства им, и особенно патрициат крупных городов, называли себя сторонниками французов, лелиартами (людьми лилий). Он не мог рассчитывать на военные контингенты городов, где в то время верховодила партия лелиартов. Так что к тому времени, когда Эдуард I высадился в Слёйсе, 23 августа, Ги де Дампьер был уже побежден. Кампания 1297 г. во Фландрии стала для французов столь же легкой, как и кампании 1294, 1295 и 1296 гг. в Гаскони. В результате сражения при Вёрне 20 августа, выигранного Робером д'Артуа, капитулировал Лилль. Брюгге, который английский король рассчитывал сделать своей операционной базой, открыл ворота победителям.

Перемирие в Вив-Сен-Бавоне

Так что обоим союзникам, графу и королю, не оставалось ничего лучшего, кроме как запереться в городе Генте,