Филипп Красивый и его сыновья. Франция в конце XIII — начале XIV века - Шарль-Виктор Ланглуа

Чего не хватает в записках Дюбуа, так это разумной оценки очень грозных сил, противостоявших экспансии Франции. Огромная ошибка этого поверхностного писателя заключалась в том, что он верил: чтобы разрешить все проблемы, достаточно «приручить» папу и воспользоваться его влиянием к выгоде короля. Прискорбно, что мы не знакомы со взглядами государственных деятелей того времени так же хорошо, как со взглядами Дюбуа. Хотелось бы знать, лучше ли люди, которым полагалось непосредственно руководить делами, понимали соответствующую ситуацию во Франции и в соседних странах в ту критическую эпоху европейской истории или они так же строили грандиозные прожекты. Конечно, положение Франции тогда было очень выгодным. Казалось, она вот-вот аннексирует огромные куски имперской территории. Но произвести аннексии оказалось не так-то просто, это хорошо показал ход событий, и через четыреста лет Людовик XIV еще вел споры из-за клочков земли, которые некогда присвоил Филипп Красивый.

Здесь невозможно воспроизвести в виде общей таблицы, хронологической и синхронистической, разные партии, какие играло правительство Франции с 1285 г., хоть они и были до некоторой степени связаны. Поэтому придется по отдельности рассматривать игру короля с каждым из главных партнеров — королевствами Юга, Англией и Фландрией, Священной Римской империей.

II. Юг и Восток

Ликвидация арагонских дел

В то время, когда Филипп Красивый вступил на трон, Франция вела войну с Арагоном в интересах Святого престола и итальянских Анжуйцев.

Поскольку все люди, игравшие в Арагонском крестовом походе роли первого плана (Карл Анжуйский, Мартин IV, Филипп III, Педро III), к тому времени уже умерли, здравый смысл диктовал то же, что и личные чувства нового короля (который по матери принадлежал к Арагонскому дому и которого во Франции долго называли «арагонцем»): с этой катастрофической авантюрой надо покончить. Но ликвидация сложных проблем, созданных этим конфликтом, затянулась на десять лет. В это время король Франции имел разрешение от папы на сбор десятины для продолжения войны, которую решил не вести, а его брат Карл Валуа, король Арагона in partibus, получил за счет Анжуйцев почетную компенсацию: чтобы он отказался от нелепых притязаний на корону, ему отдали руку Маргариты, дочери Карла II Анжуйского, принесшей ему в приданое графства Анжу и Мэн. Окончательное примирение по договору в Ананьи произошло только в 1295 г. Королю Майорки, союзнику Филиппа III, арагонцы вернули то, что было отнято у него, еще позже. Долина Валь д'Аран и после 1295 г., так же как до него, осталась предметом споров между Францией и Арагоном; наконец, в 1312 г. комиссары обоих королей передали этот вопрос на арбитраж кардиналу Тускульскому, который вынес решение в пользу Арагона, так что через двадцать семь лет после того, как французы заняли эту долину во время похода 1285 г., она была навсегда возвращена прежним хозяевам.

Отношения с Арагоном после договора в Ананьи

С 1295 г. переписка, которую вели меж собой короли Франции и Арагона, была дружеской, но сдержанной. В 1302 г. Филипп попытался втянуть Арагон в свой конфликт с Бонифацием: «Папа, — передал он королю Хайме II, — всего лишь человек; он смертен; его милость преходяща; он вам не родственник; король же и его люди связаны с вами и вашими людьми кровными узами и союзными отношениями; подумайте также, что папа вполне может напасть на вас, если сумеет восторжествовать над королем Франции в мирских делах». Но Хайме воспринял эти авансы холодно: «Этот скандал между папой и королем нам очень не нравится, — ответил он. — Если папа нам напишет, мы поступим как подобает, ut decebit». В том же году Хайме в свою очередь попытался втянуть Францию в свою войну с Кастилией ради инфантов де ла Серда: «Один только король Арагона может помочь инфантам, и тем не менее соображения, побуждающие его к этому, способны подвигнуть и французов, ведь Французский дом имеет обыкновение защищать справедливость, domus Franciae consuevit justiciam persequi». Но Филипп ответил: он очень подробно знакомил арагонского короля с тем, что думает по этому поводу, но так ничего ему и не втолковал. После 1302 г. появлялись планы заключения браков, планы встреч между королями, в связи с которыми было пролито немало чернил в канцеляриях Франции и Арагона, но задуманное не осуществилось.

Отношения с другими пиренейскими королевствами

Остальные три пиренейских королевства тоже не создавали хлопот последним Капетингам по прямой линии. Королева Жанна, жена Филиппа Красивого, оставила свою корону Наварры сыновьям, которые соответственно титуловались «королями Франции и Наварры». Не имеющий политического веса король Майорки и Руссильона, сеньор Монпелье, со времен Филиппа III был сателлитом Франции, хотя посягательства французов на его город Монпелье нередко давали ему повод для жалоб. Наконец, французский двор делал выгодные предложения дону Санчо Узурпатору, воцарившемуся в Кастилии в ущерб инфантам де ла Серда, пока не был заключен мир с Арагоном. А инфантам Филипп неизменно отказывался помогать; он довольствовался тем, что держал на службе их сторонников, бежавших из Кастилии, — в начале XIV в. во французских армиях было очень много кастильских наемников, как и наваррских: именно тогда сформировался тот поток, который полтора века будет выбрасывать во Францию множество испанских головорезов вроде Родриго де Вильяндрандо, лютых швейцарцев, служивших королям из династии Валуа.

Отношения с Италией

В Италии общий мир 1295 г. не принес, как надеялись, Анжуйцам спокойствия. Правда, король Арагона отказался от Сицилии; но Арагонцы, обосновавшиеся на Сицилии после Сицилийской вечерни, провозгласили независимость острова без его согласия. Таким образом, продолжилась война между неаполитанскими Анжуйцами, примирившимися с Арагоном, и сицилийскими Арагонцами. Бонифаций VIII, заклятый противник арагонских притязаний, с привычным пылом ринулся в эту борьбу. Он велел проповедовать крестовый поход против Федерико, принца сицилийских Арагонцев, и (как в свое время при подобных обстоятельствах Мартин IV) обратился к французам.

Король Франции предоставил действовать брату.

Карл Валуа, овдовев после смерти Маргариты Сицилийской (31 декабря 1299 г.), в январе 1301 г. женился на Екатерине де Куртене, имевшей права на престол Восточной империи. Бонифаций и Филипп одобрили этот брак: папа — лишь бы Карл отправился в Италию сражаться с его врагами, в частности с сицилийцами, король — при условии, что Карл, уладив дела с Анжуйцами и гвельфами, не предпримет поход на Константинополь без его одобрения и вернется во Францию по первому требованию.

Карл Валуа в Тоскане и на Сицилии

Весной 1301 г. Карл повел за горы пять сотен латников; компанию ему составляли Ги де Шатильон, графы Оксера, Сансерра, Жуаньи и Арманьяка, а также флорентиец «Муш», банкир французского двора. Но уже первая