Филипп Красивый и его сыновья. Франция в конце XIII — начале XIV века - Шарль-Виктор Ланглуа

общее собрание, в котором участвовали дворяне Севера и Юга, прелаты и уполномоченные аббатств и капитулов Севера и Юга, депутаты от добрых городов Севера, уже принимавшие участие в собрании 6 марта, и, вероятно, некоторые из депутатов, ранее заседавших в Бурже. Судя по повесткам и доверенностям, написанным для этого созыва, похоже, должен был обсуждаться вопрос крестового похода. Обсуждался ли он, неизвестно.

Собрания в 1318 г.

Весной 1318 г. король велел изложить собранию прелатов и баронов «причины войн и смут, опустошающих страну», и попросил ему помочь. Судя по письму Филиппа V, датированному 28 мая, прелаты, посовещавшись, ответили, что «они смогут дать королю благоприятный ответ только после созыва провинциальных соборов». Не исключено, что и бароны тоже ответили: они не могут ручаться за всю знать. В самом деле, к тому времени Филипп V созвал четыре больших собрания: в Париже, через две недели после дня святого Ремигия, — уполномоченных добрых городов бальяжей Севера (трое-четверо от доброго города); в Бурже, на восьмой день после Праздника всех святых, — дворян Берри, Ниверне и Оверни; в Тулузе, на 18 декабря, — уполномоченных добрых городов бальяжей и сенешальств Юга; также в Тулузе, на Рождество, — знати Юга.

Из письма Филиппа от 17 ноября 1318 г. следует, что дворяне Берри, приняв во внимание военные расходы, пожаловали «по собственной воле, из чистой щедрости, пятнадцатую часть от всех продуктов, урожая и доходов с их земель в течение года». Но они оговорили, что им будет позволено избрать сколько-то достойных людей для сбора этой подати; полученные деньги будут передаваться на хранение, чтобы их тратили исключительно на военные нужды; этот акт великодушия не используют как прецедент, неприятный для дворянства Берри; чиновники короля не смогут никого принуждать платить пятнадцатую долю, вотированную дворянами, кроме как по прошению означенных дворян или избранных ими сборщиков; если войны не будет, собранные деньги будут возвращены; если она будет, этот вклад избавит местных дворян от всякой военной службы. Знать Перигора и Керси тоже вотировала пятнадцатую долю на аналогичных условиях, уже вошедших в традицию. Депутаты городов Севера и Юга со своей стороны обязались предоставить контингенты, которые будут содержаться за их счет.

Оставались дворяне бальяжей Севера (Шампани, Нормандии и т. д.) и сенешальств Запада (Сентонжа, Пуату, Лимузена), то есть регионов, где «союзники» прежде были наиболее многочисленными. К ним пока не обращались. Филипп V созвал их всех вместе, в свою очередь, 12 ноября 1318 г. на 10 февраля 1319 г. в Париж. Считалось, что они настроены против короля, и, несомненно, поэтому им решили предоставить слово после остальных. Эта предосторожность оказалась излишней. Они воздержались от приезда. Из Шампани не приехал никто. Те, кто прибыл из Нормандии, заявили, что они недостаточно многочисленны, чтобы говорить от имени знати провинции. Чтобы преодолеть это пассивное сопротивление, сочли за благо разобраться со всеми по отдельности. Знать Шампани созвали еще раз на вербное воскресенье в Провен, где должен был присутствовать король; знать Нормандии — в Лизьё, на март, на собрание в присутствии епископа Амьенского и Робера д'Артуа; знать Вермандуа и Пикардии — в Компьень, в палату королевского дворца; знать Пуату — в Пуатье; знать Турени — в Тур; знать Сентонжа, Ангумуа и Лимузена — в Ангулем; знать Парижского превотства и Орлеанской области — в Париж. Был ли успешным результат этого дробления? Во всяком случае, не вызывает сомнения, что шампанцы не побоялись еще раз проявить строптивость, коль скоро король написал некоторым из них: «Вы и некоторые из означенных дворян не явились к нам, что вызывает наше неудовольствие, ибо нужда, ради которой мы вас приглашали, в день заседания в Провене удовлетворена не была».

Процедура созывов

Из-за того, что в тот период собрания созывались часто, процедуру их созывов решили сделать регулярной. До тех пор королевская канцелярия оставляла бальи и сенешалям заботу о созыве дворян и общин их округов, потому что «она не знала их имен и названий». При центральном дворе стала ощущаться потребность в точном списке знати, духовенства и городов всего королевства. В декабре 1318 г. и в январе 1319 г. король сообщил бальи и сенешалям, что ему нужно знать имена и численность прелатов, аббатов, приоров монастырей, баронов, дворян, названия городов и прочих видных мест на подведомственной им территории: «Нам приходится часто им писать, — заявил он, — мы хотим знать, кому пишем...».

Собрания 1320 и 1321 гг.

28 апреля 1320 г. от прелатов, баронов и представителей нескольких добрых городов потребовали явиться лично или прислать уполномоченных в Понтуаз через три недели после Троицы, чтобы обсудить монетный вопрос. В июне 1321 г. состоялось новое собрание «прелатов, баронов, [представителей] коммун городов и еще некоторых особ». На повестке дня стояли вопросы монет, мер и весов, отчуждений территории королевского домена и «поездки за море», то есть крестового похода. Правительство спросило, не уместно ли провести переплавку и унификацию монет, унификацию мер и весов и, сверх того, «какую помощь [участники] соизволят оказать королю, если примут решение, что исполнение упомянутых выше действий будет благом». Прелаты, переговорив меж собой, заявили, что в принципе вполне одобряют предложенные меры; но «что касается означенной помощи, они желают посовещаться с прочими прелатами, капитулами церквей и монастырями», которые съехались бы на провинциальные соборы; они запросили сведения и пообещали, что окончательный ответ дадут к 1 декабря. Есть основания думать, что депутаты городов тоже попросили о возможности снестись с последними. Ту же тактику проволочек уже применяли в подобных обстоятельствах в 1318 г.

Как и в 1318 г., было принято решение выяснять мнения по отдельности. Людям короля поручили изложить планы и просьбы короны духовенству каждой церковной провинции, созвав его на соборную ассамблею. Другие комиссары отдельно опрашивали делегатов Лангедойля и делегатов Лангедока. Но снова не раз возникло сопротивление: в июле 1321 г. бюргеры, собравшиеся в Париже, ответили, что не могут оказать помощь, что выкуп монет их не касается и что «им вполне достаточно своих локтей»; окончательный ответ депутатов от городов бальяжей Амьена и Вермандуа, переданный 10 октября в Орлеане графу Булонскому и сиру де Сюлли, делегатам короля, тоже содержал категорический отказ: «Item, на просьбу о помощи означенные уполномоченные отвечают, что, поскольку вышеназванное совещание сочло, что все названное [изменение монет, весов, мер и т. д.] отнюдь не будет полезным и у добрых городов ныне незачем просить о помощи, ибо их весьма обременяют войны, рыцарство, свадьбы и бесплодность времени...».

Собрания при Карле IV

Когда Филипп V в 1322 г. умер, не оставив детей мужского пола, третий сын Филиппа Красивого Карл Маршский, который во время предыдущего царствования несколько