Роковой 53-й. Смертельные игры - Елена Анатольевна Прудникова

Непонятно, зачем вообще придумана была вся эта хрень. То ли для драматического эффекта, в порядке полета фантазии, то ли они хотели замаскировать нечто, случившееся в то воскресенье. Пока неясно… Зато ясно другое: что-то со смертью Сталина было не так. Иначе зачем понадобился этот полет фантазии? Из любви к творчеству?

Подлинные события: следы и умолчания

Что же происходило 1 марта 1953 года на сталинской даче? Скорее всего, абсолютно ничего экстраординарного. Все было в порядке.

Есть очень любопытные воспоминания тогдашнего министра финансов Арсения Зверева о его последнем телефонном разговоре со Сталиным. Они говорили долго, касались подоходного налога, других финансовых вопросов. Судя по подробности изложения, Зверев записал этот разговор (кстати, его книга мемуаров так и называется: «Записки министра»). Так вот этот разговор имеет странную датировку: 1–2 марта. Это могло быть только в одном случае — если беседа началась до полуночи, а закончилась после.

Вот версия, озвученная академиком Мясниковым, которая выглядит подлинной. Вечером 2 марта за ним приехали из кремлевской больницы и отвезли в Кунцево.

«В одной из комнат уже был министр здравоохранения. Министр рассказал, что в ночь на второе марта у Сталина произошло кровоизлияние в мозг, с потерей сознания, речи, параличом правой руки и ноги. Еще вчера до поздней ночи Сталин, как обычно, работал у себя в кабинете. Дежурный офицер из охраны еще в три часа ночи видел его за столом (он смотрел в замочную скважину). Все время и дальше горел свет, но так было заведено. Сталин спал в другой комнате, в кабинете был диван, на котором он часто отдыхал. Утром в седьмом часу охранник вновь посмотрел в замочную скважину и увидел Сталина распростертым на полу между столом и диваном. Был он без сознания. Больного положили на диван, на котором он и пролежал все дальнейшее время».

Увидев, что Сталин лежит на полу без сознания, охранники позвонили по цепочке Рясному (или кто там был над ними главный), тот — Игнатьеву, Игнатьев — Маленкову и Берии. Те распорядились вызвать врачей и помчались на дачу — именно в таком порядке действовал бы любой нормальный человек. Тогда по времени все сходится: как бы ни спешили, все равно раньше, чем через час, врачи бы не появились — их надо было собрать по квартирам, доставить в Кунцево, на все это нужно время.

В любом другом случае охранники дачи были бы сразу же после смерти Сталина арестованы и на свободу уже не вышли — а этого с ними не произошло.

Впрочем, все это ни в коей мере не исключает того, что Сталин был убит. Это как с убийством Кирова — вроде бы нет оснований подозревать нечто большее, но уж очень подходящее время и уж очень подходящий деятель…

Даже сейчас не понимающему в медицине человеку смерть Сталина могла бы показаться абсолютно естественной. Специалистам легче легкого запутать причину среди медицинской терминологии, тем более среди врачей, как обычно в научной среде, нередко присутствуют три мнения на двоих специалистов. Даже сейчас, с современными методами диагностики. Никто бы ничего и не заподозрил, если бы не несколько странных моментов.

Первый из них, конечно же, воспоминания охранников. Затем странное исчезновение медицинских документов.

Как Хрущев, так и (явно по сговору с ним) Светлана Аллилуева дружно уверяли, что Сталин в ту зиму не доверял врачам и не пользовался их услугами, а чем-то лечился сам. Они связывают такое поведение с «делом врачей» — но это не аргумент, не был Сталин так уж пуглив — он, скорее, являлся фаталистом. Это могло быть и правдой: есть данные, что лечащим врачом Сталина являлся арестованный в ноябре академик Виноградов, и вождь решил не связываться с новым врачом, а подождать освобождения своего — ждать-то надо было всего несколько месяцев. Но пикантность ситуации в том, что ни Хрущев, ни Светлана не были близкими Сталину людьми и знать этого попросту не могли. Зачем им понадобилось это утверждение? Объяснить причину отсутствия данных о здоровье вождя?

Медицинская карта Сталина после его смерти бесследно исчезла — по крайней мере, пока что ее никто не нашел. Уничтожать карту был смысл только в одном случае — если она не вязалась с официальной версией событий. Иначе зачем?

Далее: переворот произошел именно в тот день, когда Берия должен был получить санкцию на арест Игнатьева. Именно Игнатьев ведал сталинской охраной, именно он резко уменьшил ее численность, он же удалил от вождя его бессменного помощника Поскребышева и начальника охраны генерала Власика (последнего зимой даже арестовали — правда, не сумели ничего доказать. А поскольку освобождать его было неприлично, держали в тюрьме до 1955 года, а потом приговорили к высылке).

17 февраля внезапно умер комендант Кремля Косынкин, после чего Сталин в Кремле не появлялся.

Постараться, так и еще можно что-нибудь найти — но, я думаю, хватит.

Все ж таки некоторое количество медицинских документов, связанных со смертью Сталина, отыскать удалось. Два исследователя — Иван Чигирин и Николай Добрюха — обнаружили в архивах разрозненные, но оттого не менее ценные свидетельства. О Николае Добрюхе я ничего сказать не могу, а вот покойный Иван Иванович Чигирин, мой друг и соавтор, был человеком величайшей добросовестности, и заподозрить его в подлоге просто невозможно. Однако, чтобы проанализировать документы — а их много, одной добросовестности мало. Тут нужен специалист.

По правде сказать, неплохо бы провести официальное расследование обстоятельств смерти Сталина, с привлечением экспертов — но что толку мечтать? К счастью, среди исследователей сталинского времени один специалист все же есть — это Сигизмунд Миронин. Врач по первой специальности, человек, который знает, как действуют медики, как оформляются истории болезни, как выглядят анализы и пр. Для желающих подробностей могу порекомендовать его книгу «Как отравили Сталина. Судебно-медицинская экспертиза». Автор находит просто огромное, запредельное количество странностей, везде, начиная от истории болезни и заканчивая вскрытием. Его вердикт: Сталин был отравлен, а лечение усугубило состояние больного и сделало его смерть неотвратимой. Добавлю: если те разрозненные документы, которые историки нашли по архивам, подлинные и хоть что-то отражают.

Миронин называет даже яд — дикумарин. То же вещество упоминает один из консультантов Николая Добрюхи.

«Справка о дикумарине: Дикумарин был первым и основным представителем антикоагулянтов — лекарств, снижающих свертываемость крови. Однако в связи с высокой токсичностью изъят из употребления. Эффект