Виктория - значит Победа. Серебряной горы хозяйка - Салма Кальк

болтали, что он бил всех — и Луиз-Мари, и Камиллу, и Ортанс, а они всё не рожали и не рожали. Но они не осмеливались перечить ему, а ты делала это постоянно. Первый год-то точно. Потом поняла, что если его не злить, то и он не станет распускать руки больше, чем обычно. Ну там, ударит пару раз, швырнёт на кровать, овладеет и успокоится, и уйдёт к себе. Мне ж тоже доставалось, когда я пыталась заступаться за тебя. А теперь наконец-то его нет, и никто больше не станет нам с тобой указывать, как дальше жить.

Прекрасный, прекрасный господин Гаспар. Может быть, его и убили за дело? Я теперь уже не удивлюсь.

— Вот, ты понимаешь, почему я не хочу снова замуж, — я пожала ей руку.

— Но не все ж такие, Жан был совсем другим, — покачала она головой. — Может быть, нам ещё повезёт — и мне, и тебе?

— Я очень этого хочу, Тереза, — улыбаюсь я ей. — Пускай нам повезёт, и мне, и тебе. За нас, да? — разливаю остатки вина из бутылки.

— За нас! — мгновенно соглашается она.

22. Судьба одного человека

На следующий день я поднялась вовсе не рано. Что ж, если сначала полночи на балу, а потом ещё и беседы дома почти до рассвета, то никаких вам потом ранних подъёмов.

В спальне никого не было, а в соседней гардеробной кипела жизнь. Ну да, платье-то нужно почистить, хорошо бы вообще постирать, но не здешними методами. Разве только магическим путём, а этого я как раз не умела совершенно. Нужно присмотреться к Берте и попробовать — вдруг получится? Полезное умение.

Пока же я поднялась, босиком добрела до окна и открыла его. Окно выходило в мой маленький садик, где я поймала шпиона. И кстати, по его душу обещался прийти де Ренель. И вообще, может быть, тот шпион уже надумал что-нибудь и готов либо пойти восвояси, то есть к Ренелю отвечать за свои разнообразные грехи, или же остаться при мне? Если бы вчера со мной был маг, хоть бы и юный, совместными усилиями мы бы прогнали Симона с приятелями за милую душу.

В общем, меня услышали, прибежали Мари и Жанна, принесли воды умыться, подали платье и причесали.

— Говорят, вы вчера были прекраснее всех, — сообщила Жанна.

— Да ладно, — не поверила я. — Там хватало дам моложе, красивее и богаче одетых.

— Но говорят о вас, — подхватила Мари.

Ну и пускай говорят, да? Дома обо мне тоже нет-нет, да и говорили. Сравним?

На завтрак я спустилась в столовую. Господин Фабиан тут же появился и тоже сел, а Тереза, сказали, ещё спит.

— И что же? Вам удалось хоть с кем-нибудь побеседовать? — скептически поинтересовался он.

— А как же, — закивала я.

И под свежие булочки с маслом, сыр и арро пересказала ему краткое содержание вчерашних бесед. Он слушал и качал головой.

— Знал бы господин Гаспар, какой талант он зарывает в землю, вот удивился бы, — вздохнул напоследок. — Говорите, господин Варан и специи? Да, сейчас отправим Сандрин. И вообще, его можно зазвать на обед, если вы договорились — будет толк. Кто ещё?

— Внятного никого, — пожала я плечами. — А де ла Порт — продажная скотина. И нам бы как-нибудь пробиться к принцу, пока он не улетел за моря. Вам никто не донёс, где он остановился?

— Так есть же особняк, в котором останавливаются Роганы, когда бывают в городе, ещё с предпредыдущего царствования, — пожал плечами господин Фабиан. — Наверное, там и остановился.

— Отлично. Это далеко отсюда?

— Три улицы. А что, неужели вы собрались туда?

— Именно. Могу ещё письмо предварительно написать. Подскажете, что пишут в таких случаях? Прошу уделить мне немного времени? Могу ли я получить у вас аудиенцию по наиважнейшему вопросу?

Дома я бы как-нибудь получила аккредитацию и через третьи-пятые руки нашла бы знакомых в штате, с их помощью пробралась бы в дом и там уже сориентировалась. Ну и сказала бы что-нибудь вроде «осветим ваш инфоповод, прямо сейчас и в лучшем виде, как вам нужно, и ещё что-нибудь». Здесь тоже придумаю, что сказать.

— К принцам не ходят по собственному желанию, Викторьенн, будто не знаете.

— Знаю, — уже, ага, — но мне же нужно? Понимаете же, господин Фабиан, что он — наш идеальный вариант?

У меня в голове уже со вчера лениво копошилась одна мысль… нужно её доформулировать. И потом уже подумать, как воплощать.

Слуга принёс кофейник… арровник? Как его тут называют? И вместе с тем сообщил:

— Там пришёл господин дознаватель, желает вас видеть, госпожа Викторьенн.

— Зовите. И несите ещё одну чашку, поделимся с ним арро, вдруг он от того подобреет? — кивнула я.

Господин Ренель пришёл совсем скоро. Был он хмур и поклонился так же хмуро, и даже полы его алого жюстокора топорщились как-то… топорно, вот. Устал? Или что-то ещё?

Я выплыла из-за стола и изобразила самую радушную улыбку.

— Доброго вам дня, господин Ренель. Арро?

Он взглянул хмуро, и на лице его так и читалось: какой, к дьяволу, арро, но потом разум возобладал.

— Благодарю вас, госпожа де ла Шуэтт, не откажусь.

— Вот и славно. Расскажите, о чём говорят нынче в городе. А после лёгкого перекуса я покажу вам нашего юного разбойника.

Ренель встряхнулся, с самым светским видом рассказал, что болтают о кораблях, прибывающих и отправляющихся, и о принце, который собрался куда-то на одном из тех кораблей.

— Не подскажете, как попасть на аудиенцию к принцу? Мне очень нужно.

— Я не тот человек, который сможет составить вам протекцию.

— Ой, не поверю, что вы не сможете придумать повод, чтобы посетить его. И у вас есть официальные полномочия, вы ж не просто так!

— Могу, но как ходатайствовать за каждую здешнюю вдову — ума не приложу, — покачал он головой.

Ах ты, скотина, ешь, значит, мою еду и пьёшь мой арро, и туда же — за каждую здешнюю вдову!

— А это уже предоставьте мне самой, я найду что сказать его высочеству, — и смотрю на него так, пожёстче, чтобы не воображал себе лишнего.

— Не сомневаюсь, — усмехнулся он. — Но увы, здесь я вам не помощник. Однако вы обещали мне вчера показать некоего свидетеля

— Да, верно. Пойдёмте в кабинет, и я попрошу привести его туда.

Юный Шарло всё ещё должен был носить подарок от господина графа Ренара, ограничивающий его магические силы. Поэтому я попросила слуг привести его, сама уселась у стола, и мужчин тоже пригласила садиться.

Мальчишку привели сразу,