Там леший бродит 3 - Игорь Николаевич Конычев

— Ну да, тебе-то виднее, — голос Ягишны источал яд. Движения, которыми она гладила Бусинку, стали резче и неувереннее, отчего кошка лениво приоткрыла один глаз и недовольно покосилась на женщину. Колдунья не обратила на это внимания, и продолжила водить ладонью по голове Бусинки так, что у той шкура оттягивалась назад, делая выразительные глаза ещё больше. И вроде как некоторые домашние любимцы подобное вполне переносят, вот только манул — это не домашняя кошка, поэтому самочка такого панибратства терпеть не стала. В целях отстаивания своего личного пространства, она заворчала, совершила предупредительный «кусь» и проворно ретировалась в другую комнату.

— Вот же зараза шерстяная! — поморщившись скорее от досады, нежели от боли, Ягишна осмотрела покусанный палец.

— Поделом тебе, — поучительно произнесла Забава, чем лишь подлила масла в огонь. — Животные всегда взаимностью отвечают: ты к ним с добром — и они к тебе с ним же, а коли обидишь, то не всякий зверь терпеть станет.

— Ага, расскажи это каким-нибудь мужикам с окраины, которых задрал загулявший медведь, — парировала раздражённая Ягишна, тряся больным пальцем.

Я подошёл к ней, поймал запястье и придирчиво отсмотрел отметины на коже, после чего разжал пальцы и вынес вердикт:

— Жить будешь.

— Так разве это жизнь? — неожиданно задалась философским вопросом колдунья и подкрепила его печальным вздохом. Устремив взгляд за окно, она подпёрла подбородок ладонями и вздохнула ещё раз, всем своим видом демонстрируя переживаемый нынче прилив меланхолии.

В последнее время с Ягишной подобное происходило всё чаще и, судя по реакции Забавы, заметил это не только я.

— Что такое, Ягишенка? — участливо спросила лешачиха, присаживаясь рядом с колдуньей.

— Для начала то, что ты называешь меня Ягишенкой, — безразличным тоном отозвалась та.

— Тебе что, не нравится? — искренне удивилась Забава.

— А по мне что, не видно? — в тон ей спросила колдунья и снова вздохнула.

Лешачиха озадаченно почесала макушку. Уголька она при этом усадила на стол, где змейку сразу же заинтересовал недоеденный женщиной пирог. Кусок выпечки бесследно исчез в маленькой пасти с поразительной скоростью, после чего Уголёк отправилась на поиски ещё чего-нибудь вкусного, абсолютно игнорируя при этом окружающих. На колдунью она лишь бросила мимолётный взгляд, когда деловито проходила мимо, прямиком к тарелке с хлебом.

Почти целая краюха хлеба оказалась серьёзным испытанием для Уголька, так как у неё попросту так широко не раскрывалась пасть. Тогда, к удивлению всех присутствующих, Ягишна отломила кусочек и протянула змейке. Та немного посомневалась, поглядела на колдунью, после чего осторожно взяла угощение и проглотила, почти не разжёвывая. Подозрительность в глазах и мыслях существа сменилась робким доверием, и оно приблизилось к колдунье.

— Кусаться не будешь? — уточнила та и, не дождавшись ответа, почесала макушку змейки ногтем.

Уголёк поначалу отстранилась, но потом всё же приняла ласку и тихонько замурчала, явно выпрашивая ещё хлеба. Ягишна хмыкнула и отломила змейке второй кусочек, который та стрескала куда быстрее, нежели первый.

— Вот видишь! — тут же воодушевилась Забава. — Я же говорила! Говорила! Ты к ней с добром, и она к тебе с ним же.

Ягишна не ответила, и отвела взгляд, вновь уставившись в окно. Забава озадаченно поглядела на меня и пожала плечами. Кузьмич поступил также, и даже появившаяся за столом Дуся тоже терялась в догадках, что же происходит с колдуньей.

— И что тебе ещё не нравится в твоей жизни? — спросил её я. — С чего такие упаднические настроения?

— Сама не знаю, — нехотя призналась Ягишна. — Иногда всё в порядке, а иногда накатывает вот… — она замолчала, так и не договорив. Взгляд её сделался отстранённым. — Когда я только появилась в этом мире, то хотела узнать кто я, познавала ведунство, устраивала жизнь. А теперь, — женщина вдруг резко развернулась, чем напугала всех вокруг, и уставилась на меня широко раскрытыми глазами. — О, предки, мне что, нечего делать⁈

— Ну, — я залпом допил сбитень, — похоже на то.

— Дожили, — Кузьмич сокрушённо покачал седой головой, — девка от безделья хандрит. — Он с укором поглядел на колдунью. — Нечем заняться? Взяла, начистила репы, приготовила, соседей угостила. Хорошее и доброе что-то сделай. В хате прибери, пол подмети.

Ягишна недоверчиво прищурилась.

— А ты тогда чем станешь заниматься?

— Не переживай, другое дело себе найду, — заверил её домовой. — Их кругом уйма, только успевай дух переводить.

Несколько мгновений колдунья задумчиво глядела на Кузьмича, и у меня даже закралось подозрение, что сейчас она с ним согласится, схватит веник и начнёт мести пол или что-то в этом роде. Но несмотря на то, что чудес в этом мире хватает, сейчас одного из них не случилось.

— Неа, уж лучше бока пролёживать, — сделала свой выбор Ягишна.

Кузьмич лишь фыркнул. Иного он, судя по выражению лица, и не ждал.

— Бестолковая ты баба, — без особой печали произнёс домовой, явно констатируя общеизвестный, по его мнению, факт. — Могла бы как-то Белояру и отплатить за гостеприимство-то.

— Так я хотела, — промурлыкала Ягишна, стреляя в мою сторону тёмными глазами, — но он всё артачится.

Я устало вздохнул, а Кузьмич дополнил свою недавнюю реплику:

— Бестолковая и бесстыжая.

Колдунья хмыкнула, но спорить не стала. Зато наивная Забава задалась вопросом:

— А бесстыжая-то почему?

Ягишна изумлённо уставилась на неё.

— Значит, с бестолковой ты согласна⁈ — воскликнула она.

Самозабвенно пылесосящая со скатерти все крошки Уголёк замерла, уселась, поджавши хвост, и стала переводить любопытный взгляд с одной женщины на другую. Кажется, она очень внимательно слушала разговор и что-то из него, да понимала. А может её просто, как, например, собаку, привлекали яркие эмоции. Вон, Пирожок тоже притопал на кухню, чтобы поглядеть, чего это двуногие так расшумелись.

Между тем Ягишна продолжала наседать на Забаву.

— Почему это я, скажи на милость, бестолковая?

— Я такого не говорила, — не растерялась лешачиха.

— Но переспросила-то только про бесстыжую, — колдунья насупилась и демонстративно отвернулась. — Стало быть, с бестолковой ты согласна.

Столь резкая смена настроения определённо была обусловлена одним из осколков её души. К подобным фокусам все вокруг уже попривыкли, так что воспринимали без особого удивления. Во взгляде Забавы даже отразилось искреннее сочувствие.

— Ну что ты, Ягишенка, никакая ты не бестолковая!