Повторная молодость 4 - Валерий Кобозев

топлива, возможно это будет приемлемой платой за увеличение числа ракет на борту. Сейчас он у вас может находиться в воздухе двадцать часов, ну нам будет достаточно и десять часов до очередной заправки. На благо он у вас может садиться в любом месте.

— Хорошо, мы поставим турбину на двигатель «Ротакс», с ее помощью можно будет удвоить мощность этого двигателя. Мы этот путь прошли на мотоциклетном двигателе, увеличили его мощность в полтора раза — согласился я.

Глава 21

— И сколько ракет вы тогда сможете навесить на «Кондор»? — тут же спросил генерал Кокошкин.

— Четыре тяжелых ракеты или двадцать четыре легких ракеты. Ну или их сочетание с общей нагрузкой не более двухсот шестидесяти килограммов — ответил я.

— Отличный вариант, проработайте его — дал указание Устинов.

— Но моторесурс такого двигателя будет раза в два меньше — напомнил Харитонов.

— Хм, опять клин — усмехнулся министр обороны. — Все равно готовьте к выпуску две модификации двигателей и «Кондоров». Более мощные машины будут стоять в резерве и взлетать только при опасности ракетного нападения. Так мы уменьшим расход их моторесурса.

— Я бы не снимал с повестки дня вариант «Кондора» с двигателем от мотоцикла «Урал», у него моторесурс измеряется годами — усмехнулся я. — У такого «Кондора» полезная нагрузка сто килограммов, а с форсированным с помощью турбонаддува двигателем — сто тридцать килограммов. Это как раз на две тяжелые ракеты или двенадцать легких ракет. Время нахождения в воздухе у него десять часов. Расход топлива примерно десять литров в час, бензин АИ-92.

— А зачем вы тогда поставили на «Кондор» двигатель «Ротакс»? — спросил генерал Кокошкин.

— С ним мы можем обеспечить нахождение в воздухе двадцать часов — больше бензина можем взять на борт — ответил Харитонов — он у нас был главным разработчиком дронов.

— Принимается ваше предложение, будем брать «Кондоры» и с мотоциклетными двигателями. Надо бы для разных вариантов принять четкие обозначения — предложил министр обороны.

— Разработаем технические условия, в них будут четкие обозначения вариантов — пообещал я.

— Как быстро вы сможете поставить «Кондоры» на серию? — спросил Устинов.

— Все зависит от заказа. Чем больше объем заказа, тем дольше подготовка к производству. Производство до ста штук в месяц мы сможем наладить за три месяца — ответил я. — Это с мотоциклетными двигателями, двигатели «Ротакс» пока еще не выпускаются, у нас стоят импортные двигатели на этих машинах, которые участвовали в испытаниях.

— Ну что же, и этот вариант у вас вполне достойный — ответил Устинов. — Так ведь товарищи генералы?

— Вполне достойный вариант! — подтвердил генерал Кокошкин.

— Отличная машина — согласился генерал Лисовский. — Но что насчет производства ракет?

— В этой ракете используются серийно производимые компоненты ракеты «Стрела-2М», за исключением нового блока управления нашего производства. Так что и серийным производством ракет мы впишемся в эти же три месяца. Я думаю, что серийное производство боеприпасов для них будет готовиться больше — усмехнулся я.

— Может тогда вам поставить несколько боевых частей от «Стрелы-2»? — спросил генерал Лисовский.

— Вес боевой части у «Стрелы-2М» примерно один килограмм, а у нашей ракеты восемь килограммов — ответил я. — Хотя может быть и такой вариант — установка восьми боевых частей от «Стрелы-2М».

— Валерий Иванович, ставьте без сомнения эти боевые блоки от «Стрелы-2М» — распорядился министр обороны. — Они производятся серийно, закажем их побольше, ничего страшного, ваши сто комплектов в месяц для их производства погоды не сделают. Это не сами ракеты производить.

— Хорошо, первый вариант будем выпускать с боевой частью от «Стрелы-2М» — согласился я.

— Если уменьшить вес боевой части до четырех килограммов, то зона поражения увеличится до тридцати километров — выдал тут же Лесков, наш главный ракетчик, точнее главный конструктор системы управления ракетой.

— А почему бы и нет? Четыре килограмма взрывчатки с поражающими элементами -это очень много! У ракеты «Стрела-10» вес боевой части три килограмма, и вполне себе боевая ракета — выдал генерал Кокошкин.

— Ну вот Валерий Иванович, еще одна модификация вашей ракеты созрела — усмехнулся Устинов.

— Вы почему-то авиаторов обходите Дмитрий Федорович! — высказался генерал Матвеев, заместитель командующего ВВС. — Нам на самолеты нужны такие станции оптоэлектронной разведки и эти ракеты. На наши самолеты ПВО можно будет их устанавливать, нас устроят и тяжелые для дронов ракеты, для нас они будут обычными. Надо включить это в программу вооружений — на новые самолеты Су-27 штатно устанавливать станции оптоэлектронной разведки и эти ракеты.

— Ну да, мы это предполагали Семен Аркадьевич, не беспокойтесь. Вам надо будет поработать с разработчиками этих станций, чтобы интегрировать их на наши самолеты — ответил Устинов. — У них на дронах они интегрированы в систему управления дроном на микропроцессорах, вам тоже предстоит решить такой же вопрос.

— Хорошо, будем решать этот вопрос в рабочем порядке — согласился генерал Матвеев.

— Да и войска ПВО не надо забывать — высказался генерал Небывайлов, заместитель командующего ПВО СВ (сухопутных войск). — Надо бы разработать наземный вариант такой системы для объектовой обороны на базе БТР или БРДМ, а может быть и на гусеничном шасси.

— Да Леонид Макарович, вы правы, стоит и наземный вариант сделать — надо сказать, что оптоэлектронная станция во многом опережает радар по помехоустойчивости — согласился Устинов. — Как Валерий Иванович, потянет ваша фирма столько вариантов системы ПВО?

— Ну с наземным вариантом все гораздо проще — один в один станцию оптоэлектронной разведки от дрона установим, как пусковые, ничего сложного, надо определиться с объемом заказа. Да и надо будет модернизировать наземный носитель, чтобы он нашу станцию мог поднимать метров на двадцать над землей, чтобы дальше видеть, и чтобы окружающий пейзаж не уменьшал обзор — ответил я.

— Нам требуется не меньше тысячи таких установок — выдал генерал Небывайлов. На счет модернизации надо будет связываться с разработчиками.

— Определяйтесь с носителем — нам хоть ГАЗ-66 подойдет, только напоминаю, для этих ракет нужен будет минометный старт, иначе придется дополнительно использовать в качестве пусковой установки машину РЗСО «Град» — ответил я.

— Вас понял Валерий Иванович, займемся этим вопросом вплотную — пообещал Устинов. — С РЗСО «Град» не желательно связываться. При пуске ракет там такие выжженые поля остаются! И никакой техники вокруг нельзя ставить — может повредить камнями, которые выбиваются реактивной струей при старте ракеты.

— Командно-штабная машина Р-149МА1 на базе БТР-80 для этой цели подойдет — выдал генерал Небывайлов. — Установим на нее подъемную мачту со станцией оптоэлектронной разведки и направляющие