Рассветы новой Земли 3. Последний рубеж - Инна Ласточка (Ness Quik)

себя смертоносным оружием… вам доложили? — Антон вздохнул, когда Гидеон согласно склонил голову. — Жаль только, что не получилось выцепить коды доступа у атакующей программы. А что у вас?

Гидеон поджал губы и посмотрел в сторону, прежде чем ответить.

— О кодах доступа забудьте, вы и так как сплошная летающая мишень, ещё кодов доступа вам на «Пегасе» не хватало. А по поводу нас… не беспокойтесь: общая информация вам известна, детали вышлю по защищённому каналу, нечего языками чесать. Война ещё не закончилась.

— Согласен, — сказал Антон, — но можно хотя бы в общих чертах, что с людьми? Много погибших?

— В общих чертах? — Гидеон задумался. — Есть несколько офицеров и техников, которые находились в момент взрыва в южном полушарии, мы почтим их память по всем правилам. В основном новички, вы их не знаете, разве что… Джеймс Родденберри погиб при исполнении. Он был со мной у Ригеля на переговорах с Лагости Аки… Это я виноват, — он махнул рукой, — да что уж теперь говорить. Я не должен был разрешать ему лететь с нами, — Гидеон сглотнул и отвёл взгляд. Ему было тяжело, и Антон почти выдохнул с облегчением, когда Гидеон всё же продолжил. — Адмирал, советники Донаван и Терри без сознания, газ в кабинете адмирала. Подробности файлом. Ригелианские и наши медики пытаются им помочь.

— Мои соболезнования, — Антон почесал переносицу и провёл ладонью по лицу, вспоминая последнюю встречу с Родденберри. Ему не в чем было себя упрекнуть, но почему-то сейчас в его душе возникло давящее чувство вины, причин которой он пока не знал и, если быть честным, в текущих обстоятельствах не хотел. — Как погиб Джеймс?

— Героически, — голос Гидеона сорвался и охрип, ему пришлось откашляться, чтобы продолжить, — он закрыл собой Лагости Аки, я… — Гидеон потёр глаза пальцами так, словно пытался их выдавить, — я устал и не знаю, что делать.

— Ну если не знаете вы, то мы совсем бессильны, — заметил Антон. — Не вините себя. История моей семьи подсказывает мне, что каждый в этом мире для чего-то предназначен… может быть, судьбой Джеймса было спасти главу Ригеля?

— Вполне… — Гидеон улыбнулся в бороду, — говорите как истинный наследник Александры.

Антон неопределённо мотнул головой, одновременно отрицая и соглашаясь с ним.

— Что-нибудь ещё расскажете?

— Ну, могу… Ригелианские техники, учёные и часть армии сейчас на КРИ, восстанавливают станцию и готовят корабли для захвата «Авроры». Мы предустанавливаем на них новые технологии. Транспортеры. Будем действовать, как только всё подготовим, и да… для этого нам нужен Ричард Нейтан. Я, собственно, поэтому с вами и связываюсь.

— Так говорите со мной, — развёл руками Антон, — будто я командую этим беспределом. Приказывать здесь я могу только Нине. У Ричарда и спрашивайте.

— Так это правда, — Ричард покачал головой, — до сих пор не могу поверить. Нас объявили в межгалактический розыск, а теперь вы призываете меня помочь?

— «Пегас»-то ваш, Антон Палыч, — хмыкнул Гидеон, — вот и связываюсь, и все вопросы к вам, — он поправил упавшие на лоб волосы и случайно задел рану, поморщился, аккуратно пригладил бровь и посмотрел на Ричарда. — Нейтан, ваше присутствие необходимо. Для начала будем честными, не вы в той истории главный злодей, у вас есть шанс обелить имя своей семьи, ваша фамилия не просто звук, её уважают люди. Представьте какой будет резонанс, когда вы их спасёте. Лично вы?

— Если есть кого спасать, — бросил Ричард. — Мне тут такого понарассказывали, что я не только думаю, что не справлюсь, я в этом уверен.

— А-а, — протянул Гидеон, — уже знаете о ситуации?

— Да, — Ричард тяжело вздохнул, и Антон воспользовался этой заминкой, чтобы вмешаться в разговор с Советником.

— Нам всем сейчас тяжело, и хорошо, что удалось связаться. Нам нужен совет, — сказал он, — дело как раз касается того, о чём вы говорите.

— Так? — насторожился Гидеон. — Во имя звёзд, Чехов, говорите сразу. После всех событий, которые вокруг вас происходят, я боюсь схватить инфаркт раньше, чем вы успеете закончить фразу. Что у вас там?

— У нас тут «Гаусс». Вы знаете?

— Допустим…

— Корабль полностью исправен и готов принять пилота, вопрос только в том, какого. Мы разделились во мнениях. Ричард Нейтан, Тиана и Бобби Стилл считают, что это должен быть Ричард, а остальные, включая меня, делают ставку на Кристину Камо…

— Камо… Камо? — Гидеон нахмурился. — Это последний выпуск курса разведки? Томпсона? Девочка, которую адмирал забрала в техники «Пегаса»?

Антон кивнул.

— Да. Что думаете?

Гидеон погладил бороду.

— А зачем вам вообще на «Гауссе» пилот? КРИ в состоянии забрать «Гаусс» без пилота, а «Пегас» может доставить всех, кто захочет вернуться, да и потом, у «Иллариона» ведь есть транспортники.

— Они все на вылете, — возразил Антон, — разве глава Конфедерации не сказала? И вернутся транспортники не скоро, а ждать… сами понимаете, лучше тут не задерживаться. Что касается «Пегаса»… К сожалению, он, то есть мы с Ниной не сможем вернуться на КРИ в ближайшее время и помочь вам с «Авророй», вы понимаете, о чём я?

— Да. Сколько у вас времени?

— Нам с Ниной нужно улетать в ближайшие часы, путь не близкий… не то что бы я беспокоюсь за взрослых людей, но я бы хотел, чтобы вы отдали приказ или распоряжение, от которого никто бы не стал отступать.

Гидеон усмехнулся.

— Чехов, правильно я понимаю, вы хотите, чтобы я официально заверил ваше личное мнение? Вы ведь и без меня знаете ответ, и сами давно всё решили.

— Да, — согласился Антон с улыбкой, — но я никому тут не начальник, кроме Нины, как я уже и сказал, и поэтому хочу услышать ваш вердикт. То есть приказ, конечно. Если этого не может Адмирал, думаю, ваше слово будет равно её слову.

— Хорошо, — сказал Гидеон после небольшой паузы, — я считаю, что Ричард Нейтан не может принять чип никакого корабля с «Новой Земли» или откуда бы то ни было ещё, потому что его миссия продолжить дело отца. — Он посмотрел на Ричарда. — Нейтан, серьёзно, я считаю, вы не должны больше рисковать. Это во-первых. А во-вторых, есть некоторые обстоятельства, которые ещё будут обсуждаться… Боюсь, «Гаусс» сейчас последнее, что вам нужно.

Ричард заметно расстроился.

— Да ладно… Сказали, что наказывать не хотите, даёте мне власть и при этом отбираете самое важное в моей жизни? Запрещаете летать? В чём логика?

— Ваши