Я стал бессмертным в мире смертных - Let me laugh

Это был первый раз, когда он приступил к практике сразу после выхода из Небесного Дворца. И не потому, что Искусство Кости Дао Безграничной Чистоты требовало мало времени, а совсем наоборот — времени ушло слишком много!

Это побило все его рекорды одиночного пребывания в Небесном Дворце.

На Божественный Свиток Истребления у него ушло тринадцать тысяч лет, на Искусство Невидимого Круга Небесного Дао — девять тысяч восемьсот лет!

Эти две техники уже были невероятно мощными, но время, затраченное на Искусство Кости Дао Безграничной Чистоты, было куда более впечатляющим.

Тридцать девять тысяч лет!

Фан Ван не раз был близок к срыву, но когда он, стиснув зубы, довел технику до Великого Совершенства, на смену мукам пришел восторг.

Ему было не до выплеска эмоций, он лишь хотел как можно скорее выковать Кость Дао Безмерной Чистоты в реальности!

Кость Дао Безмерной Чистоты подходила для любых методов закалки тела, так как большинство из них тренируют мышцы, кости и кровь, а эта кость меняла саму суть всего скелета!

Эта кость не подвержена никакому загрязнению и вечна. Обладание ею поднимает восприятие любой силы и Дао до запредельного уровня.

Помимо множества чудесных свойств, Кость Дао Безмерной Чистоты сама по себе таила в себе колоссальную мощь!

И эта мощь была не просто физической силой, а особой энергией.

Фан Ван практиковал, вновь переживая то состояние превосходства и непобедимости, которое он ощутил в Небесном Дворце.

Ни одна техника до этого не давала Фан Вану такой непоколебимой уверенности в себе.

Когда его Кость Дао Безмерной Чистоты достигла Великого Совершенства, он действительно почувствовал себя непобедимым под небесами.

И эта уверенность не была результатом сравнения с кем-то, она родилась в самой глубине его сердца.

Ведь это была техника, которую не смог освоить даже Небесный Император!

Фан Ван считал, что тридцать девять тысяч лет даже не в полной мере отражают сложность Искусства Кости Дао Безграничной Чистоты. Сейчас он, обладая познаниями множества техник на уровне Великого Совершенства, определенно считался первым гением в мире людей, а возможно, и в верхнем мире. И всё же ему потребовалось столько времени, проведенного в непрерывной практике без сна и еды.

Он даже чувствовал, что без Небесного Дворца он мог бы потратить сколько угодно времени, но так и не добиться успеха!

Небесный Император Хунчэнь был лучшим тому доказательством. Будучи императором, его талант определенно возвышался над всеми смертными!

Величайшая сила Небесного Дворца заключалась в том, что он позволял Фан Вану освоить абсолютно любую технику!

Грохот —

Потоки духовной энергии, устремившиеся к Фан Вану, достигли небывалой мощи, переполошив весь императорский город и заставив бесчисленных практиков обернуться.

Даже из императорского дворца вылетели мастера.

Хун Сяньэр внезапно появилась рядом с Сяо Цзы и с любопытством спросила:

— Какую технику практикует твой господин?

Она чувствовала изменения в энергии неба и земли — это не было похоже на обычный ритм поглощения Ци при прорыве.

Сяо Цзы покачала головой:

— Я не знаю. У господина столько секретных техник, что освоение еще одной — дело обычное.

Ей было совсем не интересно, как Фан Ван тренируется. Даже если бы он практиковал божественное заклинание, она сочла бы это нормальным.

Грохот —

Грозовые тучи начали стремительно сгущаться со всех сторон, небо мгновенно потемнело.

Глава 288. Неудержимое небесное знамение, известное всему миру

Когда возникло небесное знамение, волнение в Обители Паломничества становилось всё сильнее. Духовная энергия Неба и Земли безумным потоком устремилась к поместью, а поднявшийся свист ветра был слышен каждому существу в городе.

Практики поднимались в воздух, вглядываясь вдаль, а прирученные демоны и духовные звери дрожали от страха.

В императорском дворце, перед дверями главного зала, стоял Хун Шоу, заложив руки за спину. Его взор был прикован к далекой Обители Паломничества, над которой в небе сформировался величественный вихрь. Его вершина соединялась с грозовыми тучами, образуя гигантскую воронку, готовую накрыть собой весь Императорский город.

Рядом с Хун Шоу появился Чжуйфэн и негромко произнес:

— Ваше Величество, это Паломник тренируется. Едва вернувшись из Массива Куньлунь, он тут же нетерпеливо принялся за практику. Трудно представить, какую удачу он обрел в Династии Ци.

Хун Шоу со вздохом произнес:

— Он вернулся всего несколько дней назад. Даже если он обрел великое наследие, посмотри на этот размах — это просто невероятно. Если бы ты получил величайшую технику, смог бы ты за столь короткое время вызвать подобные потрясения? Очевидно, он не просто начал тренировку, он уже близок к успеху.

Услышав это, Чжуйфэн изменился в лице.

В то же время весь Императорский город обсуждал Фан Вана, гадая, какую чудесную технику практикует этот Паломник.

Сам Фан Ван не ведал о происходящем снаружи. Ему было не до чужих мыслей — он сгорал от нетерпения, желая поскорее обрести Кость Дао Безмерной Чистоты.

С течением времени небесная мощь продолжала нарастать.

Одна за другой из города вылетали фигуры, зависая под грозовыми тучами. Большинство из них выглядели глубокими стариками, и даже те, кто казался молодым, излучали ауру увядания.

— Что этот малец опять вытворяет?

— Похоже, покойный император был прав: пока Фан Ван здесь, нам, старым костям, покоя не видать.

— Пусть суетится. Ради будущего Даюй мы должны скрыть его знаки судьбы, даже если придется пожертвовать собой. Главное — чтобы Верхний Мир ничего не заподозрил.

— Начинаем, старые друзья. Будем творить заклинание и беседовать.

— Как думаете, что за технику он практикует? Аура совершенно не похожа на Божественный Свиток Истребления Его Величества.

Старые практики переговаривались, применяя свои способности. Их духовная энергия всколыхнула море облаков, задействовав удачу всей Божественной Династии Даюй, чтобы изолировать небесное знамение.

Поначалу они действовали легко, шутя и смеясь.

Однако спустя час лица их помрачнели.

Через два часа некоторые начали стискивать зубы, а чьи-то тела задрожали.

Одна старуха дрожащим голосом произнесла:

— Нет, мы почти не справляемся... Как такое возможно?

Никто не ответил — все из последних сил удерживали барьер.

Внутри Обители Паломничества Хун Сяньэр смотрела на небо. На её лице отразилось изумление, и она пробормотала:

— Даже они не могут подавить небесное знамение Фан Вана?

Ей были не в новинку подобные явления. Когда-то она сама вызывала небесное знамение на целый час. Она также знала, что её отец когда-то подавил знамение, возникшее при создании Фан Ваном Сокровищного Духа Девяти Жизней. То событие стало табу в Божественной Династии Даюй, и о нём запрещено было упоминать.