Я помню чудное мгновенье - Александр Сергеевич Пушкин

class="v">                                               и содрогнется

При звуках бранного певца.

«Я вас любил: любовь еще, быть может…»

Я вас любил: любовь еще, быть может,

В душе моей угасла не совсем;

Но пусть она вас больше не тревожит;

Я не хочу печалить вас ничем.

Я вас любил безмолвно, безнадежно,

То робостью, то ревностью томим;

Я вас любил так искренно, так нежно,

Как дай вам Бог любимой быть другим.

К Ней

Эльвина, милый друг, приди,

                                       подай мне руку,

Я вяну, прекрати тяжелый жизни сон;

Скажи – увижу ли….

                              на долгую ль разлуку

Я роком осужден?

Ужели никогда на друга друг

                                             не взглянет,

Иль вечной темнотой покрыты

                                                  дни мои?

Ужели никогда нас утро не застанет

В объятиях любви?

Эльвина, почему в часы

                                            глубокой ночи

Я не могу тебя с весельем обнимать,

На милую стремить томленья

                                                  полны очи

И страстью трепетать?

И в радости немой,

                          в восторгах наслажденья

Твой шопот сладостный

                                 и тихой стон внимать

И тихо в скромной тьме

                                для неги пробужденья

Близ милой засыпать?

Осеннее Утро

Поднялся шум; свирелью полевой

Оглашено мое уединенье,

И с милою любви моей мечтой

Последнее исчезло сновиденье.

С небес уже скатилась ночи тень,

Взошла заря, сияет бледный день —

А вкруг меня глухое запустенье…

Уж нет ее… я был у берегов,

Где милая ходила в вечер ясный.

Уже нигде не встретил я прекрасной,

Я не нашел нигде ее следов.

Задумчиво бродя в глуши лесов,

Произносил я имя незабвенной;

Я звал ее – лишь глас уединенный

Пустых долин откликнулся вдали.

К ручью пришел,

                         мечтами привлеченный,

Его струи медлительно текли,

Не трепетал в них

                               образ несравненной.

Уж нет ее… до сладостной весны

Простился я с блаженством и с душою.

Уж осени холодною рукою

Главы берез и лип обнажены,

Она шумит в дубравах опустелых,

Там день и ночь кружится

                                        мертвый лист,

Стоит туман на нивах пожелтелых,

И слышится мгновенный ветра свист.

Поля, холмы, знакомые дубравы!

Хранители священной тишины!

Свидетели минувших дней забавы!

Забыты вы… до сладостной весны!

«Любовь одна…»

   Любовь одна —

                           веселье жизни хладной,

Любовь одна – мучение сердец:

Она дарит один лишь миг отрадный,

А горестям не виден и конец.

Стократ блажен,

                          кто в юности прелестной

Сей быстрый миг поймает на лету;

Кто к радостям и неге неизвестной

Стыдливую преклонит красоту!

   Но кто любви не жертвовал собою?

Вы, чувствами свободные певцы!

Пред милыми смирялись вы душою,

Вы пели страсть – и гордою рукою

Красавицам несли свои венцы.

Слепой Амур, жестокий

                                       и пристрастный,

Вам терния и мирты раздавал;

С пермесскими царицами согласный,

Иным из вас на радость указал;

Других навек печалями связал

И в дар послал огонь

                                  любви несчастной.

   Наследники Тибулла и Парни!

Вы знаете бесценной жизни сладость;

Как утра луч, сияют ваши дни.

Певцы любви! младую пойте радость,

Склонив уста к пылающим устам,

В объятиях любовниц умирайте;

Стихи любви тихонько воздыхайте!..

Завидовать уже не смею вам.

   Певцы любви! вы ведали печали,

И ваши дни по терниям текли;

Вы свой конец

                        с волненьем призывали;

Пришел конец, и в жизненной дали

Не зрели вы минутную забаву;

Но, не нашед блаженства

                                            ваших дней,

Вы встретили по крайней мере славу,

И мукою бессмертны вы своей!

   Не тот удел судьбою мне назначен:

Под сумрачным навесом облаков,

В глуши долин,

                         в печальной тьме лесов,

Один, один брожу уныл и мрачен.

В вечерний час над озером седым

В тоске, слезах, нередко я стенаю;

Но ропот волн стенаниям моим

И шум дубрав в ответ лишь я внимаю.

Прервется ли души холодный сон,

Поэзии зажжется ль упоенье, —

Родится жар, и тихо стынет он:

Бесплодное проходит вдохновенье.

Пускай она прославится другим,

Один люблю, – он любит и любим!..

Люблю, люблю!..

                        но к ней уж не коснется

Страдальца глас; она не улыбнется

Его стихам небрежным и простым.

К чему мне петь? под кленом полевым

Оставил я пустынному зефиру

Уж навсегда покинутую лиру,

И слабый дар как легкий

                                         скрылся дым.

Желание

Медлительно влекутся дни мои,

И каждый миг в унылом сердце множит

Все горести несчастливой любви

И все мечты безумия тревожит.

Но я молчу; не слышен ропот мой;

Я слезы лью; мне слезы утешенье;

Моя душа, плененная тоской,

В них горькое находит наслажденье.

О жизни час! лети, не жаль тебя,

Исчезни в тьме, пустое привиденье;

Мне дорого любви моей мученье —

Пускай умру, но пусть умру любя!

Друзьям

К чему, веселые друзья,

Мое тревожить вам молчанье?

Запев последнее прощанье,

Уж Муза смолкнула моя:

Напрасно лиру брал я в руки

Бряцать веселье на пирах

И на ослабленных струнах

Искал потерянные звуки…

Богами вам еще даны

Златые дни, златые ночи,

И на любовь устремлены

Огнем исполненные очи;

Играйте, пойте, о друзья,

Утратьте вечер скоротечный;

И