Я помню чудное мгновенье - Александр Сергеевич Пушкин

вашей радости беспечной

Сквозь слезы улыбнуся я.

Пробуждение

Мечты, мечты,

Где ваша сладость?

Где ты, где ты,

Ночная радость?

Исчезнул он,

Веселый сон,

И одинокой

Во тьме глубокой

Я пробужден!..

Кругом постели

Немая ночь;

Вмиг охладели,

Вмиг улетели

Толпою прочь

Любви мечтанья

Еще полна

Душа желанья

И ловит сна

Воспоминанья.

Любовь, любовь!

Пусть упоенный,

Усну я вновь,

Обвороженный,

И поутру,

Вновь утомленный,

Пускай умру,

Непробужденный!..

К Каверину

   Забудь, любезный мой Каверин,

Минутной резвости нескромные стихи.

   Люблю я первый, будь уверен,

   Твои гусарские грехи.

Прослыть апостолом Зенонова ученья,

Быть может, хорошо —

                                но ни тебе, ни мне.

   Я знаю, что страстей волненья

   И шалости, и заблужденья

Пристали наших дней

                            блистательной весне.

   Пускай умно, хотя неосторожно,

   Дурачиться мы станем иногда —

   Пока без лишнего стыда

   Дурачиться нам будет можно.

   Всему пора, всему свой миг,

   Все чередой идет определенной:

   Смешон и ветреный старик,

   Смешон и юноша степенный.

Насытясь жизнию у юных дней в гостях,

Простимся навсегда

                           с Веселием шумливым,

С Венерой пылкою,

                         и с Вакхом прихотливым,

   Вздохнем об них, как о друзьях,

И Старость удивим

                            поклоном молчаливым.

   Теперь в беспечности живи,

Люби друзей,

                    храни об них воспоминанье,

   Молись и Кому и Любви,

   Минуту юности лови

И черни презирай ревнивое роптанье.

Она не ведает,

                        что можно дружно жить

С стихами, с картами,

                       с Платоном и с бокалом,

Что резвых шалостей

                        под легким покрывалом

И ум возвышенный

                         и сердце можно скрыть.

К Дельвигу

Блажен, кто с юных лет увидел

                                          пред собою

Извивы темные двухолмной высоты,

Кто жизни в тайный путь

                               с невинною душою

Пустился пленником мечты!

Наперснику богов безвестны

                                            бури злые,

Над ним их промысел,

                               безмолвною порой

Его баюкают Камены молодые

И с перстом на устах хранят

                                           певца покой.

Стыдливой Грации внимает он советы

И, чувствуя в груди огонь еще младой,

Восторженный поет на лире золотой.

   О Дельвиг! счастливы поэты!

Мой друг, и я певец!

                           и мой смиренный путь

В цветах украсила богиня песнопенья,

   И мне в младую боги грудь

   Влияли пламень вдохновенья.

В младенчестве моем

                                я чувствовать умел,

   Все жизнью вкруг меня дышало,

   Все резвый ум обворожало.

И первую черту я быстро пролетел.

   С какою тихою красою

   Минуты детства протекли;

Хвала, о боги! вам, вы мощною рукою

От ярых гроз мирских

                                  невинность отвели.

   Но все прошло —

                         и скрылись в темну даль

   Свобода, радость, восхищенье;

   Другим и юность наслажденье:

   Она мне мрачная печаль!

Так рано зависти увидеть

                                           зрак кровавый

И низкой клеветы во мгле сокрытый яд.

   Нет, нет! ни счастием, ни славой

Не буду ослеплен. Пускай они манят

На край погибели

                           любимцев обольщенных.

   Исчез священный жар!

   Забвенью сладких песней дар

   И голос струн одушевленных!

   Во прах и лиру и венец!

Пускай не будут знать,

                                    что некогда певец,

Враждою, завистью

                             на жертву обреченный,

   Погиб на утре лет,

   Как ранний на поляне цвет,

   Косой безвременно сраженный.

И тихо проживу в безвестной тишине;

Потомство грозное

                                 не вспомнит обо мне,

И гроб несчастного,

                          в пустыне мрачной, дикой,

Забвенья порастет

                                  ползущей повиликой!

В альбом Пущину

Взглянув когда-нибудь

                           на тайный сей листок,

   Исписанный когда-то мною,

На-время улети в лицейский уголок

   Всесильной, сладостной мечтою.

Ты вспомни быстрые минуты

                                         первых дней,

Неволю мирную,

                          шесть лет соединенья,

Печали, радости, мечты души твоей,

Размолвки дружества

                       и сладость примиренья…

   Что было и не будет вновь…

   И с тихими тоски слезами

   Ты вспомни первую любовь.

Мой друг, она прошла…

                            но с первыми друзьями

Не резвою мечтой союз твой заключен;

Пред грозным временем,

                          пред грозными судьбами,

   О милый, вечен он!

Кюхельбекеру

В последний раз, в тиши уединенья,

Моим стихам внимает наш Пенат!

Лицейской жизни милый брат,

Делю с тобой последние мгновенья!

Итак, они прошли —

                              лета соединенья; —

Итак, разорван он —

                     наш братский верный круг!

Прости!… хранимый тайным небом,

Не разлучайся, милый друг,

С фортуной, дружеством

                                            и Фебом, —

Узнай любовь – неведомую мне —

Любовь надежд, восторгов, упоенья:

И дни твои полетом сновиденья

Да пролетят в счастливой тишине!

Прости…. где б ни был я:

                     в огне ли смертной битвы,

При мирных ли брегах

                                      родимого ручья,

Святому братству верен я!

И пусть…. (услышит ли Судьба

                                        мои молитвы?)

Пусть будут счастливы все,

                                     все твои друзья!

В альбом

Пройдет любовь, умрут желанья;

Разлучит нас холодный свет;

Кто вспомнит тайные свиданья,

Мечты, восторги прежних лет?..

Позволь в листах воспоминанья

Оставить им