Командир КВ - Александр Анатольевич Айзенберг

Глава 2

К тому моменту, как мы можно сказать закончили бой, по крайней мере вся техника противника горела, а остатки немецких солдат чесанули в поля, прочь от нас, как чёрт от ладана. Гнаться за ними я не собирался, поскольку так самому можно очень легко превратиться из охотника в дичь. Конечно именно эти солдаты мне навряд ли что либо смогут сделать, даже если у них окажутся противотанковые ружья, то всё равно они для моих КВ будут, что слону дробина, а вот если налетят самолёты, то тогда мне может влететь не по детски. Уж что-что, а точно бомбить с пикирования немцы умеют, а когда ещё им при этом ни кто не будет мешать, то они точно пожгут все мои танки. Собственно говоря, по крайней мере по моему личному мнению, сейчас нам главное выбивать у немцев технику, причём не делая особой разницы между грузовиками и бронетехникой. И ведь вроде бы кажется, что бронетехника должна быть в приоритете, да только без грузовиков в войска не доставишь топливо с боеприпасами и вся совершенно исправная немецкая бронетехника встанет мёртвым грузом, как чемодан без ручки. Без топлива, она сама не уедет, так что или искать бензин, или уничтожать, если есть чем и как. Я уже собрался дать своему взводу команду на отход, когда из леса, вернее из-за деревьев опушки, появился небольшой отряд наших бойцов, вернее он так выглядел. Начитался я книжек про всяких попаданцев и не только, и знал, что немцы активно использовали для диверсий своих солдат в нашей форме, так что расслабляться раньше времени не стал. Приказав держать их на прицеле, сам наполовину высунулся из люка, при этом готовый при малейшей опасности нырнуть внутрь КВ, и громко, стараясь перекричать рёв работающего двигателя, закричал:

— Командир ко мне, остальные на месте, в противном случае открываю огонь на поражение.

Меня услышали, а кроме того при этом и основательно струхнули, но всё равно вперёд двинулась фигура в командирской форме и звездой на рукаве, значит политработник. Выбравшись полностью из танка, я спрыгнув на землю, но при этом готовый при малейшей опасности рухнуть вниз и спрятаться под ним. Своих я предупредил, в случае чего стоять на месте и вести огонь на поражение, после чего встал перед своим КВ. Ко мне подошёл молодой старший политрук и представился:

— Старший политрук Кошелев, с остатками своего батальона выхожу к своим.

— Ваши документы товарищ старший политрук.

Взяв командирскую книжку, сразу проверил скрепку, раскрыв её посередине, как писали в каждой книге, она оказалась ржавой. Да и по самому политруку было видно, что он как минимум пару дней провёл в лесу, а то и поболее. Уже с хорошо заметной щетиной на лице и от самого пахнет потом, порохом и гарью, так что вернув ему документы, представился сам.

— Старший лейтенант Ковалёв, командир взвода тяжёлых танков.

— Я смотрю, хорошо вы товарищ старший лейтенант немцев приголубили.

— Это потому, что они ещё непуганые и я на рожон не попёр, а из засады их оприходовал.

— Можно мне с вами дальше быть? У меня тут от всего батальона всего два с половиной десятка бойцов осталось.

— В принципе я не против, но тут два условия, первое, вы безоговорочно подчиняетесь мне, можете занять должность политрука отряда, а второе, я пока соединятся с нашими основными силами не собираюсь. Гораздо больше пользы я принесу сейчас здесь, громя из засад немецкие колонны и позже склады, а если повезёт, то и аэродромы, когда они перелетят поближе к нам. К тому же хочу из окруженцев и брошенной техники, а её поверьте мне, тут предостаточно, создать отдельный механизированный батальон. Возможностей для этого у меня более чем достаточно, и терять их я не хочу, так как, подходят вам мои условия или нет? Насильно я ни кого к себе не загоняю, но если согласитесь, то будете безоговорочно мне подчиняться, а сейчас пока станет танковым десантом. Основная задача охрана танкового взвода на стоянках и контроль противника после столкновений, это если собираем трофеи.

— А разве это не мародёрство?

— Обирание мёртвых с целью наживы да, а тут, во-первых, мы сами их убили, а во-вторых, брать будем оружие и продовольствие, правда деньги и другие ценности возьмём тоже, но только не для себя, а если надо будет купить что у местного населения для отряда. Немецкие деньги потом кстати сдадим в разведотдел, они нашим разведчикам вполне пригодятся, тех же немцев подкупать.

— Как подкупать?

— Очень просто, они ведь все жуткие индивидуалисты, и если не фанатики, которых думается мне не так много, то все остальные вполне за деньги смогут на что-то закрыть глаза или даже что-то продать, нужное разведчикам.

Ну не говорить же ему, что по воспоминаниям многих фронтовиков, которые воевали в немецком тылу и наших партизан, такое было не редкость, особенно с немецкими тыловиками. Люди везде одинаковы, вон по воспоминаниям одного партизана они подкупили немецкого коменданта за свинью, так что немецкие марки разведчикам очень пригодятся в их нелёгкой работе.

— Хорошо, я согласен.

— Отлично, тогда залезайте на танки и поедем.

— Куда, товарищ старший лейтенант, если не секрет конечно?

— На склады, я там как раз боекомплект себе пополнял, а сейчас мы как раз почти всё расстреляли, так что нужно вновь их пополнить.

Политрук со своими бойцами забрались на наши КВ и мы двинулись назад к складу. Доехали спокойно, благо, что дорога в основном шла через лес, и увидеть нас там было не так легко. Пару раз вдали пролетали немецкие самолёты, но нас к счастью не заметили среди деревьев, и так немцев по дороге не встретили. Часовой нас сразу узнал и уже не пытался остановить, а мы загнав танки под деревья, остановились и заглушили моторы, после чего бойцы политрука спрыгнули с КВ, да и мы вылезли из танков. Я немедленно послал пару бойцов политрука назад, в дозор, дорога тут делала крюк и если идти напрямую через лес, то можно было значительно срезать.

На складе тоже пока к моему удивлению всё было без изменений, и интендант 3-го ранга Силантьев с удивлением смотрел на вернувшиеся танки. Но больше его удивили два с половиной десятка бойцов, которые приехали с нами на наших КВ.

— Старлей, почему назад приехал и кто это с тобой?

— Боекомплект пополнить, товарищ интендант, расстреляли почти