Первый БПЛА Второй Мировой. Том 4 - Максим Арх

около двадцати килограмм. С дополнительными аккумуляторами, конечно, вес его возрастал, однако сейчас картина была диаметрально противоположной, ведь из-за града пуль которые «ашка» на себя приняла и которые её беспощадно покромсали, она стала весить ещё меньше.

Нам вновь повезло, и начинающийся дождь нас почти не зацепил. От дождевых туч нам удалось уйти и, набрав высоту, путь до базы продолжили без приключений. И хотя в воздухе витало нервное напряжение из-за боязни внештатной ситуации и потере сразу двух (в смысле — полутора) дронов, тем не менее, ощущалось и кое-какое воодушевление — несмотря ни на что мы справились и избежали серьёзных проблем.

Когда до базы оставалось пятнадцать километров, нашу потрёпанную экспедицию встретил «Семицветик», которым управляла Анна. Чуть ранее в процессе обмена мнениями, было решено поднять малый дрон в воздух, что называется — на всякий пожарный. И хотя полёт тяжёлого октокоптера проходил нормально, а до базы оставалось не так много, в тот момент, когда появилось прикрытие с полным комплектом боезапаса, у всех на душе сразу же отлегло.

Весь путь от места неудачной встречи с сотрудниками НКВД и до нашего убежища нас всех тревожило лишь: только бы у «Сотки-Б» не отказали двигатели. Только бы в неё не попала молния. Только бы не замкнуло проводку, и она не рухнула вместе с грузом где-то километров за пятьдесят от нашего объекта.

Вот тогда была бы воистину проблема.

В наличие у нас были дроны лишь относительно не большого радиуса действия. И в случае аварии октокоптеров на таком удалении от места нашей дислокации, нам пришлось бы, невзирая ни на что, немедленно выдвигаться к точке падения. И даже не для эвакуации дронов, а хотя бы для их уничтожения.

При таком стечение обстоятельств, приблизиться к ним мы должны были бы километров на пятнадцать-семнадцать. То есть, упади дроны в полусотни километров от нас, нам каким-то образом пришлось бы преодолевать на транспорте не менее тридцати с лишним километров, прежде чем они станут в зоне досягаемости «Алого» или того же «Семицветика». И все эти километры пришлось бы нам преодолевать по тылам противника. Да ещё и в тот момент, когда количество патрулей немцев в нашем районе серьёзно возросло, а проверки на дорогах и в населённых пунктах заметно увеличены из-за наших же действий на коммуникациях. Короче, рухни дроны вдалеке от объекта, и нас ждали бы серьёзные проблемы. Мы давно решили, что дроны не должны попасть в руки немцев, а значит, хотели бы мы этого или нет, нам просто пришлось бы отправляться в путь и очень сильно рисковать.

Но, к счастью — обошлось. И вскоре мы уже вывалили из бункера и встречали приземлявшиеся аппараты неудачной экспедиции, которая, стоит отметить, к полной катастрофе нас всё же не подвела.

— Мамочки, как же ему бедненькому досталось, — закрывая рот рукой произнесла Аня, глядя на то, что когда-то было нашим флагманом.

Мы все чуть ли не со слезами на глазах смотрели на то, что осталось от верной «ашки» и у нас не было слов описать всю горесть от осознания, что мы потеряли такую важную боевую единицу.

Но сейчас не было времени, чтобы грустить. Все мы были буквально вымотаны и обессилены столь долгой, напряжённой и сложной операцией. А потому, оставив все обсуждения на утро, занесли дроны в коридор, и закрыли за собой двери.

— А теперь, товарищи, хочу вам вот что сказать, — произнёс я членом отряда перед тем, как им разойтись по своим комнатам. — Да, наша встреча с «Центром» прошла не совсем, так как мы ожидали и планировали. И даже более того — она прошла совсем не так, как хотелось бы. Мы мало того, что не наладили контакт, так ещё и серьёзно повредили «Сотку-А». Возможно ли его восстановить или нет, будет видно завтра. Тем не менее хочу всех поблагодарить за слаженную работу, за то, что не паниковали в сложных ситуациях, за то, что давали дельные советы и за то, что не отчаялись хотя мы и не достигли намеченных целей. Товарищи, хотя той связи с «Центром», которую мы рассчитывали получить, передав, простите за тавтологию, передатчик, не случилось связь с Москвой у нас всё же остаётся. У нас есть обычная рация, и, хотя теперь разговорного эфира через микрофон не получится, мы всё же с «Центром» свяжемся как ранее — с помощью азбуки Морзе и обязательно узнаем у них, как и почему произошла столь неприятная ситуация и они открыли по нам огонь. Надеюсь, нам они смогут дать исчерпывающий ответ, и тогда мы обсудим, как нам быть дальше. Пока же, объявляю всем благодарность и как человек светлого будущего отдаю вам всем однозначный приказ: отдыхать! Кто хочет перед сном поесть, даже несмотря на народную мудрость, может сделать это на кухне самостоятельно. А я иду спать!

— Что за мудрость? — не понял Кудрявцев.

— Завтрак съешь сам, обедом поделись с другом, а ужин отдай врагу!

— Странная мудрость… Я поужинать люблю, — озвучил общую мысль Лазутин.

— Полностью с вами согласен, — кивнул Сергей.

— Это дело каждого. Но лично для меня сейчас важнее сна нет ничего. Так что всем спокойной ночи, встретимся завтра утром. Пока! — устало произнёс я и побрёл в ванную комнату, чтобы умыться, привести себя в порядок, потом прийти к себе, съесть пару горстей антибиотиков, и, наконец, уже закрыв глаза, провалиться в столь сладкий и манящий сон, который я так долго ждал.

Глава 3

Итоги

К своему удивлению, проснулся более-менее бодрым. Болезнь немного отступила, вероятно, под натиском всевозможных лекарств и самочувствие заметно улучшилось. Радуясь тому, что не совсем слёг, выпил утренние таблетки, умылся, в коридоре переступил через разлёгшегося прям по средине дороги Шарика и, поздоровавшись, вошёл в столовую, что уже стала традиционным местом сбора штаба, в который входили все без исключения обитатели нашего убежища.

Галина Ивановна любезно поставила передо мной утренний завтрак, состоявший из разогретых трофейных сосисок, хлеба, масла и кофе и я, начав трапезу, и ответив на вопросы о своём самочувствии, перешёл к делу.

— Дорогие коллеги по опасному ремеслу, все вы в курсе, что мы потеряли важный летательный аппарат. Это автоматически вывело нас из «большой игры». Отныне мы не можем отправлять дроны (а точнее — тяжёлый дрон) на задания, на относительно большие расстояния. Ведь в случае внештатной ситуации и падения беспилотника-одиночки уничтожить его