Квестор 2 - Эл Лекс

и изо всех сил треснув мне ладонью по плечу. — Я чуть не охренел, когда ты в челнок залетел! Думал всё, статистика не врёт — останешься куковать в ГГ неделю, пока тебя не вытащат!

— Неделю? — я усмехнулся, потирая гудящее плечо. — Не-е-е, Дом, у меня столько времени нет, чтобы так бездарно его тратить.

— Кейджа загелил! Динару загелил! Даже Буста загелил! Последнее это вообще жесть какая-то! — вопил Бадабум, возбужденно блестя глазами и размахивая руками так, словно собирался взлететь без всякого там челнока.

Значит, тот последний, кого я в последнюю секунду отправил в ГГ — это Буст… А ведь он находился в рейтинге выше меня, и намного выше, в первой десятке, помнится… Даже странно, что он оказался таким несложным противником… Вообще никаким противником, если уж на то пошло, он вообще не смог оказаться никакого сопротивления. Видимо, был слишком занят выцеливанием кого-то конкретного с помощью своей снайперской винтовки.

— Знаешь как говорят — есть ложь, есть гнусная ложь, а есть статистика. — ухмыльнулся я.

— Точно, точно, знаю! — рассмеялся Бадабум, и снова треснул меня по плечу, но уже другому. — Знаю как никто другой!

Внезапно он посерьезнел и уже намного тише произнес:

— А на всех эти кретинов не обращай внимания. Они просто не знают как реагировать на тебя. Ты сегодня просто не уложился в их привычную картину мира, только и всего.

— Ты о чём? — я покосился на Бадабума.

— Ну, о них. — он обвёл рукой зрительские галереи. — О том, что тебе не хлопали.

— А-а-а! — я рассмеялся. — Да и хрен на них! Я же не все остальные, чтобы для меня это имело какое-то значение! Я это делаю не для них, а для себя!

— Слова не мальчика, но мужа! — Бадабум назидательно поднял палец вверх, покосился по сторонам, будто проверял, не подслушивают ли нас, а потом нагнулся и громким, явно рассчитанным на то, чтобы его услышали все вокруг, шепотом, продолжил. — И все равно у тебя под конец было уже целых шесть зрителей! Растёшь, Вик, растёшь!

— Главное, чтобы не вырос настолько, что перестану помещаться в капсулу. — усмехнулся я. — Кстати, о росте. Дом, я хочу узнать больше про «мету».

— Ну, началось. — Бадабум резко поскучнел и отвёл взгляд. — Ты же только что вернулся с рейда, и хочешь закопаться во всю эту скукоту? Все эти цифры, таблицы, графики, диаграммы — нахрен оно тебе надо? Давай попозже, а?

— Так. — я снова покосился на него. — Ты говоришь так, словно у тебя уже есть какое-то альтернативное предложение. Надеюсь, ты не собираешься меня снова засунуть в симулятор? Потому что ты прав — я только что вернулся с поверхности, и снова возвращаться на неё, пусть даже в виде симуляции… Боюсь, у меня случится передозировка «Афины» и меня может начать натурально тошнить!

— Вот именно об этом я и говорю! — Бадабум назидательно поднял палец. — После рейда, особенно такого удачного, как у тебя, обязательно надо отпраздновать! Так что идём праздновать, и отказы не принимаются! К тому же, у Ри для тебя есть сюрприз!

Сюрприз от Ри? От этой надутой индюшки с суровым взглядом, которым можно стальные канаты перепиливать?

Да быть того не может.

— Ладно. — я улыбнулся. — Сюрприз от Ри это действительно интересно, ты меня уговорил.

Я нашёл глазами Кайсу, она приветливо помахала мне рукой, держа в другой руке ладошку мальчика лет семи, который смотрел на неё восхищённым взглядом, помахал тоже, развернулся, и пошёл за Бадабумом.

Посмотрим, какой там сюрприз подготовила Ри!

Глава 3

От стартового лобби до бара идти всего пять минут, даже с учетом подъема по лестнице (перед лифтом опять ожидаемо собралась очередь), но за эти пять минут я поймал на себе взглядов больше, чем за всё время до этого. Какие-то из них были полны подозрения, какие-то — восхищения, а какие-то и вовсе — чуть ли не ненависти. Последних правда было всего двое — та самая парочка прихвостней Цезаря, через которых я прошел, чтобы попасть в капсулу, — но уже было очевидно, что обиду на меня затаили прямо лютую.

Возможно, даже более лютую, чем сам Цезарь, который из-за меня лишился рейда.

— У меня до хрена вопросов. — сказал я, когда мы миновали очередь перед лифтом и ступили на первые ступени лестницы.

— Да уж не сомневаюсь! — усмехнулся Бадабум, тяжело переваливаясь с ноги на ногу на каждой ступеньке и крепко держась за перила. — Но мы же договорились отложить всё на потом, разве нет?

— А если окно опять откроется раньше, чем я их задам? — я пожал плечами. — Опять будешь меня ориентировать прямо на ходу?

— Да мне не сложно! — улыбнулся Бадабум, на мгновение обернувшись через плечо.

— Мне зато сложно, когда под руку постоянно болтают. — я покачал головой. — Да и информация твоя может оказаться уже не актуальной к тому моменту, как ты договоришь.

— Слушай, ну потерпи ты хотя бы до конца лестницы! — взмолился он. — Я и так едва шагаю, а ты еще хочешь, чтобы я болтал без продыху⁈ Я ж сдохну через пролёт и тебе меня на себе придется тащить наверх!

Тащить Бадабума несколько этажей наверх мне совершенно не улыбалось, поэтому я закрыл рот и просто шагал следом за ним, попутно формируя в голове список вопросов, которые надо ему задать. А потом — расставляя эти вопросы в порядке приоритетности, на случай, если вдруг сразу все задать не получится.

По лестнице подниматься пришлось впятеро дольше, чем спускались. Бадабум со своей ногой под конец уже пыхтел, как старый изношенный дизель, но продолжал переставлять конечности со ступени на ступень. Так и подмывало спросить, не проще ли было потратить несколько минут на ожидание лифта, но я не стал — может, для него это важно, покорить хотя бы эту лестницу? Доказать самому себе, что он, может, и старый, но еще крепкий.

Наконец, спустя целую вечность, когда я уже дважды перепроверил итоговый список вопросов, и парочку даже выкинул, найдя на них ответ самостоятельно, мы добрались до атриума станции, а оттуда до бара Астрид и вовсе рукой подать. Даже Бадабум со своей кривой ходулей справился.

Я ожидал, что после рейда в баре будет шумного и многолюдно, что на развешанных по стенам экранах будут транслироваться лучшие моменты прошедшей высадки или хотя бы просто записи с камер участников… В общем, ожидал, что бар на станции, всё существование которой подчинено квесторству как виду спорта, тоже будет полностью подчинён квесторству как виду спорта!

Я ошибся сразу